Путь тени - Анастасия Пак

– Да? – голова пошла кругом. – Ну хорошо…

Роуэн махнул рукой на прощание и пошел прочь. Шериан толкнул дверь и осторожно вошел внутрь, настороженно оглядываясь по сторонам.

– Эй ты! Чего надо?! – раздался грубый голос. – Дверь за спиной. Пошел вон! – из соседней комнаты вывалился миньерец, с разгону замахнулся мечом. – Вон я сказал! – заорал он и как бешеный понесся навстречу, угрожающе размахивая оружием.

Шериан сделал маленький шаг в сторону и воин пронесся мимо него, вышибив входную дверь. Страж повернул голову, разглядывая распростертого в пыли человека.

– Эй, что происходит?! – к лежащему ничком воину из ближайшего здания выбежал второй миньерец, осторожно перевернул друга, похлопал по щекам. – Помоги втащить его внутрь, – попросил он стража, – а то щас эти маги-недоучки понабегут, накостыляют – зубов не соберем. Они так-то ничего, но подобные разборки не жалуют.

Вдвоем они кое-как втащили обмякшую тушу в дом, опустили на пол. Миньерец подошел к двери, поднял и приладил к проему.

– Лишь бы в глаза не бросалась, – пояснил он и взглянул на гостя. – А я тебя знаю, – неожиданно оживился он. – Ты Шериан, капитан личной стражи императора. Да что ж ты стоишь, пойдем, вином угощу. Не знаю, как они его здесь делают, но вкус преотменный.

Шериан тревожно посмотрел в сторону лежащего, но воин безнадежно махнул рукой.

– Не обращай внимания, – лицо стало мрачным. – Как приехали сюда, не узнаю его. Раньше капли в рот не брал, а теперь оторваться не может, а народ здесь на гадости услужливый, что попросит, все несут.

Они поднялись по крутой лестнице на второй этаж. Миньерец жестом пригласил его расположиться на обитой бархатом скамье, сам подошел к столу, налил из пузатого графина красной жидкости в высокий серебряный кубок, протянул стражу:

– Ты-то здесь какими судьбами?

– Темные пожелали пригласить сюда человека из окружения императора, – негромко сказал воин, – император послал меня. А вот почему вы все еще здесь – это действительно важный вопрос.

– Ты пойми, Шериан, – миньерец доверительно наклонился вперед, – приехали сюда, веришь ли, глаза разбежались от всего этого великолепия, а как нам предложили здесь остаться, то других мыслей, кроме как согласия, в голове и не возникло. Даже странно. Мы ведь люди, обычные люди, страж. Увидели где что получше, сразу и схватили. Краен хороший правитель. Но он тоже всего лишь человек. Ему никогда не подняться до такого! Ты погляди, какая жизнь Все желания исполняют, я жениться тут собрался на дочери одного мага из среднего круга, а там, говорят, есть шанс попасть и в первый – и все это за три месяца. Оставайся и ты, – он залпом опустошил массивный кубок с вином.

– Послушай, – Шериан внимательно посмотрел в замутненные голубые глаза миньерца, уже догадываясь, что сила, действующая на него, этих людей сломила гораздо быстрее, они и заметить не успели, – а этот их верховный Мириэл, он что-нибудь спрашивал, интересовался чем-нибудь?

– Да так, по мелочи, – поморщился воин и мутные глаза стали проясняться. – Расспрашивал про дворцовую жизнь, соглашение императора и Свиона… Ну а я возьми и ляпни, про какой-то их договор. Слухи-то давно среди людей витают, ну да у нас во дворце даже слухи на пустом месте не возникают. Заинтересовался он сильно, хотя была какая-то фальшь, словно знал он уже об этом, да притворялся. А потом… – он задумался, – знаешь, как отрубило. Ничего больше не помню! То ли вино в голову ударило, то ли еще что, но очнулся я уже здесь. Давай уж начистоту! Паршиво я себя вообще в последнее время чувствую. Вроде как поддался подлой натуре, императора предал. Тяжело на душе, веришь или нет! – он с тоской уставился на него. – Хочется и здесь остаться и в Миньер вернуться, пусть даже император голову с плеч снимет. А в итоге ни туда, ни сюда. Вирен вон вообще соображать перестал, дрыхнет целыми днями. До чего дошел, хочется на улицу выйти и повыть как волк с горя иль напиться так, чтоб и не подняться потом, так и помереть собакой.

Шериан поднялся и подошел к понурому воину, похлопал по плечу.

– Я здесь надолго не задержусь, поехали со мной? И друга твоего заберем. Краен мудрый правитель, может и обойдется все.

– Думаешь? – поднял голову воин и взгляд его просветлел. – И мне позволят покинуть Ризмор?

– Ты ж не подневольный, – ободряюще улыбнулся страж, хотя в душе имел кой-какие сомнения на этот счет. Ну да попытка не пытка.

– Идет! – поднялся из-за стола миньерец, и страж прищурился, физически ощущая как кокон, окутывающий посланника, трещит и расползается, да и самому дышать легче стало, шепот заглох, доносился теперь совсем невнятно. – Ты как соберешься, дай знать.

– Обязательно, – усмехнулся Шериан и провожаемый хозяином до двери, вышел на свежий воздух, протиснувшись сквозь щель меж прислоненной дверью и проемом.

Незаметно наступила ночь. Он поднял голову, разглядывая странные небеса, очень низкие, без единой звезды, но ночь была все той же, родной, знакомой. Зеленое кольцо над воротами сияло, отбрасывая изумрудные тени на крыши домов, во дворец возвращаться не хотелось. Что ж, он волен ходить куда захочет, можно и воспользоваться дарованным правом. Мостовая призрачно мерцала под его ногами, изумрудный свет тихо мигал, распространяясь волнами то чуть дальше, то чуть ближе. Шериан медленно шел по ночному городу, что-то не давало покоя, да еще помимо этого беспокоило, что Мириэл-то, оказывается, осведомлен о договоре и может как-то повредить через него императору.

Страж нахмурился и зашагал быстрее, минуя белые ворота. Тишина замерла, Шериан слышал лишь свои шаги, словно город был мертвым. Но скоро к звуку его шагов присоединились новые шорохи, нечто похожее на тихое цоканье копыт. Воин остановился и развернулся на звук. Из темноты скоро показались трое всадников, а за ними еще двое пеших. Что-то неуловимо-знакомое сквозило в манере первого всадника держаться на коне, да и сам конь кого-то напоминал. Белоснежно-белый, как у… Крион! Изумрудный свет выхватил его лицо из тьмы, а затем и лица остальных воинов – двое сопровождающих и миньерцы, с одним из которых он говорил несколько часов назад.

– Крион! – Шериан со смешанным чувством радости и удивления шагнул им навстречу. – Что вы здесь делаете?! Что-то с императором? – спросил он с тревогой, но ответа не последовало.

Страж пригляделся к ним внимательней. Какая-то отчужденность сквозила в чертах воинов, словно тончайшая темная маска покрывала лица. Застывшие пустые глаза смотрели прямо на него и в то же время чуть вскользь. Он попятился, положив ладонь на рукоять черного клинка. Воины были уже мертвы, он чувствовал это, осталась лишь оболочка, пустая, никчемная оболочка… Сердце на миг кольнуло болью, еще пятеро легли в этом бессмысленном противостоянии, еще пять человеческих жизней. Он с трудом вытащил меч, рука тяжело опустилась – поднять его против них он не мог, просто не мог.