Пришествие Хиспа - Миротворцев Павел Степанович

- Как ни странно, желаю. Скажи, чтобы принесли тару с тёплой водой, только побольше, полотенце и ковш. Ещё можно служанку со скребком.

- Зачем? - искренне удивился тот, даже позабыв, что он всего лишь слуга.

- Затем - и, покопавшись в кошельке, бросил ему серебряную монетку. Бедняга, увидев, какое сокровище ему дали, чуть не скончался на месте, но зато, больше не задавая вопросов, бросился из комнаты выполнять моё поручение.

Минут через пять в комнату вернулся паренёк. Пыхтя как паровоз, он откинувшись всем телом назад тащил перед собой здоровенный таз с водой, а следом за ним в комнату прошмыгнула молоденькая служанка с полотенцем в одной руке и скребком в другой. Когда пацан поставил на стул таз и, тяжело отдуваясь, отошел в сторону, я с радостью окунул руки в воду, а затем, сделав ладони ковшиком, плеснул себе в лицо, смывая остатки сна. Проделав эту процедуру пару раз, я поманил к себе служанку и объяснил, что надо делать. Попалась сообразительная, поэтому быстро поняла, что от неё хотят. Сначала одним плечом, затем другим я наклонялся над тазиком, а служанка, поливая водой, со всей силы тёрла скребком. Такой обряд с утра не мало озадачил и паренька и служанку. Они не могли понять, почему у меня после мытья была улыбка от уха до уха и почему я вместо вполне нормальной рубашке достал из сумки другую. Потом всё тот же паренёк утащил тазик, чтобы спустя десять минут придти вновь, только уже с небольшой чашей полной воды, предназначенной для эльфийки. Служанке же я отдал свои вещи, чтобы все перестирала. Та, перед тем как выйти, игриво стрельнула глазками и сказала, чтобы я пришел вечером в последнюю комнату по коридору забрать свои вещи. Ушастая же не поняла смысла этого приглашения и, после того как мы остались одни и начали неспешно поглощать завтрак, поинтересовалась, почему я не сказал принести вещи сюда. Я, наверное, минут пять сидел и приходил в себя после этого вопроса. Только спустя это время мозг опять со скрипом и скрежетом заработал и объяснил неразумному сознанию, чем может быть вызван этот вопрос. В отличие от нашего времени, где дети про секс узнают раньше, чем научатся ходить, здесь было всё до безобразия старомодно (детям объясняют через всякие пестики, тычинки, и спрятанной порнухи по дому не найти, а в магазине Камасутру не купить). Так что нет ничего удивительного, что эльфийка не поняла намека служанки. Да и вообще, мне даже стало интересно, знает ли она, что на самом деле скрывается под гордым словом любовь? Или до сих пор уверена, что детей приносит аист или их находят в капусте, хотя, делая скидку на то, что она эльфийка, ей могли сказать, что дети растут на дереве. Га-га! Интересно, долго искала такое дерево? И только сейчас меня заинтересовало, а если она не знает про такую вещь как секс, то, что же она понимает под словом изнасилование? Или может, она считала это особо страшной пыткой? Тогда отсюда вытекает ещё один вопрос, там в лесу, когда её окружили разбойники и в красках рассказывали что с ней сделают, всё ли она понимала или просто была очень сильно напугана? Я даже не удержался и спросил, знает ли она, откуда берутся дети? Судя по появившемуся румянцу на щеках, она знала, откуда берутся эти исчадья ада (то бишь я хотел сказать дети). 3ато после этого она не задала свой вопрос повторно про служанку. После небольшого завтрака (пусть время обед, но мы только проснулись, а поэтому завтракаем), который почти весь съела эльфийка, я с утра всегда мало ем или вообще не ем, мы, закрыв комнату на ключ, спустились в низ. Выпросив у хозяина одного слугу в помощь (за медную монетку), отправились на базарную площадь. Если Дженус (наверно, никогда не привыкну к этому имени) окажется прав, а он наверняка окажется прав, то купец (какой интересно?) сделает мне предложение (хорошо хоть не руки и сердца) сопровождать его до Хогарта, так что надо быть готовым к путешествию, а то так бы я ещё дня три даже не почесался.

Первым делом, что я купил, так это два плаща с капюшонами. Так как приближался сезон дождей, то такие пользовались большим спросом и ни у кого не вызывали подозрений. Зато теперь на эльфийку перестали обращать внимания, из под капюшона виднелась только половина лица и парочка прядей волос. Правда, мне пришлось идти, сгорбившись, что бы не возвышаться над толпой и не привлекать к себе ненужных взглядов. И так уже порядком напортачил. Вместо того, чтобы обзаводиться друзьями и связями, я пока только с успехом завожу себе врагов, да ещё и не из простых смертных. Надо, однако, менять тактику, а то чем бы там не хотел меня загрузить Дженус, множество врагов явно ни чем не смогут помочь. Под такие мысли я и бродил по рыночной площади. Эльфийка без колебаний обновила свой гардероб полностью за мой счёт. Причём, я даже не стал интересоваться, зачем ей было платье, тем более такое дорогое, но, видя её восторг, просто не смог найти в себе сил, чтобы отказать. Кстати, по просьбе эльфийки пришлось ещё проторчать часа два у кузнеца, пока он ковал одну единственную вилку, больно ей понравилось то, как я с помощью неё ем. Когда же я уже собирался идти обратно в таверну, то на выходе из площади что-то привлекло моё внимание. Вернувшись обратно, я недоумевающее покрутился, но ничего не заметив, опять двинулся по направлению к таверне. Вот! Опять! Остановившись я сделал шаг назад и, повернув голову вправо, уткнулся взглядом в потёртую дверь старой лавки. К сожалению, вывеска тоже износилась, так что сходу выяснить, что в ней продают, не представлялось возможным. Отправив измученного слугу в таверну отнести нагруженные на него вещи (пришлось дать ему серебряник, а то бедняга мог смалодушничать и по пути избавиться от парочки особо тяжелый принадлежностей), потом немного подумал, отправил следом эльфийку, надеясь, что в такой одежде у неё не будет проблем, сам же целеустремленно зашагал к лавке.

Боязливо толкнув дверь (не развалится ли?), я под звяканье колокольчика где-то в недрах магазинчика шагнул в полумрак комнаты. Глазам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к освещению, когда же привыкли, сердце мое вздрогнуло и застыло, а потом, убедившись, что не глюки, застучало часто и взахлеб.

От пола и до самого потолка (я прикинул метров семь-восемь) стояли шкафы, полностью заставленные книгами. Шкафы же стояли вдоль обеих стен, и между ними пролегал ещё один ряд. Причём длина рядов была такой, что последние даже не были видны, да и вообще, у меня закрались подозрения, что конца им и не было, так жутко выглядели уходящие в даль шкафы, где постепенно исчезали в темноте. Между рядами стояли две лестницы, которые катались по полу с помощью специально сделанного паза в полу и небольших колёсиках на самой лестницы. Судя по всему, площадь магазина была такой, что, наверное, могла потягаться с любым стадионом моего времени.

- Я могу вам чем-то помочь? - раздался голос сбоку от меня (я чуть не скончался от сердечного приступа, более банальной смерти в моём нынешнем положении и придумать нельзя). Повернувшись, я уж хотел, было наорать на того, кто это сказал, но никого не увидел. Растерянно покрутив головой, заметил торчащую трубку из стены, видимо оттуда и раздался голос. Нагнувшись к отверстию, произнёс:

- Да не мешало бы. Столько книг, что мне будет трудно выбрать что-то определенное, слишком много соблазнов.

Секунд десять никто не отвечал, затем раздался всё тот же голос, в котором сквозило лёгкое удивление.

- Подождите, пожалуйста, я сейчас появлюсь.

- Да уж подожду - невольно поежившись, ответил я. Стоп. Он сказал, появлюсь?

- Вы очень необычный молодой человек - тут же раздалось с другого бока.

Резко повернувшись, я уже предвкушал, как теперь-то уж точно наору на того, кто так пугает честный народ (кто-то хочет поспорить на счёт честности?), но там опять никого не было. Потом снизу раздалось вежливое покашливание, а, опустив взгляд, я наткнулся на ярко-голубые смеющиеся глаза. Человек был ростом мне по грудь, но из-за того, что я стаял на самой верхней ступеньке (да учитывая их размер!), плюс крутизну лесенки, нет ничего удивительного, что я его не заметил. Причем, человеку явно доставляло большое удовольствие всё происходящие. Видимо, клиентов у него не много (или совсем нет), так он отрывается по полной на каждом из них. Тем более, судя по белизне волос и проплешине в центре головы, этот субъект уже довольно преклонного возраста, так что тут может уже преобладать старческий маразм.