Журнал «Вокруг Света» №02 за 2008 год - Вокруг Света

Что же до моих угадываний «образов мира», то они служат, издаются. Сейчас, вы же знаете, все в основном прибегают к малым жанрам: эссе, очерки. Кому теперь охота читать толстые книги? В моих же трудах, если я даю портрет, например, Америки, то под ним лежит книга в 1 000 страниц, написанных изначально в никуда, для себя, не из-за денег. Но оказалось, что мысль в ориентировке на Истину не тухнет. Вот сейчас выходят книги, которые были созданы 30 лет назад.

 — Можно ли сравнить, следуя Вашей теории, например, национальные портреты Америки и России?

 — Видите ли, я вообще зарекся от оценок «ниже» — «выше». Принцип таков — каждый национальный мир совершенен в своем роде, моя задача как мыслителя проникать и извлекать это совершенство. А при сравнении — открывается спектр того, что больше развито и в каком качестве. Конечно, это уже есть основание для вычленения особых качеств, но эти качества нельзя сравнивать по количеству: больше — меньше, лучше — хуже.

  — Каков национальный портрет человека, живущего сейчас в России?

 — Подход мой — в изучении трех субстанций: национального тела (природы), души (характера народа) и духа (языка, ментальности), иначе — Космо-Психо-Логос. Например, Космос у кавказца — горы, у русского — равнина, у грека — море. Изначально природа выдает задание, потом появляется народ. Его задача — освоить свою природу трудом, культурой, умом. Понятно, что антропос негра иной, чем у эскимоса, один приспособлен к северу, другой к экватору — у них разные реакции, в том числе и реакции психики. Природа каждому диктует свое: и образ мысли, и тип жилища, и тип еды, из которой складывается плоть каждого. Понятно, что тело, сложенное, где «щи да каша — пища наша», иное, нежели там, где бананы и кофе.

Что такое Россия? Во-первых, это, как известно, огромная территория. В основном — равнина, как говорил Гоголь: «ровень-гладень». В связи с этим наша главная идея — путь-дорога, ширь-даль. Наш человек — странник, путник, солдат. К земле слаба его тяга, Эрос, он легко сдуваем, поэтому его даже приходилось «пришпиливать» крепостным правом. Русский человек в сравнении с необъятностью своей земли слишком мал. Наше народонаселение не может покрыть эту землю. А сейчас — и вовсе кризис — извели земледельца. Чем мы сегодня живем? Торгуем нефтью и на эти деньги импортируем продукты. Крестьянин же был, по крайней мере, ценен тем, что себя кормил, а не просил у окошечка кассы. У него от этого было чувство собственного достоинства. Погубили крестьянство — погубили и достоинство народа — это к вопросу о душе человека…

  — Если вспомнить историю национального портрета России, описанного Вами, в нем есть такое замечание: «Ленинизм — вклад России в мировую цивилизацию» — в каком смысле?

 — В самом прямом: советская идеология — марксизм, ленинизм — поставила во главе труд и высокие духовные ценности. Например, по Марксу, мера достоинства, мера счастливой жизни — это количество свободного времени, а для этого необходимы индустрия, машины — качество жизни. Во всем этом — масса позитивного. Когда у нас свершилась революция, Запад во многом перестроился, испугавшись экспроприации богатых классов. Там сразу разрослись профсоюзы, установился короткий рабочий день. Эти и другие блага рикошетом отразились от тех трудностей, которые мы переживали. Таким образом, наш опыт, даже в своих отрицательных сторонах, послужил прогрессу мировой цивилизации. Это такой амбивалентный вклад: позитивный и негативный. Он основан на большом идеализме — идеях социалистической революции — на позитивном стремлении создать землю обетованную, райскую жизнь на Земле. Но поскольку в ее свершении инструментарием оказалось «Убий!», — перечеркнулись все благие стремления.

  — А разве идея о построении социалистического общества не была изначально утопической, можно ли без «Убий!» удовлетворить и богатых, и бедных?

 — Но ведь были, так сказать, и другие революции: в Нидерландах и в той же Франции, где после политических волнений развивался внутренний консенсус между социальными слоями, не развязывались гражданские войны. Так что ленинизм в смысле вклада — это одно из учений, такое же, как ницшеанство, фрейдизм и т. д. Все это ценности, но частичные. Апостол Павел говорил, что мы «по частям познаем». Ведь открыть часть знания — это тоже великая ценность, а история потом все рассудит.

 — Какими Вам видятся перспективы России в соответствии с ее национальным образом?

 — Одна перспектива — вписываться в глобальный мир, обобществиться, поскольку по воле судеб мы перестали использовать свою огромную территорию. Другая — вернуться к труду. Но в этом случае нужна тираническая власть. В общем, русский народ — заложник своей территории, по которой он сначала растекся, а освоить до сих пор не может.

  — А Америка, Канада? Там же тоже огромные территории?

 — Это другое, они осваивались иначе — переселенцам нужна была земля. А мы осваивали свои земли не потому, что они нам нужны, вспомните Ермака Тимофеевича. Он бился с Кучумом не для того, чтобы переселиться в окраины, земли и в центре было полно. А сейчас уже и в центре земля не нужна — хозяйственников вывели.

А в Америке 3% населения кормят страну — их территория используется. Так что судьба русского народа и героическая, и трагическая, он ширился, множился, создавал цивилизацию, культуру и в итоге — надорвался. Особенно в советские годы, когда мы стали влиять на весь мир, распространяя идеи социализма, кормили Кубу, Никарагуа и т. д.

  — Получается, причина трагической судьбы народа — во власти?

 — И в ней тоже. Первым «надрывателем» России стал Петр Великий, созидание через насилие и жертвы — это почин Петра. Потом власть действовала по этой инерции. Но при всем при этом Россия всегда оставалась цивилизатором. Она принесла цивилизацию многим народам — в Среднюю Азию, Казахстан, Сибирь и т. д. И сейчас наши ученые, воспитанные советской системой, трудятся, как известно, во всем мире. Ведь русский мужик испокон века уважал прежде всего ум. И в XX веке, для советских людей, дать образование детям — было главной амбицией. Что же касается современного кризиса — он объясняется и глупостью власти, которая шла в своей гордыне завоевывать мир, насаждая социализм, и последующими событиями, когда в 1990-е годы все блага, наработанные жертвенным трудом населения, вдруг присвоились горсткой людей, временщиками, которые качают средства на Запад.

Спасти Россию как целостность — вот задача и перспектива. Народ это чувствует. Недаром сейчас воскресла Православная церковь. Она ведет сегодня большую цивилизующую работу, питая дух абсолютными ценностями, благородством: люби, трудись, не воруй, почитай. Ведь раньше, например, в XVI—XVII веках, настоящая цивилизация, идеальные хозяйства образовывались как раз вокруг монастырей. Есть и еще одна российская беда: целый век мужики-драчуны выбивали друг друга, и в итоге ныне — русская женщина превзошла мужчину — и в здоровье, и в образовании, и в карьере, и в целях, а он и не стремится ее догонять.

 — Можно ли объяснить, почему наше современное искусство, например художественная литература, не изобилует талантами, как в XIX веке, в первой половине XX?

 — Этот закон неравномерности развития открыт давно, можно вспомнить опять же Маркса: экономическое просперити не одновременно с духовным расцветом. Пример — та же Древняя Греция с убогой экономикой, но с каким расцветом духа — культуры, философии, литературы, искусства!

Гегель говорил, что в разные эпохи на первый план выходят разные способности человека. В древности в Индии, Китае приоритетными оказались духовные потребности, вследствие чего родились мировые религии и философии. Это — символическая эпоха духа, потом — классическая стадия, художественная, в ней превалировало искусство (пример с Древней Грецией). Третью стадию Гегель называет романтической, но в то же время ее можно назвать рационалистической. Это — эпоха последнего полутысячелетия, когда разум человечества устремился в науку и технику. И вот сегодня процесс достиг апогея: техника съела и науку (гуманитарную), и искусство. Телесный комфорт, удобство оказались для человека первостепенными. Первой здесь выступает американская цивилизация, в этом отношении она влияет на всех.

Но в то же время внутри этих эпох существуют вариации. В каждой стране как бы свой цикл. Цикл художественный в России пришелся на XIX век и первую половину XX. В это время как раз Россия внесла наибольший вклад в духовную культуру человечества, включая советскую эпоху. Ведь импульс революции — импульс большого идеализма. А идеализм кормит образное мышление. В России таланты шли в словесность, не в технику. Это тоже связано с типом души русского человека. Русский мужик всегда работал не из-за денег, а так, чтоб прожить, а после работы — общение, магарыч и т. д. Да и климат наш соответствующий — летом страда, а зимой-то что делать? Посиделками заниматься, песни петь, общаться — Россия общиной сильна, соборностью. Индивидуализм у нас не может развиться уже хотя бы из-за климата — одному здесь не выжить.