Битва империй. Англия против России - Порохов

Восстание распространилось на Литву, часть Белоруссии, Правобережную Украину. И Герцен тут как тут — призывает создать в польской повстанческой армии русский революционный батальон. Однако в России в целом резко враждебно отнеслись к восстанию — разобралась-таки общественность в том, кто есть кто, какие цели и во имя чьих интересов преследует. Потому не было ни крестьянских восстаний, ни мятежей в войсках, ни выступлений в крупных городах. К тому же лондонские жители Герцен и Бакунин (бежавший из сибирской ссылки), приветствовавшие мятеж, подверглись общественному остракизму со стороны россиян.

Между тем Европа о делах, происходящих в России, особенно в польских ее пределах, узнавала в основном от революционеров-эмигрантов. Официальная администрация России всегда умудрялась запаздывать с информированием Европы о собственных делах и начинаниях. Терпимым такое положение не могло быть.

Во время одной из аудиенций у Александра II военный министр генерал-фельдмаршал граф Дмитрий Алексеевич Милютин предложил выпускать для европейских газет специальный листок с известиями и разъяснениями происходящего в России, в особенности о польских делах. Согласившись с необходимостью оказывать влияние на предвзятое мнение Европы по русско-польскому вопросу, император распорядился о выделении редакции особых средств на издание целого ряда брошюр на русском и иностранных языках. С 1864 года начало выходить на французском, немецком и английском языках секретное приложение «Correspondence Russe» газеты военного ведомства «Русский Инвалид». Это тайное издание рассылалось в некоторые заграничные редакции, обязавшиеся на страницах своих газет печатать эти сведения о России. Успех нового издания был столь чрезвычайный, что уже через несколько лет нельзя было указать ни на одну из наиболее распространенных французских или немецких газет, в которых не перепечатывались бы еженедельно статьи, появляющиеся в «Correspondence Russe». В результате в Европе, судившей о русских делах по публикациям революционеров-эмигрантов, стало складываться благоприятное для России общественное мнение. Тайна секретного приложения охранялась настолько ревностно, что даже наследник-цесаревич, будущий Александр III, о существовании его совершенно случайно узнал только в 1868 году и стал получать «единственный экземпляр», посылаемый редакцией не за границу.

Удалось повлиять на общественное мнение Европы, заставить его быть более лояльным к России. Противодействие враждебной пропаганде, предпринятое военным министром генерал-фельдмаршалом Милютиным с помощью главной военной газеты России, стало удачной контрпропагандистской операцией, направленной на Западную Европу.

XVII. Стратегия Александра II

После Восточной войны 1853–56 годов и событий в Польше в 1863–64 годах император Александр II ясно понял антирусскую политику, проводимую на берегах Темзы. Англия сбросила маску и с особой ясностью показала свое истинное лицо главного врага России. На этом фоне традиционное тяготение России к Германии могло бы привести их к тесному сближению и военно-политическому союзу. Александр II в 1864 году предложил своему дяде Вильгельму I объявить в союзе с Россией войну Австрии, Англии и Франции. Посоветовавшись с Бисмарком, король, однако, отклонил это предложение. Бисмарк заявил, что в случае победы Россия станет вершить судьбами всего мира и «сядет на длинный конец рычага». Не отказываясь от роли союзницы России, Германия использовала возможности для своего укрепления и дальнейшего превращения в империю. Однако оказывать помощь России в ее делах не спешила, блюдя в первую очередь свои собственные интересы.

В России пришли к пониманию: чем сильнее будет она в Средней Азии, тем слабее будет Англия в Индии и тем сговорчивее она будет в Европе. Ведь Англия, располагая значительным флотом, была почти неуязвима для России, где бы то ни было, за исключением ее владений в Азии. И даже появление русской эскадры у западных берегов Северной Америки в 1863 году, в разгар гражданской войны, хотя и носил характер протеста по поводу вмешательства Англии в дела США, не могло рассматриваться существенной военной поддержкой, разве что демонстрацией ее. А вот рычаги влияния на европейскую политику можно было обрести посредством угрозы британским колониям в Азии. Отныне стратегией русской политики в Средней Азии будет не только стремление взять под свой контроль торговые пути из Европы на Восток, но и усиление своего военного присутствия здесь. И император наметил строгую программу постепенного приближения к границам Индии, чтобы в случае надобности, нанести заклятому врагу России смертельный удар в самом его уязвимом месте.

Заметим, что к этому времени Ост-Индская компания постепенно перешла под контроль государства, превратившись в административный аппарат по управлению Индией. Этот процесс ускорили события 1857–1859 годов, начавшиеся с восстания сипайских полков. После жесточайшего подавления восстания Ост-Индская компания была упразднена, контроль над Индией полностью перешел к британской короне. Так с середины XIX века две трети территории Индии стали управляться английскими губернаторами во главе с генерал-губернатором и вице-королем. Остальная территория формально оставалась в руках индийских князей, лишенных какой бы то ни было реальной власти и самостоятельности.

Последнее сколько-нибудь заметное военное предприятие России на юго-восточной границе относилось еще к правлению Николая I. Неудачей закончилась экспедиция графа Перовского 1839–40 годов в Хиву. Впрочем, удалось добиться издания хивинским ханом фирмана о запрещении его подданным грабить русские пределы и держать русских невольников. Однако этим договором закрыть границу не удалось. Набеги продолжались, русских по-прежнему забирали в полон и торговали ими на рынках Востока. Надежды на лояльность среднеазиатских племен и государей не было.

Именно поэтому были отвергнуты предложения решить задачу ослабления Британии в Индии одним успешным тщательно подготовленным походом. Он сулил вроде бы быстрые результаты, однако удаленность выдвинутых на тысячи верст от России армий ставила их в чрезвычайно сложное положение. Потому и результаты побед могли быть тут же утрачены. Император отверг проект Платона Чихачева о наступлении экспедиционного корпуса от Астрабада на Герат, Кандагар, через Пенджаб в британские владения, а затем к Лахору берегом реки Рави. Неудовлетворительным показался и предложенный в 1863 году генералом Хрулевым проект войны, почти тождественный с планами Павла I в 1800 году.

Первым шагом, по мнению императора, должно было стать военное проникновение России в Среднюю Азию. В последующем Россия должна обосноваться в этих землях, чтобы создать надежный тыл будущему экспедиционному корпусу. Этот план и начал претворяться в жизнь.

В результате решительного наступления русских в 1865 году был занят Ташкент, в 1868 году Самарканд. Посол в Лондоне барон Филипп Брунов, бил тревогу по поводу недовольства англичан продвижением России в Средней Азии. Но военный министр генерал-фельдмаршал Милютин разъяснял министерству иностранных дел: «… не надобно просить извинения перед английскими министрами за всякое наше движение вперед. Они не церемонятся перед нами, завоевывая целые царства, занимая чужие города и острова, и мы не спрашиваем у них, зачем они делают это…».[30]

Индийские князья внимательно следили за событиями в Средней Азии и в 1865–1867 годах несколько раз посылали русскому императору посольства. Правитель княжества Индор предложил Александру II сотрудничество в борьбе с англичанами. «Услыхав о геройских подвигах Ваших, я очень обрадовался, радость моя так велика, что если бы я желал всю выразить ее, то недостало бы бумаги… Хотя я не настолько могущественен, тем не менее до сих пор еще с моими подданными не подчинился англичанам… Еще сообщаю Вам о том, что если Ваши войска по случаю холода не успеют скоро дойти до места своего назначения, то сообщите мне, я вышлю Вам войско по кашемирской дороге. Когда начнутся у Вас с англичанами военные действия, то я им буду сильно вредить и в течение одного месяца всех их выгоню из Индии. Посланный мною при сем человек имеет верное и надлежащее понятие об оружии англичан: человек он со сведениями и может все Вам рассказать». Интересно, что князь-индус в посольство отправил своего министра-мусульманина Гаудар Султана. Так что обострение вражды между этими конфессиями — дело будущего, когда англичанам потребовалось ослабить и мусульман, и индуистов. Индийский князь передал со своим министром еще и условия, на которых монархи должны были заключить сотрудничество. Оно предполагало всемерную помощь русским в войске и деньгах, но обязывало их не вмешиваться во внутренние дела княжества.