Великий поток - Аркадий Борисович Ровнер

— Доброе утро, господин Ветров, — сказал он на хорошем русском. — Что привело вас в наши края?

— Здравствуйте, — ответил ему Константин. — Я путешественник, наслышанный о ваших народах. Хочу познакомиться с вашими поселениями и местностью и нанести их на свою Карту. Вообще же меня интересует прошлое и будущее Вселенной, и я хотел бы побеседовать на эти темы со знающими людьми. Думаю, у вас есть такие люди.

— У нас нет таких людей, — категорически возразил человек с залысинами, и, помолчав, добавил: Вы видите — мы вас больше не держим. Для всех будет лучше, если вы без промедления возвратитесь на родину.

Это предложение не обрадовало Константина, но он понимал, что возражать бесполезно, и решил пойти в обход официального запрета на контакт с местным населением. Он попрощался с вежливым представителем власти и взмыл в небо, однако, когда тот скрылся из виду, Константин снова опустился на землю вдали от первоначального места приземления.

На этот раз ему никто не помешал, и он легко затерялся в разношерстной толпе гогов, а может быть, и магогов. Толпа вывела его на рыночную площадь.

— Вы знаете, как готовят снаряд, которым собираются выстрелить, — сказал ему мудрый старик на рыночной площади. — Его нашпиговывают взрывчаткой и ему задают направление. Гоги и магоги — это снаряд дальнего действия. Сейчас они между собой воюют, но эта война нужна им как отвлекающий маневр. Кроме того, она держит их в постоянной боевой форме. Когда придет время, оба народа сольются и полетят, как один снаряд против настоящего врага.

Помолчав, он добавил:

— Взорвавшийся снаряд погибает, но погибают и те, кого он взорвал. Сегодня во Вселенной есть дюжина таких снарядов, ждущих своего часа. Они все полетят почти одновременно, и взрыв будет мощным. После него ничего не останется.

Они сидели на террасе постоялого двора и курили местный табак. До них доносился шум уличной толпы и звуки музыки. Старик был в большом пестром халате, его глаза были полузакрыты.

— Когда завершится этот цикл, наступит блаженная пауза. После нее на мир прольются новые формы, и родятся люди, которые поверят в них, как в единственную истину. Но пройдет тысяча лет, и опять будет много истин, и никто не будет знать, по какой из них жить. И тогда опять будет создан снаряд дальнего действия и опять произойдет взрыв.

Константин ловил каждое слово старика, а когда тот совсем замолчал, он спросил его:

— Зачем Всё?

Старик долго молчал. Наступила ночь, и приутих шум толпы, замолкла уличная музыка. Опустела терраса, на которой они сидели. Константин подумал, что старик спит, и решил незаметно уйти, чтобы его не тревожить. Едва он шевельнулся, как старик открыл глаза и сказал будничным голосом бодрствующего человека:

— На твой вопрос нет ответа для всех — каждый должен сам на него ответить.

— А каков твой ответ? — решился он спросить старика.

— Всё существует для того, чтоб возникло высшее.

Когда Константин летел назад над Пустыней Ужасов, на душе у него было спокойно и радостно. Он чувствовал неотвратимость того, что происходит, и того, что должно произойти. Его ждала его Карта. Ему предстояло внести в нее новые цвета и очертания.

Сердце Земли

Земля, живое существо, высокая материнская сущность, издревле влекла к себе души ее благодарных детей, восхищенных ее красотой, слышащих ее доброту и великодушие. Ее воспевали поэты и музыканты, ее рисовали художники, мудрецы мыслью проникали в ее глубокие тайны. Великий Мировой Океан покрывает большую часть земной поверхности, но проникает и вглубь, образуя подземные потоки, и выходит из-под земли ручьями и реками. Из этого Океана родилась и продолжает рождаться жизнь, он очищает землю и воздух, он дышит, он живет. Это кровь Земли, и она течет в Сердце Земли и снова выходит на поверхность.

Стремление прикоснуться к Сердцу Земли и приобщиться к ее силе овладело и Константином. Но как это сделать? Он знал, что в сердце можно попасть только одним путем — через артерию, несущую кровь Земли, став этой кровью.

«Мы мчимся прямо в обволакивающую мир белизну, перед нами разверзается бездна, приглашая нас в свои объятия…,» — так заканчиваются записки Артура Гордона Пима[2], книги, которую он с восторгом прочитал в юности. С тех пор желание побывать на Южном полюсе и убедиться в том, что там находится не мертвый ледяной материк, как об этом рассказывает слепая современная наука, а гигантская щель, засасывающая вглубь земли горячие, океанические воды, разогретые до кипения близостью огненных очагов, овладела им безраздельно.

И вот наступил день, когда, вынырнув из Пещеры, Константин увидел себя на борту небольшого катера, пробирающегося через облака белесых паров в кипящих водах Южного Океана. Вода бурлила за кормой, и была такой горячей, что в нее нельзя было опустить руку. Пары на южном горизонте создавали отчетливую форму и напоминали гигантский водопад, низвергающийся с крутого утеса, бесконечно уходящего в высоту. Скольжение судна было стремительным, а растущий гул втягиваемой в воронку воды оглушал и наводил ужас. Это движение продолжалось несколько дней, воронка сужалась, грохот становился непереносимым, брызги и туман застилали зрение.

Временами густая пелена перед его глазами разрывалась, открывая колоссальную картину дыры, затягивающей суденышко. Катер медленно двигался по внутреннему склону этой гигантской воронки, неотвратимо опускаясь по сужающейся спирали все ниже и ниже. Понимая бесполезность каких-либо попыток сопротивления потоку, Константин спустился в особый трюм и запер за собой герметическую дверь. Трюм был устроен в виде капсулы с грузом, которая должна была отделиться от катера и начать самостоятельное плавание после развала судна, что и произошло очень скоро.

Теперь его капсулу нес мощный поток земной крови, и ему предстояло проверить и узнать на себе, куда он его донесет. Значительный груз под его ногами удерживал капсулу в вертикальном положении относительно гравитационного центра планеты, однако бурлящий поток и пена в иллюминаторах закрывали ему зрение.

Так началось путешествие Константина вглубь земного лона в потоке, который втягивает океанские воды и пропускает их через Сердце Земли, чтобы, очистившись в нем, устремиться к Северному полюсу, где он, остывая, изливается наружу, вливаясь опять в Великий Мировой Океан. Он знал, что этот поток стороной обтекает раскаленное земное ядро, но встречает на своем пути и прорезает огненные подземные лабиринты, нередко вырываясь в виде гейзеров и горячих источников на поверхность. Он знал, что его путешествие может продлиться долгие месяцы или годы и что встреча с Сердцем Матери сулит ему много неожиданностей, но это не поколебало его решимости при