Чародей - Елена Ежеменская

– Скажи, ты знаешь все сто сорок пять способов убить вампира?

– Нет, откуда мне…

– Вот именно. Если бы ты рисовал комикс про охотника на упырей, какое оружие ты дал бы ему прежде всего?

– Конечно, кол.

Джемал едва слышно мне зааплодировал. Затем отвернулся. Типа, сам додумаешься.

– То есть, ты имеешь в виду, - медленно произнес я, - что кто-то хочет, чтобы все выглядело так, будто его убил я?

– Так и есть.

– Но кому это нужно?

– Спроси что полегче.

Значит, вот почему меня считают убийцей. Настоящие охотники на вампиров не стали бы пользоваться таким дедовским способом и втыкать в грудь Адриана кусок дерева. А кто в первую очередь подумал бы об этом? Дилетант, который знает один-единственный способ умерщвления подобных существ по голливудским ужастикам.

Входная дверь была закрыта по случаю премерзкой погоды (а еще лето называется). Лишь изредка порывы ветра наваливались на нее, заставляя долго и протяжно скрипеть. Если кто-то входил или выходил, поток ледяного воздуха заставлял окружающих, за исключением вампиров и гулей, вздрагивать. Это случалось так часто, что когда очередная волна настигла меня, я даже не обернулся, подумав, что пришла еще какая-нибудь нежить.

Раздался металлический звон, от которого мое сердце ушло в пятки. При работе над "Тутанхамоном" я посетил местного коллекционера Брайана Уэббера, и он в полной красе продемонстрировал мне возможности холодного оружия. Мечи - это вообще моя страсть, я даже умудрился в "Человека-невидимку" запихать один. Я надолго запомнил этот завораживающий звук, с каким клинок выскальзывает из ножен. Но откуда здесь, черт побери, взяться мечу?

Я сделал попытку обернуться, но Джемал сильно меня толкнул. Я скатился с табурета и треснулся затылком о стойку. Из глаз дождем посыпались искры. Кто сказал, что я не могу зажечь даже свечу? Тут бы и на вполне приличный костер хватило.

– Что ты… - проворчал я, еле ворочая языком. И тут же услышал свист. Затем - треск стойки, в которую вонзилось длинное лезвие.

Знакомая фигура, окутанная призрачным сиянием, вытащила меч из дерева легко, как нож из масла, и подняла его над головой. Всего несколько дней назад этот же меч разнес напрочь мою квартиру.

Интересно, где этот герой красотку потерял?

Додумать эту мысль я не успел, так как смертоносное жало устремилось прямо на меня. Увернуться я не успевал и мог только беспомощно наблюдать, как приближается моя смерть. Но… меч вдруг беспомощно завис в воздухе. А его хозяин как-то странно согнулся.

– Хых… - выдавил он.

Я непонимающе уставился на него вместо того, чтобы бежать со всех ног. Амбал хрюкнул и рухнул на колени, однако своего грозного оружия не выпустил. Сияние вокруг него как-то сразу померкло. Я отполз подальше от бугая, стараясь не упускать из виду меч.

Джемал оказался рядом, вздернул меня на ноги и оттолкнул к двери. Я взвыл: затылок просто взорвался болью, по сравнению с которой ядерный взрыв показался бы хлопушкой. Но Джемалу, казалось, было плевать.

Амбал медленно выпрямился. Он растерянно моргал, по лицу бежали струйки пота. Он взглянул на меч, который все еще сжимал в руке, и засунул его в ножны на спине. Правда, не с первой попытки. Руки его тряслись так, что я испугался, как бы он не проткнул сам себя. Что сделал с ним Джемал? То же, что со мной, когда я отказался учиться читать мысли?

Джемал сложил руки на груди. Амбал посмотрел сначала на меня, затем перевел взгляд на негра. Из горла его вырвался низкий утробный рык, и тут же он выбросил вперед руку. Джемал повторил его движение, и сгусток белой энергии разбился о невидимую стену.

Негр обернулся ко мне. Черные очки блеснули в прыгающем свете лампочек, трясущихся от переизбытка энергии. На мгновение мне почудилось, что в его глазах (пардон, очках) горит адский огонь.

– Дэрриен! Уходи! Немедленно!

И тут длинный язык белого пламени окутал Джемала.

Меня ударило о стену, глаза немедленно застлала пелена боли. Кажется, я на какое-то время потерял сознание.

Огненное дыхание обожгло мне лицо. Я кое-как разлепил глаза и в ужасе подскочил: барная стойка, возле которой я валялся, полыхала. Опрокинутый табурет уже обуглился. Слава Богу, пол был каменным, так что до меня огонь пока не добрался.

Я кое-как поднялся, опираясь на стену. Меня повело куда-то вбок, но я все же устоял на ногах. Мимоходом я отметил, что камень, из которого была сложена стена, был удивительно прохладным, несмотря на бушевавший вокруг пожар.

Сквозь дым, заполнивший все помещение, ничего не было видно. Я не мог разглядеть ни Джемала, ни его противника. Зато увидел вампира, объятого языками пламени. Он с воплем пронесся мимо меня, запнулся об остатки табурета и упал на пол, взметнув сноп искр. Чувствую, его предсмертные крики еще долго будут услаждать мои уши.

Дым попал мне в горло, и я закашлялся. Нет, надо выбираться отсюда.

Я, пошатываясь, побрел вдоль стены. Где-то здесь должна быть дверь, если я отлетел в правильную сторону. Угол. Ладно, значит, в следующей стене точно должен быть проем.

Периодически взгляд мой застилался туманом, голова кружилась, меня мутило… Похоже, я все-таки заработал сотрясение. Ладно, об этом буду беспокоиться, когда выберусь отсюда. Я шел в сторону от барной стойки, а напротив нее как раз находился выход. Должен был находиться…

Я в замешательстве остановился. Опять угол. Как я умудрился проскочить мимо, ведь я ни на мгновение не отрывался от спасительно прохладной стены? Черт. Ладно. Может, я ошибся в расчетах. В любом случае, выбираться отсюда надо. Холодная стенка надолго не спасет.

Мне пришлось обойти горящий стол и нечто, напоминающее по форме человека. Рядом валялось что-то длинное, похожее на веревку… Хвост? Я очень надеялся, что мне показалось. Потому что перед глазами тут же замелькало сердитое лицо бармена. Он услышал, о чем мы говорим с Джемалом, и ушел. Не сказал ни слова, не осудил. Не косился на меня, как на зверя, который может укусить. За одно это он заслуживал жизни, а не смерти в голодной пасти огня.

Жар становился все ощутимее, и я снова припал к стене. Стало ненамного легче. Скоро даже эти огнеупорные сооружения не выдержат натиска пламени, и тогда меня можно будет подавать на стол.

И эта стена тоже оказалась сплошной! Черт, черт, черт!

Но… Как же так может быть? Сюда вели две двери, я это помнил точно! Одна находилась как раз там, куда меня отшвырнуло. Вторая - напротив барной стойки. Ни одной из них в наличии не обнаружилось.

Я глубоко вдохнул, чтобы позвать на помощь, но едкий дым нарушил мои планы. Задыхаясь, я упал на колени. Пол уже достаточно нагрелся, чтобы обжигать мои ладони, но выпрямиться я не мог. Я кашлял, силясь вдохнуть, но внутрь попадало еще больше дыма. Легкие словно драли изнутри стальные крючья. В глазах потемнело, я ощущал только нестерпимый жар и боль, рвущую все внутри меня.