Звени, монета, звени - Шторм Вячеслав

– Ты знаешь, кто он?

– Да. Его зовут… звали Димаст. Это был самый преданный слуга Керволда.

– Проклятие! Я почему-то так и думал. Этот покойник наверняка многое мог рассказать.

– Ты кого-нибудь нашел, господин? – спросил подошедший Кольна.

– Нет. В пристройке нет ни одного человека. Такое ощущение, что все слуги Керволда испарились вместе с их хозяином.

– Как видишь, не все, – криво усмехнулся Фрэнк, трогая носком сапога тело. – И как знать, может, остальные тоже спятили и прячутся где-то в доме?

– Исключено. Я больше не ощущаю запаха гельт.

– Из последних слов этого несчастного я понял, что он знал тебя, господин.

– Да, мы виделись пару раз, когда я навещал Керволда, и еще раз он посылал Димаста ко мне с посланием. Но, думаю, его слова имеют совсем иное значение, и это мне очень не нравится.

– Другое?

– Да. В последний раз наша встреча произошла шесть лет назад. Я боюсь, что тот, кто совсем недавно посетил дом Керволда, сделал это под моим обличием…

С минуту мы все молчали, а потом Фрэнк вновь извлек свой меч.

– Тебе виднее. Лично я ни разу не встречал безумцев, и сейчас начинаю догадываться – почему. Как бы там ни было, нужно идти в дом. И прости меня, о Мудрый, но теперь первым пойду я!

Как и в пристройке, в доме не было ничего, что могло бы рассказать нам о случившемся здесь. Ничего и никого.

– Какие будут еще предложения, о Мудрый? – с легкой иронией в голосе осведомился Фрэнк после того, как мы тщательно обыскав все комнаты, остановились на верхнем этаже. – Кажется, пресловутое Зеркало исчезло вместе со своим создателем?

Вместо ответа я подошел к стене, ничем не отличавшейся от прочих, слегка надавил на нее кончиками пальцев и шепнул нужное слово. Стена замерцала и истаяла дымом.

– Да, теперь я верю в то, что твой собрат был скрытным человеком, – хмыкнул воин, недоверчиво разглядывая весьма просторную комнату, появившуюся перед нашими взорами.

– Если я правильно понимаю, это – кабинет Мудрого Керволда? – поинтересовался Кольна.

– Да.

С еще большей осторожностью, чем ранее, мы прошли внутрь.

– Откуда начнем поиски?

– Отсюда.

Я указал на большой письменный стол в глубине комнаты.

– У нас, Мудрых, тоже есть свои маленькие слабости, что бы ни думали простые люди. И Керволд не был исключением.

Я взял в руки лежащую по центру стола большую тяжелую книгу, облаченную в деревянный переплет, сверху обтянутый плотной темно-коричневой тканью.

– Это – его дневник.

Фрэнк бесцеремонно подвинул к столу два мягких кресла и приглашающе указал на них нам с Кольной. Толстяк вопросительно посмотрел на меня и, лишь увидев одобряющий кивок, осторожно сел. Я последовал его примеру, раскрыл книгу и погрузился в чтение. Фрэнк, несмотря на то, что в комнате было довольно прохладно, расстегнул свой теплый шерстяной плащ, бросил его прямо на пол и с обнаженным мечом в руке застыл у выхода.

Конечно, меня так и подмывало сразу же перелистнуть дневник на последнюю страницу, но интересующее меня могло находиться и много ранее, поэтому я отыскал пометку, знаменующую начало текущего месяца.

И сразу же наткнулся на следующую запись:

«Сегодня послал Зов Омару, чтобы кое-что обсудить. Он ответил, что занят: в Южный Предел должен прибыть Лаурик по какому-то срочному делу. Обещал связаться со мной позднее…»

Очень интересно! Запись была датирована вторым днем от начала месяца. Прекрасно помню, что тогда был занят у себя, в Западном Пределе, и с Олларом не говорил… Ладно, что дальше? Не то, не то, неужели больше ничего не будет? Ага!

«Вчера вновь послал Зов Омару. Похоже, мальчишка совсем про меня забыл. Он не ответил. Видят Всеблагие, это очень странно… Попытался связать…»

Проклятие! Следующая страница дневника вырвана! Эта запись была сделана на следующий день после того, как я действительно совершил Переход в Южный Предел. И как раз в тот день, когда впервые испытал то странное ощущение. Готов поклясться чем угодно, что с Керволдом тогда еще было всё в порядке, а значит, он тоже должен был это почувстовать. Должен был почувствовать и записать свои ощущения! Получается, что кто-то предвидел, что я или другой Мудрый будем читать дневник, и уничтожил самую главную информацию. Последняя, обрывающаяся фраза говорит том, что Керволд Восточный послал Зов кому-то из двоих оставшихся Мудрых: Маске или мне. Я Зова не слышал, значит – Маска. Очень интересно, но ведь Маска убеждал меня что Керволд на его Зов не ответил и сам с ним не связывался. Значит, он мне солгал? Впрочем, может статься, и нет: ведь Керволд написал не «связался», а «попытался связаться». Сдается мне, что эта обрывающаяся фраза изначально выглядела так: «Попытался связаться с кем-то, но…» Но что? На Зов ответили, или он ушел впустую?

Чувствуя, что голова моя пухнет от теснящихся в ней вопросов, на которые нет ответов, я жестом подозвал Фрэнка.

– Ну, ты узнал, что хотел? – поинтересовался тот, продолжая коситься в сторону двери.

– И да, и нет. Хочу рассказать вам с Кольной, что мне удалось извлечь из этого дневника. Быть может, вас посетит новая идея.

– А как же?… – Воин кивнул на дверь.

– Не беспокойся.

Восстановить иллюзию Керволда было делом нескольких секунд, а потом я вновь занял свое место. Фрэнк убрал меч в ножны и, не стесняясь, присел на край стола, а потом я прочитал вслух обе записи.

– Ну, что вы об этом всем думаете? – Кольна потер подбородок:

– Будем опираться лишь на факты, мой господин. Прежде всего мы можем совершенно уверенно заключить, что до тебя в Южном Пределе побывал не Керволд, как ты ранее считал, а Серебряная Маска. Да и здесь, похоже, тоже.

– Согласен, – подал голос Фрэнк. – И это подтверждает предположение, которое я сделал еще в Лайдоре: Маска тебе солгал. Если, конечно, запись в дневнике – не подделка.

Я покачал головой:

– Нет, не думаю. Я бы заметил. К тому же эта запись – почти в середине, а последний лист – вырван. Уверен, что всё было именно так, как описал Керволд.

– И насколько я понимаю, он вряд ли стал записывать в свой дневник заведомо ложную информацию, да еще и вырывать из него страницы, затевая какую-то свою игру?

– Да.

– В таком случае виновным получается Мудрый Северного Предела. Под твоим именем он послал Зов Оллару, встретился с ним и… устранил. Потом запудрил тебе мозги и аналогичным образом расправился с Керволдом, попутно уничтожив компрометирующую его страницу дневника. Более ранние записи он, судя по всему, просто не просматривал, желая побыстрее закончить свое дело.

– Что скажешь, Кольна?

– Увы, господин, но я пришел к тем же выводам.

– Угу. Мне тоже такое развитие событий показалось самым вероятным. И всё же это просто не укладывается у меня в голове! Даже если допустить, что Серебряная Маска пошел против воли Четырех, то как вы объясните тот факт, что и он бесследно исчез? Странное ощущение его не-смерти и не-жизни, появившееся у меня, абсолютно такое же, как и в случаях с Олларом и Керволдом?

– Интересный вопрос, – хмыкнул Фрэнк, – но он поставлен Мудрым. Я, как воин, спрошу иначе: кто бы ни был виноват в произошедшем, зачем делать всё так сложно?

– Я тебя не понял.

– Речь именно об этих твоих странных ощущениях. Мудрые столь же уязвимы и смертны, как и все прочие люди. Если кто-то напал на них, почему он попросту не убил Оллара, Керволда и Маску? Даже если, говоря твоими словами, допустить, что неизвестный – Маска, это всё равно ничего не объясняет.

Я встал, прошелся по комнате и остановился у большого застекленного книжного шкафа. Тихо щелкнул замок, я протянул руку и снял с полки овальное зеркальце не больше ладони в диаметре, заключенное в простую деревянную оправу.