Кузнечик сын кузнеца (рассказы) - Юрий Хвалев

- Хм, любую… хоть троллейбус. Но если за рулём будет такой же лузер как этот. – Ева махнула рукой в сторону официанта. - У вас будут большие неприятности.

- Не переживайте: всё будет хорошо. Следующая выпивка за счёт заведения. – Перед тем как уйти администратор вежливо откланялась. – Приятно провести время.

- Вот так всегда, выведут человека из равновесия, а потом сюсюкают. – Стела смотрела на официанта с чувством выполненного долга. - Ну что хлопаешь глазами? Довёл девушку до белого каления, неси теперь виски, приму как успокоительное. Ева, ты будешь вино или что-то покрепче?

- Меня что-то на сладенькое потянуло. – Ева сладко улыбнулась. - Пожалуй, выпью «Белиз». Да, и ещё одну порцию мороженого для этого мальчика.

- Я мигом… - официант так рьяно принялся услуживать, что выронил на ходу поднос. – Извините. Падают, падают, падают листья…

- Ты смотри, он ещё и поёт. – Стелла взглянула на часы. – Скоро одиннадцать. Нинель звонила?

- Нет. Как всегда бросила смс. Ждите, говорит меня с минуты на минуту. – В Евиной речи зазвучали волнительные нотки. – Без году неделя в команде, а строит из себя самую доброжелательную феминистку.

- Кто Нинель?! – Стела притворно удивилась. – Ты к ней явно не равнодушна…

- Я! Да ты что?! Просто хотелось, чтобы она, несмотря на юный возраст, была последовательна в своих действиях и не лезла со своим примитивным уставом в чужой монастырь. – Ева зарделась, возможно, испугавшись, что в сказанных словах Стела почувствует фальшь. – В отношениях с мужчинами доброжелательные феминистки должны вести себя гибко и не лезть напролом. Только так можно добиться поставленной цели.

- В восемнадцать лет… - Стела романтично закатила глаза. - Я была очень похожа на Нинель. Меня так же волновал вопрос массового переселения мужчин в труднодоступные районы.

- Тихо. – Предупредила Ева. – Нинель идёт.

В кафе вошла девушка с надменным взглядом, которая сразу обратила на себя внимание тем, что держала в руке непотушенную сигарету. Наверно, так же, проверяя быстроту реакции обслуживающего персонала, поступает пожарный инспектор, хранящий в кармане ценную бумагу о запрете любой деятельности, где цена вопроса двух заинтересованных сторон решается путём приватной беседы. Официант, случайно оказавшись рядом, проявив завидную быстроту, погасил назревавший инцидент, так как курение в кафе запрещалось.

- Вы позволите сигарету? – попросил он.

- Скажите, в вашем кафе есть мужчины руководители? – отдавая официанту сигарету, спросила Нинель.

- Нет, я здесь один, - грубовато ответил официант, пытаясь разумно ретироваться.

- Жаль.

- Нинель! – Стела помахала подруге рукой. – Мы здесь.

Игнорируя к своей персоне интерес окружающих, Нинель шла пружинящий походкой, словно по подиуму. Цветомузыка смахивала на вспышки фотокорреспондентов. За Нинель неотступно увязался нескладный мужчина, возможно, страдающий плоскостопием.

- А вот и я, - подойдя к столику, сказала Нинель. – Привет.

- Ты как всегда неотразима, - похвалила Стела.

- А мы уже не надеялись… - съязвила Ева.

- Кх-кх. – Мужчина, который преследовал Нинель, кашлянул. – Я извиняюсь, троллейбус вы заказывали?

- Что? – удивилась Нинель.

- Мы заказывали. Мы. - Подхватили подруги. – Ждите нас там.

- Даже не подумаю. – Восстал троллейбусник. – У меня движение расписано по минутам. Или вы едите, или я...

- Вы цыган, - бросила Нинель. – Вас нужно отправить в труднодоступные районы. Нахал!

- Во-первых, я потомственный еврей. Во-вторых, у меня два высших образования. И, в-третьих… - покосившись на Нинель, троллейбусник взял паузу.

- Ну, что же вы, договаривайте! – приказала Нинель.

- Потом скажу…

- Нет, сейчас! – вскрикнула Ева. – Он нам на все вопросы ответит сейчас. Иначе…

- Когда родилась королева Великобритании Елизавета Вторая? – огорошив троллейбусника, спросила Стела.

- Королева Великобритании родилась…

- Когда же? – поддакнула Ева. - Что и требовалось доказать. Нам прислали очередного лузера.

- 21 апреля 1926 года, - ответил троллейбусник.

- А-а-а?

- А коронация состоялась в 2 июня 1953 года.

- Пусть назовёт вторую жену Наполеона Бонапарта, - предложила Нинель.

- Мария-Луиза… М-м-м… Габсбург-Лотарингская, - как ни в чём не бывало, ответил троллейбусник.

- Чёрт, ходячая энциклопедия. О чём ёще его спросить? Я всё равно с ним не поеду. Какое-то «Что, где, когда». Подожди. Валентина Терешкова, когда полетела в космос? Нет, пусть скажет, где родилась?

- Родилась в деревне Большое Масленниково Ярославской области. А в космос полетела на «Востоке-6» 16 июня 1963 года.

- Я его сейчас чем-нибудь огрею! – от досады Ева взвизгнула.

- Мне ваши угрозы по барабану, – предупредил троллейбусник, - Во-первых, я застрахован от любых побоев и если что, получу денежную компенсацию, а во-вторых, дискриминировать меня по половому признаку у вас, к сожалению, не получиться.

- Бабушка надвое сказала, - предсказала Ева.

- Что ж девочки, - подытожила Стела. – Придётся согласиться с этим… м-м-м… индивидуумом. Едем.

В троллейбус подруги садились по очереди, как и положено, проходя через переднюю дверь, где троллейбусник помимо посадочного билета предлагал руку помощи, впрочем, сердце его было как всегда равнодушно.

«Я однолюб, - повторял про себя троллейбусник, протягивая руку Нинель. – Люблю только Веронику».

- Руки по швам, смирно стоять! – подбадривала троллейбусника Нинель. – Даже не думайте ко мне прикасаться.

Войдя в троллейбус, подруги увидели в глубине салона торчащий бюст одинокого пассажира, непонятно как сюда просочившегося. Оказывается, всё это время пока шла посадка, мужчина терпеливо выжидал, когда троллейбусник займёт место у руля и будет при исполнении, чтобы выказать ему накопившиеся обиды.

- Я уже битый час жду, - пожаловался пассажир. – Это безобразие.

- И чего вы ждёте? – спросил троллейбусник, усиливая голос микрофоном.

- Когда троллейбус поедет по пятнадцатому маршруту.

- У меня спецрейс. – Предупредил троллейбусник. – Поэтому придётся по пятнадцатому маршруту идти пешком.

- Сделайте мне исключение у меня проездной билет на все троллейбусы округа, - попросил пассажир. – К тому же я директор женского общежития фабрики по пошиву мужских носок.

- Никаких поблажек! – восстала Стела. – Троллейбус арендован нами… до конца недели.

- Подумаешь директор, – добавила Ева. - Пусть добирается на своих двоих.

- Мужчина, не заставляйте нас применить силу. – Предупредила Нинель. – Идите, идите. Вы на правильном пути. Осторожно не упадите. Выход там.

От полученных обид пассажира штормило. Под хихиканье подруг он кое-как добрался до выхода, всё ещё надеясь сохранить хорошую мину в плохой игре. Но взглянув на лукавую физиономию троллейбусника, пассажир понял, что окончательно проиграл. Возможно, чтобы как-то сохранить свой пошатнувшийся имидж, пассажир, перед тем как выйти, нагнулся к уху троллейбусника.

От услышанных слов троллейбусника передёрнуло. Он недовольно сплюнул, словно слова, которые ему напоследок сказал пассажир, были насквозь пропитаны ядом гремучей змеи.

- Меня зовут Виктор Иванович, - спрыгивая с подножки, сказал пассажир. – Запомните на всякий случай.

Переходя с резкого рывка на плавный троллейбус начал разгоняться.

- Стойте! – закричала Ева. – Савва в кафе остался.

- Какой Савва? – спросил троллейбусник.

- Сын.

- Да куда он денется. – Успокоила Нинель. – Позвони своему бывшему, пусть заберёт. Тем белее сегодня суббота день любящих отцов.

- Точно, точно… - добавила Нинель. – Он так редко его видит.

Ева, позвонив, услышала в трубке радость бывшего мужа, так как он находился в двух шагах от кафе. Стела, копаясь в косметичке, искала губную помаду, чтобы восстановить привлекательность губ. Нинель, о чём-то мечтая, смотрела в окно.

Троллейбусник, проезжая мимо остановок, лишь монотонно объявлял их названия, которые не отличались оригинальностью, некоторым улицам вернули прежние названия. Так «Мирная» недавно снова стала «Военкоматская». Её-то троллейбусник произнёс с усилением, повернув ручку громкоговорителя до упора. Затем он плавно остановил машину.

- Почему остановились? – крикнула Нинель. – Поехали!

- А вы не догадываетесь? – спросил троллейбусник.

- Я приказываю вам ехать. – На щёках Нинель выступил румянец. – Ну, пожалуйста.

- Действительно объяснитесь. – Потребовала Ева. – Почему остановились?

- Среди вас есть мужчина, который всяческими способами отказывается выполнять священный долг. – Троллейбусник говорил с высоко поднятой головой. – То есть не хочет служить в нашей доблестной армии. Это очень плохо.

- Что он такое говорит?! – вскрикнула Стела.