Алый - цвет жизни - Кривицкий Михайлович

   - А не боишься?

   - Кого тут бояться? Ирбисы не сунутся, у меня барьер стоит, упырей, если только опасаться, но они сюда очень редко заходят, да и почувствую их раньше, чем они доберутся до шатра.

   - Ну, раз я никому не помешаю, могу научить обращаться с мечом, но предупреждаю, это долго.

   - Я никуда не спешу. - серьезно ответил Кайтар, внешне оставаясь спокойным, но внутри мальчика все ликовало от радости. - К занятиям приступим, когда сможешь нормально двигаться. Через неделю примерно, а пока отдыхай и не напрягайся сильно, дай костям срастись, да и отъесться тебе тоже не помешает. - Кайтар выразительно посмотрел на тощего эльфа, тело которого от постоянного недоедания последних лет превратилось в мощи, двигающиеся до сих пор на чистом упрямстве.

   Кайтар к чему-то прислушался, до слуха эльфа долетело поскрипывание снега под чьими-то легкими шагами, маленький шаман поднялся на ноги.

   - Кстати об обеде, пойду Лиррин встречу.

   Кай скрылся за порогом шатра, как эльф не напрягал слух но, как и в прошлые разы не смог услышать шагов его спасителя. Снаружи послышались голоса на орочьем, говорили Кайтар, и скупо отвечал ему грудной женский голос. Минут через пять, шкура, служившая дверью, откинулась в сторону и в ослепившем ярким солнечным светом проеме мелькнула гибкая фигура. Шкура скользнула наместо, а снаружи послышался какой-то глухой стук. Когда яркое пятно, плясавшее в глазах ушло Эйленталь увидел перед собой молодую орчанку, чей гибкий силуэт мелькнул на входе.

   Большие миндалевидные светло-карие глаза с легким теплым медовым оттенком настороженно и неприветливо рассматривали эльфа из-под грозно нахмуренных тонких вразлет бровей. Эльф отметил, что девушка была довольно миловидной: загорелая смуглая кожа, правильные, чуть резковатые черты лица, прямой тонкий нос с небольшой горбинкой. Лицо обрамляли две небольшие косицы с вплетенными в кончики клыками какого-то животного, остальные черные волосы, с рыжеватым оттенком были собраны в длинный хвост, стянутый костяной заколкой. Эйленталь с удовольствием пробежался глазами по стройной подтянутой фигурке невысокого роста, Лиррин, как назвал гостью Кайтар, была одного с ним роста, может на пару сантиметров ниже Эйленталя. Светло-коричневые штаны из тонкой замши подчеркивали стройность ног, привыкшие к дальним переходам по горам. Светло-серая рубашка с длинным рукавом и высоким воротом оттеняли густой загар, а меховая безрукавка белого с небольшим желтоватым оттенком и розочками темных пятен плотно облегала аппетитные округлости груди.

   Лиррин сняла с плеча принесенный ею кожаный мешок и опустила его на шкуры пола недалеко от очага, Эйленталь сглотнул, плавные хищные, исполненные врожденной чисто-женской грации и тягучей гибкости движения девушки завораживали. Эльф не знал что виной такой реакции: шестилетнее вынужденное воздержание или необычная хищная красота орчанки не идущая ни в какое сравнение с рафинированной жеманностью эльфиек, с которыми его сводила судьба в столице Эльвиалля, но Эйленталь точно знал, что Лиррин ему нравится. Встретившись с девушкой глазами, Эйленталь приветливо улыбнулся, Лиррин поджала полные губы.

   - Эйленталь. - представился дивный, указывая на себя. Эльф давно уяснил, что кроме шаманов в Ледяной Степи мало кто знает Всеобщий язык, а разноцветных бус на ней эльф не видел. Орчанка немного подумала и кивнула.

   - Лиррин. - Голос девушки был силен и завораживающе мелодичен, в нем проскальзывали тихие рычащие нотки.

   Орчанка развязала тесемки мешка, достала из него широкий отрез шерстяной ткани и принялась раскладывать на нем еду. Эльф сглотнул, вспомнив, что он уже давно не ел нормальной пищи, наблюдая, как на скатерти появилась круглая сырная головка, копченый окорок, небольшая горка румяных лепешек и несколько мелких луковиц. Вслед за этим из мешка на свет появились три горшка, содержимое которых пока оставалось загадкой. Лиррин поставила их на камни очага, затем извлекла широкую миску, накрытую сверху такой же миской, и поставила его в центр импровизированного стола.

   Закончив сервировать стол, Лиррин серьезно посмотрела эльфу в глаза:

   - Я не доверять Эйленталь! Елф причинить вред Кайтару, я убить Эйленталь. Понимать?

   - Я не причиню вреда ребенку. - так же серьезно заверил грозную орчанку Эйленталь.

   Лиррин кивнула и добавила:

   - Я смотреть за елф.

   Повисшее молчание давило эльфу на нервы, а снаружи все доносился время от времени прерывающийся стук, словно кто-то стучал камнем по дереву. Эйленталь спросил, больше желая услышать голос неприветливой девушки, чем действительно интересуясь:

   - А где Кайтар?

   - Шаман выбивать зуб упырю.

   - Зачем? - не понял эльф.

   - Упырь кусать, - девушка замолчала, сосредоточенно подбирая забытое слово, - добыча умирать, сильный яд. Шаман делать хороший лекарство.

   - Помогает? - иронично поинтересовался Эйленталь.

   Лиррин в ответ окатила эльфа презрительным взглядом, но ответила:

   - Кайтар хороший шаман, он лечить, никто не умирать, все здоровые. - орчанка замолчала, показывая всем видом, что поддерживать разговор на эту тему далее считает ниже своего достоинства.

   - Характеристика исчерпывающая. - по-эльфийски пробормотал растерянный Эйленталь и про себя подумал с иронией:

   - "Вот так вот, отсталая магия и необразованные разумные замкнувшиеся сами на себя и почти не поддерживающие никаких отношений с внешним миром. Шаманы спокойно лечат то, что остальные полагают неизлечимым и попросту убивают зараженных, облегчая страдания. И никто не видит в этом чего-то выдающегося". - Эйленталь усмехнулся, - "Или может, они просто не знают, что это не лечится, как Кайтар не знал, что метку изгоя невозможно снять?"

   Размышления прервал Кайтар, как и в прошлые разы неслышно вошедший в шатер, мордашка шамана была вымазана в жирной саже, но гарью от него не пахло. Мальчик подошел к очагу, где тут же попался в крепкие руки охотнице. Лиррин что-то приговаривая на орочьем, куском шерстяной ткани пыталась оттереть мазки копоти, Кайтар слабо отбивался. Вздохнув, орчанка покачала головой - копоть только размазалась по смуглой коже. Пожав плечами, Кайтар присел перед очагом на корточки, протянул руки к огню, и в следующий момент полупрозрачная волна пламени пробежалась по всему телу шамана от пяток до макушки, оставляя после себя чистую, раскрасневшуюся от жара кожу. Кай встряхнулся как собака и выскочил на улицу только затем, чтобы вернуться через минуту. От шамана тянуло морозной свежестью гор.