Торговец и попугай. (Восточные истории и психотерапия). - Носсрат Пезешкян

Пациент улыбнулся: «Отец, например, поручает мне ответить на письмо, позвонить по телефону. Я это делаю, но на свой манер. И для меня это означает, что я выполнил поручение. Зато от отца мне удается еще раз улизнуть. Это, конечно, странно. Откровенно говоря, мне очень нравится моя профессия. Но стоит мне услышать от отца указания или приказания, как я чувствую себя заблокированным, неспособным действовать. Тогда я включаю, так сказать, холостой ход, и дело не продвигается ни на сантиметр вперед».

«Понимает ли Ваш отец, в чем причина вашей небрежности?» – спросил я.

«Думаю, что нет. Он просто считает меня ненадежным, непорядочным, неряшливым, ленивым и, может быть, далее глупым. Но то, что я бунтую против его авторитета, едва ли доходит до него. Ведь я на все отвечаю «да» и «аминь», если даже это для меня невыносимо. Особенно меня злит то, что он дает распоряжения, вообще ни с чем не считаясь».

Мы последовательно проработали создавшуюся конфликтную ситуацию с точки зрения проблематики «вежливость – искренность», которая превратила притязания отца на повиновение в конфликт для сына. Альтернативной концепцией к пассивному сопротивлению пациента стало активное сопротивление: сказать, чего я не могу сделать, и объяснить, почему я этого не могу сделать. Таким образом, конфликт был переведен из неадекватной сферы поведения, основой которого было детское упрямство, в необходимость конкретно обсудить с отцом создавшееся положение. Для пациента это задание было выполнить уже не трудно, так как он приобрел важное для себя чувство уверенности в том, что не обязан беспрекословно повиноваться отцу, а может, не опасаясь наказания, независимо отстаивать свои собственные желания, потребности, интересы. Одновременно была проанализирована основная конфликтная проблематика пациента, в результате чего пациент научился понимать, почему он по отношению к отцу занял такую оборонительно-мазохистскую позицию и что препятствовало ему быть честным и искренним.

Хороший пример

Один мулла хотел уберечь свою дочь от всех опасностей жизни. Когда пришло время и красота ее расцвела как цветок, он отвел дочь в сторону, чтобы рассказать ей, как много в жизни встречается подлости и коварства. «Дорогая дочь, подумай о том, что я тебе сейчас скажу. Все мужчины хотят только одного. Они хитры, коварны и расставляют ловушки, где только могут. Ты даже не заметишь, как погрязнешь в болоте их вожделений. Я хочу показать тебе путь, ведущий к несчастью. Сначала мужчина восторгается твоими достоинствами и восхищается тобой. Потом он приглашает тебя прогуляться с ним. Потом вы проходите мимо его дома, и он говорит тебе, что хочет только зайти за своим пальто. Он спрашивает тебя, не захочешь ли ты зайти вместе с ним в его квартиру. Там он приглашает тебя сесть и предлагает выпить чаю. Вы вместе слушаете музыку, проходит какое-то время, и он вдруг бросается на тебя. Ты опозорена, мы все опозорены, твоя мать и я. И вся наша семья опозорена, а наше доброе имя опорочено навсегда». Дочь приняла близко к сердцу слова отца. И вот однажды, гордо улыбаясь, она подошла к отцу и сказала: «Отец, ты, наверное, пророк? Откуда ты знал, как все произойдет? Все было точно так, как ты рассказывал. Сначала он восхищался моей красотой. Потом он пригласил меня погулять. Как бы случайно мы проходили мимо его дома. Тогда несчастный влюбленный заметил, что забыл свое пальто, и, чтобы не оставлять меня одну, попросил зайти вместе с ним в его квартиру. Как того требуют правила вежливости, он предложил мне выпить чаю и скрасил время чудесной музыкой. Тут я вспомнила твои слова и уже точно знала, что меня ожидает, но ты увидишь, что я достойна того, чтобы быть твоей дочерью. Когда к почувствовала, что мгновение это приближается, я бросилась на него и обесчестила его, его родителей, его семью и его доброе имя!»

Один сорокавосьмилетний коммерсант прочитал в журнале статью о моей книге «Позитивная психотерапия» и пришел ко мне на прием. Его проблемы можно было описать в общих чертах такими понятиями, как кризис авторитета, проблемы взаимоотношения поколений, комплекс неполноценности, моральные сомнения и пр. По словам пациента, он обратился к психотерапевту не из-за себя, а из-за своей дочери, которая доставляла ему много огорчений. Его двадцатилетняя дочь Сусанна сразу после окончания школы переехала в другой город продолжать учение. Он не давал на это своего согласия и до сих пор не может привыкнуть к мысли, что Сузи, как он ее нежно называл, живет одна, беззащитная, в чужом городе.

Его жалобы каждый раз оканчивались тем, что никто не сможет помочь его дочери и он единственный, кто сумеет отвратить от нее беду. «У меня большой жизненный опыт, в том числе и горький. Современные молодые люди такие беспечные и легкомысленные, они совсем не думают о последствиях. Вы ведь знаете, какие опасности подстерегают их на каждом шагу. Если бы моя дочь руководствовалась моим опытом, она могла бы уберечь и себя и нас, ее родителей, от огорчений и лишних волнений».

Пациент приехал на одноразовое лечение из Рурской области. Поэтому терапевтические усилия следовало сосредоточить только на наиболее важныхвопросах.Без сомнения,у пациента была склонность к навязчивым состояниям, он пытался своим преувеличенно оберегающим поведением устранить все грозящие его дочери опасности. Однако это требовало длительного лечения. Для разового лечения я должен был использовать другие средства. Я рассказал этому чрезмерно озабоченному и внутренне измученному отцу историю «Хороший пример».

Сначала пациент слушал с интересом. Когда же наступила кульминация, на лице его появилось почти испуганное выражение, а потом он рассмеялся. У меня было впечатление, что он полностью вошел в роль муллы и что благодаря внезапному неожиданному повороту событий был так же изумлен, как и герой истории. Без всяких с моей стороны вопросов пациент стал рассказывать о своей семье, о том, как он сам страдал от авторитета отца, который любил повторять: «Если я говорю, что вода течет в гору, то она и течет в гору».

Сравнив рассказанную мною историю с собственной ситуацией, пациент осознал двойственное значение своей чрезмерной опеки и сумел правильно понять свою роль отца.

Казалось, что пациент отправился в путешествие, чтобы совершать открытия, настолько он изумлялся каждый раз, когда узнавал до сих пор для себя неизвестные явления и их взаимозависимость. Пока еще было рано говорить об окончательном результате лечения, однако он мог уже самостоятельно и последовательно анализировать свою конфликтную ситуацию и ее последствия для взаимоотношений с дочерью. В дальнейшем я получил от него письмо, в котором он написал мне, что постоянно размышляет об истории и затронутых в ней темах и что стал более строго и самокритично относиться к себе самому.

Шерстяная борода

Одна женщина долго и тщательно выбирала на базаре в магазине шерстяных и трикотажных изделий шерстяную материю, из которой она собиралась сшить накидку для своего мужа. Самым главным было для нее то, чтобы ткань была только из чистой овечьей шерсти, ничего другого она и знать не хотела. «Возьмите же вот эту великолепную ткань, – предложил ей продавец отрез шерсти. – Ваш муж будет себя чувствовать в ней так, будто ангелы вознесли его в рай». От этих слов женщина почувствовала, что слабеет. Она только хотела удостовериться: «Ты можешь мне поклясться, что эта материя из чистой шерсти?» – спросила она торговца. «Конечно, – ответил тот. – Клянусь всеми пророками, что это, – при этом он погладил рукой свою длинную белую бороду, – не из чего другого, а только из чистой шерсти».

«Я больше не могу верить своему мужу. Он любое дело умеет повернуть так, как ему выгодно», – рассказывала мне сорокапятилетняя женщина-врач, немка, которая была замужем за врачом-персом. Все ее жалобы сводились к одному постоянно повторяющемуся переживанию: если муж провожал своихгостей, чаще всего соотечественников, домой или на вокзал, то это длилось обычно несколько часов. А сам он говорил, уходя из дому, что сейчас же вернется. Это выводило пациентку из себя. В жалобах на мужа слышалось и порицание восточного образа жизни. Я дал ей прочитать историю про шерстяную бороду. Пациентка улыбнулась. «Несмотря на то, что мой муж врач, он вполне мог бы быть торговцем шерсти. Я совсем другая. Если я что-нибудь говорю, то этому без всякого сомнения можно верить». Тут мы как раз и подошли к разрешению возникшей в их семье межкультурной проблемы, а история про шерстяную бороду помогла пациентке проникнуться миром чувств и представлений ее мужа.

Скупость нередко обходится дороже

Перед судьей стоял человек, которого обвиняли в том, что он брал взятки. Все говорило за то, что он виновен, и судье только и оставалось, что вынести приговор. Судья был мудрым человеком. Он предложил обвиняемому три наказания на выбор: либо заплатить сто туманов, либо получить пятьдесят палочных ударов, либо съесть пять фунтов лука. «Вот это, наверное, будет не так уж трудно», – подумал осужденный и откусил первую луковицу. Съев три четверти фунта сырого лука, он уже не мог больше смотреть без отвращения на эти дары природы. На глазах выступили слезы, которые ручьями текли по щекам. «О высокий суд, – взмолился он, – отмени луковицы, пусть уж лучше будут палочные удары». Про себя он подумал, что схитрил, но зато сэкономил деньги. Повсюду была известна скупость этого человека. Судебный исполнитель раздел его и положил на скамью. Уже при одном виде палача мощного телосложения и гибкой розги в его руках беднягу охватила дрожь. При каждом ударе по спине он вопил, что было мочи, а на десятом ударе взмолился: «О высокий суд, сжалься надо мной, отмени удары». Судья сделал отрицательный знак головой. Тогда обвиняемый стал умолять: «Позволь мне лучше заплатить сто туманов». Так, желая сэкономить деньги и избавиться от ударов, он вынужден был испробовать все три наказания.