Искусство войны - Владимир Иванов

время прошло, главой клана стал Джабба — и поднял его из небытия. Ранее, один из многих кланов, теперь каджидик Десилиджик стал одним из восьми хаттских родов, которые входили в Великий Совет Хаттов — правящий политический орган Нал-Хатты, который и управлял расой хаттов.

Да, хатты были асоциальны, и два хатта не могли ужиться вместе — особенно те, которые входили в Совет. Однако, все понимали, что в их единстве — их сила, поэтому они встречались, вели дела, общались, участвовали в праздниках.

Однако, Джаббе требовалось доказать, что он не зря занимает свое место. И такой шанс ему вскоре выпал. За тридцать лет до Великой Ресинхронизации — как теперь гласил новый галактический календарь — хатты обратили свое внимание на Татуин — планету Внешнего Кольца, расположенную к югу от Пространства Хаттов. Многие годы она была необитаема, но семьдесят восемь лет назад на поверхность планеты рухнул корабль «Вдовствующая королева» — на то самое место, где позже был построен Мос-Айсли. Выжившие оказались выходцами с Бестина-четыре, которые основали столицу Бестин и вошли в первый контакт с джавами — местными аборигенами. Вскоре был основан Форт-Тускен, поселенцев которого вырезали песчаные люди спустя год. Именно после этого инцидента Песчаных людей — еще одну странную расу Татуина — стали называть «Тускенскими разбойниками», или же просто — тускенами. Спустя семь лет форт был заново отстроен и заселен. Еще спустя пять лет людьми и родианцами был основан Мос-Айсли, четыре года после этого — космопорт Мос-Эспа.

Одно время на планете пытались разрабатывать металлы, однако эта затея провалилась, более того — все оборудование: техника, краулеры, старательские инструменты — все было брошено. Отдаленность планеты привела к тому, что там начал собираться всякий сброд. Дело запахло деньгами.

Хатты отправили туда своего представителя — из младших родов — однако за шесть лет тот так и не смог установить контроль над планетой. И Джабба предложил направить туда его. Совет, подумав, согласился. С одной стороны, если он не справится — значит, место его освободится, и его сможет занять кто-то другой. Если ему выпадет удача — хатты получат большой источник доходов, их влияние усилится. И в любом случае — один из Великих Хаттов удалится настолько, насколько это возможно, и общий накал политической борьбы снизится.

Итак, Джабба прибыл на Татуин — и установил свой порядок. Деньги — и влияние — позволяли ему многое. Он правил дерзко и без опаски, захватив роскошный и огромный монастырь, обратив служителей малопонятного ему культа в рабство. Он сделал его своим Дворцом. В итоге, уже двадцать лет его дело — его империя — живет и процветает, принося огромные доходы. Еще бы — ведь планета находится на пересечении многих гиперпространственных маршрутов, а потому многие торговцы используют космопорт Мос-Эйсли в качестве пересадочного пункта. Далекий от бдительных глаз Республики и Ордена Джедаев, Татуин стал пристанищем для различного рода авантюристов — контрабандистов, наемников, охотников за головами.

Однако, была и еще одна причина, которая делала Татуин идеальным местом. Именно здесь Джабба мог спокойно воспитать того, кто впоследствии унаследует его империю.

Двадцать лет назад у него родился сын. Для других это могло показаться странным, но не для хаттов: различия полов для них ничего не значили. Но безумные маленькие существа строили на этом целые цивилизации. Хатты же сами определяли свой пол, и никто не запрещал им менять его, как им заблагорассудится. Впрочем, большая часть хаттов предпочитала постоянство.

Наконец Джабба достиг внутренних покоев, которые были отведены для его сына. Шикарно обставленные комнаты, в которых поддерживалась определенная температура и влажность, были самым охраняемым местом во дворце. По первому же сигналу десятки свирепых гаморреанцев и других наемников были готовы разорвать любого на кусочки.

Взглянув на спящего, пускающего слюни и пузыри Ротту, пару служанок, замерших на скамейке, Джабба удовлетворено кивнул. Все хорошо. Малыш здоров, под присмотром верных разумных — впрочем, Джабба никому особо не доверял, и часто менял обслуживающий персонал.

«Все хорошо. Мой сын растет. Растет мое богатство. Мое влияние. Все это он сможет унаследовать в свое время — ведь я не вечен. Но клан Десилиджик будет велик и известен, и не падет в пучину забвения. Никогда».

Убедившись, что все в порядке, Джабба вернулся в тронный зал. Около стен уже расположилась его свита, и его гости. Устроившись на собственной плите-троне, хатт подхватил мундштук кальяна и затянулся. Заиграла музыка, на площадку пред помостом выскочили твилечки-танцовщицы и закружились в завораживающем танце.

— Все готово, великий Джабба, — сообщил Фортуна.

Джабба сделал ему знак удалиться и снова затянулся. Иногда все было слишком просто. Иногда… Один день был похож на другой — десятилетие за десятилетием, век за веком. Чтобы скоротать время, он искал вокруг новых ощущений. Другие хатты за его увлечения считали его извращенцем — правда, никто не посмел бы высказать ему это прямо в глаза. Да и не волновали его пустые слова. Он слишком хорошо знал жизнь, чтобы что-то могло сильно его взволновать — скорее, занять его внимание. Наконец свое дело сделали музыканты. На какое-то время его захватила гармония звуков…

♦ ♦ ♦

Ассаж Вентресс активировала систему связи челнока.

— Да, учитель?

Перед ней появилась небольшая голограмма графа Дуку.

— У меня для тебя новое задание, ученица. Следуй на Боз-Пити. Там возьмешь новый корабль, специально для задания…

♦ ♦ ♦

Падме вместе с остальными следовала к кабинету Канцлера Палпатина, дабы переговорить до начала заседания. Час назад им стала известна тема, которая будет на нем обсуждаться. Группа Сенаторов внесла предложение, которое заметно било по сложившейся ситуации. Согласно их предложению, планеты, входящие в Республику, но сохраняющие нейтралитет в этой войне, должны либо присоединиться к ней — ибо это их долг, либо они будут объявлены противниками Республики. Впрочем, следовало обсудить и еще кое-какие события.

— Надеюсь, нас не заставят долго ждать, — посетовала Мон-Мотма.

Падме кивнула.

— Надеюсь на это. Бэйл, думаю, будет лучше, если ты будешь вести разговор.

— Нездоровится?

— Если честно, то несколько вымотана последними переговорами с ондеронцами.

— Хорошо, — кивнул Органа.

Вопреки их опасениям, сенаторов пропустили практически сразу же. В кабинете канцлера, помимо него самого и спикера, присутствовали джедаи — магистры Ки-Ади Мунди и Винду.

— Сенаторы, что привело вас сюда? — Палпатин встал из кресла и улыбнулся.

Когда все обменялись краткими приветствиями, альдераанец выдвинулся вперед.

— Канцлер, мы пришли, дабы обсудить некоторые вопросы.

— Я полагаю, вы пришил в связи с новым предложением сенатора Банни Заррика?

— Именно.

— Я и сам думаю,