Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

Морейн с ними не было, так что, появись Мордет, защитить их от него будет некому. И от троллоков. И... Ранд заставил себя не думать об этом. Он будет двигаться на красную звезду. Он решил держать в голове лишь одну эту мысль.

Трижды им пришлось возвращаться: улицы оказались перегорожены грудами битого кирпича и щебня, перебраться через которые лошади не смогли. Ранд слышал дыхание спутников, резкое и учащенное, едва не паническое. Сам он стискивал зубы, стараясь унять собственное тяжелое дыхание. Ты хотя бы должен заставить их думать, что не испуган. Ты делаешь нужное дело, шерстяная голова! Ты всех выведешь целыми и невредимыми.

Всадники завернули за угол. Стена тумана заливала взломанную мостовую ярким сиянием, как от полной луны. К отряду устремились толстые, с лошадь в обхвате, отростки. Мешкать никто не стал. Развернув лошадей, люди галопом помчались прочь тесной группкой, не обращая внимания на гулко раскатившийся по пустым улицам грохот копыт.

Впереди них, не далее десяти шагов, на мостовую шагнули два троллока.

Мгновение люди и троллоки просто оторопело глядели друг на друга, причем кто удивлен больше, сказать было трудно. Появилась еще одна пара троллоков, еще одна, другая, теснясь друг к другу, сбиваясь в потрясенную толпу при виде людей. Хотя замерли они всего лишь на какой-то миг. Здания отразили эхо гортанных выкриков, и троллоки рванулись вперед. Люди кинулись врассыпную, как перепелки.

Три шага, и Рандов серый несся галопом.

— Сюда! — крикнул юноша, но услышал тот же крик в пять голосов. Торопливый взгляд через плечо: его спутники скачут в разные стороны, и за ними гонятся троллоки.

Следом за Рандом увязалось трое троллоков, над ними мотались ловчие шесты. По спине его пробежали мурашки, когда он понял, что преследователи ни на шаг не отстают от Облака. Ранд припал к шее лошади и яростно погонял серого, а сзади раздавались хриплые вопли.

Улица впереди сужалась, здания с разбитыми крышами пьяно клонились вбок. Пустые окна мало-помалу заполняло серебристое свечение, наружу сочился густой туман. Машадар.

Ранд рискнул оглянуться. Троллоки все так же бежали сзади, менее чем в пятидесяти шагах; их фигуры явственно виднелись в туманном свечении. Теперь позади них скакал Исчезающий, и казалось, что троллоки бегут от Получеловека, а не преследуют Ранда. Впереди юноши из окон свешивались колеблющиеся серые усики, полдюжины, дюжина, они прощупывали воздух. Облако задрал голову и всхрапнул, но Ранд жестко ткнул его каблуками под ребра, и серый бешено ринулся вперед.

Усики натянулись, напряглись, когда Ранд во весь опор промчался между ними, но он припал к шее Облака, даже не взглянув на них. За щупальцами тумана путь был свободен. Если б хоть один коснулся меня... Свет! Юноша еще сильнее сжал коленями бока Облака, и тот устремился вперед, в желанные тени. Облако продолжал бежать, и, когда свечение Машадара стало тускнеть, Ранд оглянулся назад.

Качающиеся серые отростки Машадара перегородили пол-улицы, и троллоки в нерешительности замешкались, но Исчезающий схватил с седельной луки кнут и щелкнул им над головами заартачившихся загонщиков. Раздался раскат грома, как при ударе молнии, в воздухе посыпались искры. Пригнувшись, троллоки шаткой походкой двинулись вслед за Рандом. Получеловек заколебался, повел черным капюшоном из стороны в сторону, изучая протянувшиеся щупальца Машадара, пространство перед ними, потом пришпорил своего коня.

Неуверенно поколыхавшись мгновение, разом утолстившиеся жгуты тумана нанесли удар, быстрый и резкий, гадюками кинувшись на добычу. Не меньше двух из них обхватили каждого троллока, окутав жертвы серым свечением; головы со звериными мордами поднялись, чтобы завыть, но туман перекатился по раскрытым ртам, влился в глотки и оборвал рвущиеся из них крики. Четыре толстых, как ноги, щупальца обвились вокруг Исчезающего, и Получеловек и его лошадь задергались в захлестнувшем их тумане, забились в дикой пляске, капюшон спал с головы, обнажив бледное, безглазое лицо. Исчезающий испустил вопль.

Этот крик был беззвучен, как и троллоковы, но однако что-то прорвалось до слуха Ранда: жалобный вой, за гранью слышимости, словно бы все осы мира впились в уши юноше, в звуке был весь существующий в мире ужас. Облако судорожно дернулся, словно тоже услышал этот немой крик, и, словно подстегнутый им, помчался дальше с новыми силами. Тяжело дыша, Ранд цеплялся за поводья изо всех сил, в горле у него пересохло, как в песчаной пустыне.

Спустя немного он понял, что больше не слышит безмолвного предсмертного вопля Исчезающего, и сразу же в ушах у него громом раздался грохот копыт в галопе. Ранд рванул поводья, останавливая Облако рядом с зубчатой стеной, чуть не доехав до перекрестка. Во тьме впереди него возвышался непонятный монумент.

Тяжело осев в седле, Ранд прислушался, но не услышал ничего, кроме стука крови у себя в ушах. Холодный пот бусинками выступил на лице, и, когда ветер дернул за плащ, юноша вздрогнул.

Наконец Ранд выпрямился. Облака порой закрывали усеивающие небо звезды, но низкую красную звезду на востоке заметить было нетрудно. Жив ли кто-нибудь, видит ли ее кто? Свободны они или попали в лапы троллоков? Эгвейн, ослепи меня Свет, почему ты не поскакала за мной? Если они живы и на свободе, то обязательно будут держаться этой звезды. Если же нет... Руины огромны — на поиски здесь можно потратить дни и не найти никого, даже если повезет не нарваться на троллоков. А еще есть Исчезающие, и Мордет, и Машадар. Скрепя сердце, Ранд решил двинуться к реке.

Он подобрал поводья. На боковой улице с отчетливым стуком камень упал на камень. Похолодев, Ранд замер и затаил дыхание. Его скрывали тени, а до угла — один шаг. В голове мелькнула мысль об отступлении. Что там было позади? А если каким-то звуком он выдаст себя? Вспомнить никак не удавалось, а отвести взгляд от угла дома Ранд боялся.

Возле этого угла горбатилась тьма с длинной тенью древка, торчащей из нее. Ловчий шест! Едва эта мысль взорвалась в голове у Ранда, он вонзил каблуки в бока Облака и меч его вылетел из ножен; с бессловесным криком юноша бросился в атаку, со всего размаху рубанув мечом. Лишь отчаянным усилием Ранд остановил разящий удар. Мэт с визгом опрокинулся на спину, чуть не свалившись с лошади и едва не выронив лук. Ранд глубоко вздохнул и опустил меч, сжимая его дрожащей рукой.

— Ты еще кого-нибудь видел? — выдавил он.

Мэт с трудом сглотнул, потом неуклюже уселся в седле.

— Я... я... Только троллоков. — Он провел ладонью по горлу и облизал губы. — Только троллоков. А ты?

Ранд покачал