Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

Нырнули и всплыли неподалеку от Ирланы на сорок втором ударе сердца. Стеша отцепилась от плеч и встала на дно:

— Лан, твоя очередь! А я пока продолжу тренироваться.

Вторая лилия поежилась, но подошла ко мне. А когда выслушала объяснения, еле слышно сказала, что готова.

С ней я нырял раз восемь. Начал с пяти ударов сердца. Закончил двумя десятками. Но ее страхи постепенно отступали, поэтому я не расстраивался. Потом меня «толкнуло» Даром Вэйльки, и я решил, что можно немного отдохнуть и самому. Поэтому последовательно «отвез» к вышке обеих лилий, запретил им подходить к краю площадки, и присоединился к развлекающимся женщинам.

Ленты антигравов, так же, как и они, проигнорировал, поэтому прыгал все с тех же пяти шагов, но все равно получал нешуточное удовольствие. А когда напрыгался вусмерть, подплыл к вышке и поинтересовался у Стеши, не хочет ли она соскочить с вышки ногами вниз.

Девушка не задумалась ни на мгновение:

— Конечно, хочу!

— Тогда вдыхай, задерживай дыхание, прыгай и жди, пока я вытолкаю тебя на поверхность.

Вдохнула, прыгнула, дождалась. А когда перевела дух, первый раз выплеснула свои эмоции в счастливом вопле «Хочу еще-е-о!!!», вызвала многоголосый хохот боевой пятерки. И веское утверждение Вэйльки:

— Точно Эвис!

Этот эпитет вызвал в Лане целую бурю эмоций. Поэтому она на подгибающихся ногах подошла к краю площадки, сообщила, что готова, и после моей команды рухнула в воду, чудом не задев край настила задницей. Тем не менее, оказавшись на поверхности и убедившись, что все еще жива, издала восторженный писк и снова полезла наверх.

— Ладно, прыгаем по последнему разу и едем на берег. Отмокать в джакузи и есть мороженое или шоколадки… — распорядился я, потом нырнул за Стешей, похвалил за осознанный прыжок и «отвез» к линии прибоя…

…В джакузи, рассчитанном на шестерых, ввосьмером было тесновато. Но такие мелочи никого не волновали — дамы уминали мороженое, заедали его шоколадом и запивали лакомства соком тропических фруктов. При этом вели себя, как совсем юные и на редкость шаловливые девицы — щипались, толкались, «помогали» одним соседкам чем-нибудь заляпаться, а потом прятались от страшной мести за другими.

Стеша влилась в общее веселье практически сразу, так как слышала направленные на нее эмоции и чувствовала, что в них нет ни недовольства, ни злости, ни желания как-то унизить. А Лана первое время разрывалась на части между желанием расслабиться и стеснением. Но стоило Вэйльке очередной раз повторить ей фразу про настоящих Эвис, как девушка махнула на все рукой и начала что-то попробовать. А чуть погодя, уверившись, что ее шутки принимаются с веселым смехом, забыла про все и вся, и начала нести такое, что Алька с Вэйлькой повизгивали от удовольствия.

Угомонились в середине ночи, когда устали смеяться и вспомнили об утренней тренировке. Слегка загрустили, нехотя выбрались из воды, ополоснулись, высушили волосы и, накинув на себя выданные «мною» халатики, вернулись домой. Когда поднялись на второй этаж, и Стеша остановилась у дверей своих покоев, от нее плеснуло таким жутким нежеланием расставаться, что Майра потянула ее за собой:

— Идем с нами: сегодня все ар Эвис ночуют у Нейла…

Глава 26

Восьмой день первой десятины первого месяца весны.

Всю общую часть тренировки эмоции Стеши то и дело вспыхивали интересом, изумлением и восхищением. Чувства были невероятно яркими, появлялись непонятно с чего и пропадали очень уж быстро, а принципа их возникновения я, как ни старался, не понял. Поэтому после того, как близняшки и Рада были отправлены мыться, а Сангор получил задание на следующую стражу, я поинтересовался у девушки, что это с нею такое происходит. Естественно, спрашивал не в большом зале, а уже в доме, поднимаясь на третий этаж.

— Вчера вечером, пока ты изменял Лану, я болтала с Алькой о красоте! — ответила девушка. — И теперь стараюсь увидеть ее во всем, на что падает взгляд.

— И как, получается? — мягко улыбнулась Тина.

— О, да-а-а!!! — загорелась Стеша. — Я начинаю познавать окружающий мир заново, и это так интересно!

Судя по тому, что после этих слов девушка сбилась с шага, сразу шести волн одобрения, накативших на ее душу, оказалось многовато.

— А мне расскажете? — робко спросила Ирлана, которая не поняла, что именно мы обсуждаем.

— Попроси Альку — она видит очевидное совсем не так, как мы, поэтому ее объяснения совсем по-другому ложатся на душу… — посоветовала Майра.

— Лучше всех на душу ложатся объяснения Нейла… — вздохнула мелкая. — Но раз он вечно занят, то расскажу я. И даже покажу все, что смогу.

От Ланы почувствовалась совсем слабенькая, но все-таки волна благодарности, и я удовлетворенно усмехнулся: девочка потихоньку осваивалась с новой способностью, «подаренной» ночью, и это было приятно. А потом выбросил все посторонние мысли из головы, так как во время «семейной» части тренировки собирался воплотить в жизнь новую идею.

Приступил сразу же, как мы вошли в малый зал и закрыли за собой дверь — приказал лилиям встать на свои места, закрыть глаза и расслабиться. Потом накинул на каждую петельку воли и послал через них что-то вроде легкого жара. А когда они его ощутили, приказал повесить свои петельки и обеим Дарующим. Затем они пробудили Дары и очень осторожно добавили им мощности. Немного — так, чтобы не перебивать ощущений от моего «жара».

Подобрать нужный «уровень» оказалось не так уж и сложно, поэтому я, обрадовавшись, сообщил Стеше с Ланой, что с этого момента они будут тренироваться так, как полагается настоящим Эвис. И показал. В смысле, дал почувствовать новый способ на самом простом примере и объяснив, как, сравнивая наши ощущения, можно довести до эталона перемещение вперед и в сторону. И, заодно, дав им очередное новое понятие.

Каждая из лилий увидела в новой возможности что-то свое. Ирлана, благодаря общению с братом имевшая довольно неплохое представление о сложности движения по Пути Меча, мгновенно сообразила, насколько легче станет каждый ее шаг к вожделенной Цели, и начала изнывать от нетерпения. А Стеша обрадовалась тому, что получила новый инструмент для познания своего тела и улучшения возможностей, данных Пресветлой. Поэтому с присущими ей добросовестностью и обстоятельностью начала разбираться, как им правильно пользоваться.

Что меня особенно радовало — ни одна, ни другая никуда не торопились: вбивали в ноги даже самые «скучные» движения так, как будто мечтали