Военное искусство. Опыт величайшего полководца - Наполеон Бонапарт

Расположение на правом берегу было выгодно, только пока армия имела предмостное укрепление на левом берегу; без этого инициатива оставалась в руках неприятеля. Это соображение было столь важным, что Наполеон возвратился бы к реке Энс, если б не нашел возможности утвердиться на левом берегу. Но последнее предприятие было крайне затруднительно. Дунай имеет до 500 туазов в ширину, 15, 20, 30 футов в глубину и отличается очень быстрым течением. Переправа через такую реку вблизи большой неприятельской армии требовала тем больше искусства, что нельзя было удалиться от реки из опасения, чтобы противник, имевший два понтонных парка, не переправился сам через Дунай и не направился к Вене. Наполеон намерен был произвести переправу в двух лье выше города. В 1805 г. он заметил там довольно большой остров, отделенный от правого берега главным рукавом Дуная, а от левого берега рукавом в 50 туазов. По овладении этим островом можно было утвердиться на нем, после чего оставалось бы переправиться через реку шириной уже не в 500 туазов, а только в 50 туазов; это означало осуществить переправу через Дунай как бы посредством правильной осады.

Антуан Шарль Луи де Ласалль (1775–1809). Гравюра Э. Тома с оригинала А. Руссо. Из «Альбома столетия…» (Париж, 1889)

16 мая [1809 г.] герцог Монтебелльский послал 500 человек на этот остров; армия эрцгерцога находилась еще в одном переходе позади; но после 1805 г. была сооружена плотина между левым берегом и островом, так что последний перестал быть таковым. Генерал Бубна, стоявший вблизи, двинулся с 6000 человек навстречу 500 и опрокинул их; часть была взята в плен, остальные переправились обратно, под прикрытием тридцати 12-фунтовых орудий и гаубиц. После неудачи этой операции Наполеон направился в пункт, находящийся в двух лье ниже Вены, напротив острова Лобау. Этот остров имеет в длину 1800 туазов и отделен от правого берега главным рукавом шириной в 500 туазов, а от левого – малым рукавом шириной в 60 туазов. Он решился утвердиться на этом острове. Остров Лобау мог служить ему как бы укрепленным лагерем на левом берегу Дуная; французская армия была бы прикрыта от нападения эрцгерцога, и если б последний направился в Крембс или в другое место, чтоб переправиться через Дунай и стать на ее сообщениях, то с острова Лобау можно было удобно атаковать его в тыл и, так сказать, застигнуть его на месте преступления. Генерал-лейтенанту Бертрану приказано было навести 19 мая мост на судах и понтонах через Дунай. Авангард переправился и овладел островом. Утром 20 числа мост был окончательно наведен, и армия начала переход. После полудня Дунай поднялся на 3 фута, суда сорвались с якорей, а за ними был сорван и мост; но через несколько часов все было исправлено и войска снова стали переправляться на остров. Около 6 часов вечера Наполеон приказал перебросить мост через излучину малого рукава. Генерал Ласалль направился с 3000 человек кавалерии на Эслинген, объездил равнину по всем направлениям и встретил австрийскую кавалерийскую дивизию, с которой вступил в схватку. Ночью он расположился между Гросс-Асперном и Эслингеном. Наполеон провел ночь на левом берегу у малого моста. 21 числа на рассвете он отправился в Эслинген. Один батальон был поставлен в укреплении типа редута, в селении Энцерсдорф. Часть кирасир генералов д’Эспаня и Нансути переправилась, но в полдень вода в Дунае опять поднялась на 4 фута. Большой мост снова был снесен. Остальная кавалерия и резервная артиллерия не могли переправиться. Генерал Бертран в течение этого дня два раза исправлял мосты, и оба раза они были сорваны вновь. Австрийцы, оставляя Вену, зажгли много судов, которые прибывавшая вода наносила на понтоны. В 4 часа пополудни генерал Ласалль донес Наполеону, что австрийская армия находится на марше. Князь Невшательский взошел на башню эслингенской церкви и начертил движение австрийской армии: эрцгерцог хотел правым флангом атаковать Гросс-Асперн, центром – Эслинген, а левым флангом – Энцерсдорф, обеспечив, таким образом, полуокружение Эслингена. Наполеон приказал отступить на остров Лобау, а отряду в 10 000 человек остаться и занять рощу против малого моста. В это время генерал Бертран дал знать, что вода в Дунае убывает, что он навел снова мост и что резервная артиллерия переправляется. Было поздно. Наполеон решился оставаться на своей позиции, ибо если бы неприятель занял селение Эслинген, то снова взять его было бы очень трудно и это стоило бы много крови. В 5 часов стрелки завязали перестрелку, вскоре ружейный и артиллерийский огонь сделался очень сильным; кирасиры произвели несколько прекрасных и блистательных атак. Все нападения австрийцев на Гросс-Асперн и Эслинген были отражены, и 25 000 человек, атакованные 100 тысячами, удерживали в продолжение трех часов поле битвы. Когда настала ночь, расположение бивачных огней обеих армий возвестило решительное сражение на следующий день.

«Сражение при Эслингене, или Смерть герцога Монтебелльского». Гравюра с картины О. Верне

Французская армия, находившаяся на обеих берегах, была на двадцать тысяч сильнее армии эрцгерцога. В победе можно было не сомневаться, но после полуночи вода в Дунае стала ужасающе прибывать. Переправа войск по мосту снова была прекращена, и возобновить ее удалось только с рассветом. Гвардия и корпус герцога Реджио начали переправляться ускоренным шагом. Наполеон, полный надежд, сел на коня. Решение участи Австрийского дома приближалось! Прибыв в Эслинген, он приказал герцогу Монтебелльскому прорвать центр австрийской армии, а молодой гвардии, выйдя из Эслингена, атаковать в решительную минуту левое неприятельское крыло, которое примыкало к Энцерсдорфу – местечку, расположенному на том рукаве Дуная, который образует остров Лобау. Герцог Монтебелльский развернул свои дивизии с искусством и хладнокровием, приобретенными им во ста сражениях. Неприятель почувствовал, насколько важно не допустить прорыва своей линии; но она была слишком растянута, имея более трех лье в длину, а потому все усилия австрийцев оказались тщетными. Молодая гвардия направлялась уже к флангу неприятельского левого крыла, но тут продвижение победоносных войск пришлось задержать: мосты снова были сорваны силою потока, некоторые понтоны были унесены на два лье от этого места. Восстановить мосты можно было только через несколько дней. Половина кирасиров, корпус князя Экмюльского и вся резервная артиллерия оставались еще на правом берегу. Все это было ужасно некстати; но оперативный план был таким мудрым и глубоко продуманным, что армия не могла подвергнуться никакой опасности