Демон (СИ) - Артем Петров

— Благодарю вас, — мимоход тихо сказал Катерина.

Но профессор ничего не ответил, лишь кивнул. Видимо, слишком сосредоточенный на выбранном пути.

— Мы использовали против Гилена один и тот же трюк дважды, — неожиданно задумался бывший крестоносец. — Хотя, какую защиту он может выставить против мага земли? Не обивать же все вокруг железом.

— Он хочет, чтобы кто-то проник сюда.

Слова профессора удивили всех, но подробно расспросить о них не удалось. Лифт вновь дал о себе знать. Путешественники скрылись в нескольких постройках, прячась от осветителей.

— Так о чем это вы говорили? — спросила Катерина, когда они вновь направились к лестницам после ухода лифта.

— Робертс говорил, что работая с ангелом, ощущаешь себя заключенным. Думаю, он не шутил, — большего от Хэммета добиться не удалось.

При дальнейшем спуске путешественники не встретили никаких препятствий. Туннели уходили очень глубоко. Но никаких лишних ответвлений. Рабочие целенаправленно двигались вперед, словно зная, куда требуется попасть.

— А если Гилен ошибся? Вдруг это не то место? — такой вопрос возникал у Уильяма не первый раз, но так точного ответа на него не услышал.

— В таком случае у нас вариантов остается совсем немного, — профессор ответил без лишнего оптимизма.

Туннель закончил путь вниз, и дальше началось лишь долгое движение вперед. Пока путешественники не оказались в большом каменном зале. Со стенами, как в Шербуре или Тумстоуне.

— Значит, подземелья под церковью были лишь частью целого… — Катерина внимательно огляделась.

Пространство вокруг освещали лампочки. Но потолок даже в их свете был виден с трудом. Настолько огромным было пустынное помещение.

— Почему же здесь всегда так пусто? — задумался Виктор. — Похоже, что все вывезли заранее. Или попросту все исчезло, особенно дерево.

— Или древним существам не требовались вещи, привычные нам, — предположила Катерина.

— В Шербуре были обычные столы, — Уильям покопался в памяти, а потом неожиданно вскинул автомат.

Из другого зала к ним вышел Гилен с охранниками. Двое мужчин в черных костюмах двинулись вперед на врагов с оружием наперевес, но тут же оказались убиты. Самим же хозяином.

После чего Жан попросту отбросил оружие в сторону. Салим собирался воспользоваться моментом, чтобы кинуться на ненавистного эльфа, но замер, когда тот вышел на цвет.

Он изменился почти до неузнаваемости. Полностью облысел, исхудал. Заостренные уши, казалось, стали еще длиннее.

Во впалых глазах читалось неподдельное ежесекудное страдание.

— Вы пришли убить меня? — неожиданно твердым для своего состояния голосом поинтересовался Жавер. — Вы опоздали, я мертв уже давно.

Бледная кожа казалась молочной в свете факеле. Чтобы это ни было, по крайней мере, болезнь не была заразной.

— Но я надеялся, что вы придете профессор. Поэтому оставил множество брешей в собственной обороне…

— Мог прийти орден, вернее, его темная часть, — вышел чуть вперед профессор.

— Я знаю о Робере де Сабле. Теперь уже знаю… но он мог прийти уже очень давно. Теперь же его заботит жатва, которую никто не в силах остановить.

Хэммет еще раз оглядел несчастного. Он долго боролся со своими состоянием, но от предыдущей несгибаемой воли остались лишь жалкие крохи.

— Это он с вами сделал?

— Да… — сжал кулак Гилен. — Хотел держать меня на коротком поводке. И для этого поместил меня в комнату, полной урана, — голос зазвучал настолько жестко, что едва не надорвался. — И обещал вылечить, как только все закончится… но… похоже, он сам не знает, как меня вылечить. Только поддерживает мое существование.

— Не может? — удивился Михаил, а потом задумался. — Это очень странно…

— Ничего странного, профессор. Я сомневаюсь, что перед нами представал именно наш общий знакомый еще с восемьдесят пятого года.

— Значит, мои подозрения подтвердились. Это усложняет дело.

— Хэммет, может, объяснитесь? — вмешалась Катерина.

— Кто-то обезвредил нашего ангела и действует под его личиной.

После небольшой паузы, во время которой путешественники пытались переварить новость, Уильям хмыкнул:

— Всегда бы так.

Еще несколько таких коротких объяснений, и даже мир вокруг может стать лучше.

— Может, даже демон, я не берусь судить, — эльф устало сел прямо на каменный пол.

Его белый костюм совершенно не подходил к этому месту, однако старым привычкам мужчина изменять не собирался даже в больном состоянии.

— И старый ангел мне нравился больше. Своенравный, но более предсказуемый. А этого безумца… нет, я его не боюсь. Боюсь лишь того, что он может со мной сделать. Его могущество безгранично. Ему ничего не стоит устроить казни египетские каждому из всех нас. А его мотивы… теперь мне совершенно непонятны. Но то, что он хочет открыть дверь внизу — без сомнения.

— Вы дошли до двери? — глаза Хэммета загорелись.

— Именно так, — хмыкнул эльф, словно ставя это себе в заслугу. — Когда он узнал, что я отдал один ключ вам… в общем, сразу твердо связал меня с собой. А я слишком эгоистичен, чтобы покончить жизнь самоубийством. Но еще мне было интересно, что там внизу. Правда, сомневаюсь, что то, что за дверью, принесет какую-нибудь пользу миру…

Гилен оглянулся назад.

— Полагаю, вы принесли ключи… — дрожащая рука указала назад, в сторону прохода, — дверь там. Торопитесь, он может вернуться в любой момент.

Хэммет не стал ждать и направился вперед. Остальные последовали примеру, кроме Салима. Профессор не стал окликать его, прекрасно понимая мотивы.

— Салим… — усмехнулся эльф, поднимая взгляд на орка. — Что ты хочешь от меня? Думаешь, я страдаю недостаточно?

— Н… нет, — наемник медленно поднял автомат.

Позади послышались шаги. Но это оказался всего лишь мастер Нердарион.

— Нас больше не побеспокоят какое-то время.

Взгляд мага скользнул к эльфу и воспылал ненавистью.

— Пришел мстить за учеников? — догадался эльф. — Так вот, я ни одного из них не убил. Эльфийку убил ангел, не знаю зачем. Демона, убившего парня, тоже вызвал он. А китаец пропал. С меня спрос невелик…

— Тогда спрошу я, — передернул затвор Салим. — Я убью тебя за преступления против моего народа.

— Это уже более весомое обвинение, — закашлялся Гилен, с трудом выговорив слова.

— Я разберусь с ним, Салим. Прошу тебя, оставь нас одних. Только я смогу сделать его последние часы наиболее мучительными, — с мольбой посмотрел на наемника адепт земли. — А ты нужен остальным.