Хроники раздора - Letroz

— Иди ты со своими шуточками, — пихнула его в бок Фиона и быстро переключилась в форму Тени. — Давай, я тебя залечу до смерти.

— Как угодно, только шляпу сохраните.

План Веленбергербега не нравился Фалайзу в том числе потому, что к Амбвалангу у дикого мага было особое, очень тёплое отношение. Что ни говори, этот город — самый первый город — запоминался, даже несмотря на все невзгоды и неприятности. Напротив, они его по-своему украшали, не позволяя картинке стать совсем уж приторной.

Последний раз троица была в Амбваланге, когда на Союз Запада напали крысолюды, и с тех пор не возвращалась сюда даже мимоходом. О городе и происходивших в нём вещах они слышали лишь от других людей и из новостей, вообще не представляя, какие изменения тот претерпел, особенно после того, как сюда пришёл Орден искателей Истины.

Так, возродившись, Фалайз не узнал город. Дома вроде были теми же самыми, та же мостовая, что и раньше, фонтаны, непонятная статуя неизвестно кому или чему, которую требовалось разрушить — всё это было на своём привычном месте, но тем не менее смотрелось как-то иначе, совсем по-другому, даже немного чужеродно.

Дикий маг, оглядевшись, так и не смог понять, что же именно резало ему глаз. То ли обилие символики Ордена везде, то ли закрытые и даже заколоченные магазины, почти полное отсутствие игроков, кроме членов Ордена искателей Истины или натуральные завалы из ящиков со снаряжением вокруг. Возможно, ни один из этих элементов, а может быть, все они сразу.

Пожалуй, сильнее всего из общей картины, намертво отложившейся в памяти, выбивался пункт сбора прямо рядом с точкой возрождения. Там вербовали в клан железных людей и отправляли обратно на фронт живых игроков. На Фалайза присутствующие члены Ордена посмотрели откровенно косо, но прежде чем они успели прогнать дикого мага, тот решительно направился к другому весьма примечательному персонажу рядом. На бортике фонтана сидел, направив взгляд своих зелёных глаз в пустоту, черноволосый эльф, выглядящий измученным и уставшим ничуть не меньше Веленбергербега.

— В-вы, кхм, вы ведь Фрайк, — обратился к нему дикий маг, осторожно приближаясь.

— Кто спрашивает? — не поднимая головы, поинтересовался предводитель Ордена.

— Фалайз. Это меня вы преследовали последние… часа полтора.

Это заявление заставило Фрайка выйти из отрешённого состояния и поднять голову, чтобы рассмотреть своего собеседника. Судя по усмешке, он остался совсем не впечатлён, хотя и процедил скупую похвалу, а также жестом остановил своих подчинённых, намеревавшихся увести отсюда дикого мага куда подальше.

— Ты неплохо держался для тридцать девятого уровня.

— Спасибо, но мне просто повезло.

— И как же ты, Фалайз тридцать девятого уровня, сумел оказаться здесь? — Фрайк указал в сторону города. — Неужели тебя кто-то принял в мой клан?

— Нет, я подданный Союза Запада.

— А-а-а, точно. Эта фикция же ещё существует, да, — сказав это, предводитель Ордена добавил с сожалением и презрением, — надо было разогнать этих дармоедов.

— Я бы, на самом деле, кхм, хотел услышать и вашу точку зрения, — признался, смущаясь, Фалайз.

— Мою точку зрения?

— Зачем вы хотите разрушить мир?

— Во-первых, моя цель — дать ему умереть и переродиться, а не разрушить, — пренебрежительно фыркнув, ответил Фрайк. — Во-вторых, не возомнил ли ты себя судьёй, чтобы оценивать чужие точки зрения?

— Нет, нет! Если хотите, могу поделиться своей.

— Не хочу, — покачал головой предводитель Ордена, отвечая одновременно на оба предложения. — Если бы я знал, что, выслушав мой план, каждый встречный встанет на мою сторону, поверь, этим я в первую очередь и занялся бы. Мой план, уважаемый Фалайз тридцать девятого уровня, плох, но это всё равно лучшее, на что эта игра может рассчитывать.

— Но ведь всё в порядке! — не согласился с ним дикий маг. — Игра живёт и так далее.

— «Живёт», — повторив это, Фрайк скривился, будто съел лимон. — Правильнее говорить доживает. Скажи, ты по каким причинам пришёл в «Хроники»?

— Мне о ней много чего хорошего рассказывали. Что это как живой мир, только фэнтези. Что здесь куча историй, которые ты пишешь сам.

— Это делает нас с тобой похожими куда больше, чем мне бы хотелось. Меня привлёк в «Хроники» именно живой мир, — предводитель Ордена заметно помрачнел. — И я наблюдал, как куча идиотов над ним издевается, коверкает и в конечном счёте губит.

— Мне понятно, о чём вы говорите. Когда мы с друзьями были в Ганзе, то у меня было постоянное ощущение фальши — ведь так оно и есть на самом деле. Но всё равно, даже если мне это не нравится — это же так здорово: люди построили свой город, целую страну! — восторженно рассказал Фалайз. — Это именно то, ради чего я пришёл в эту игру и пока не собираюсь уходить.

— Эти торгаши построили свою страну, если так можно сказать, на руинах прекрасного, приозёрного царства фей, — мрачно сообщил Фрайк, которому, похоже, наскучила эта беседа, прежде чем подняться на ноги. — Напомни, что тебя привело в этот город?

— Оу, ну, эм, я его спасаю. Должен спасти, — немного растерявшись, честно рассказал дикий маг. — Вроде как.

— У меня нет намерений его разрушать, пускай он мне и не очень нравится, — сообщил предводитель Ордена, обведя рукой окрестности. — Захолустье, но милое и приятное глазу. Так что ты прибыл зря.

— Как это ни странно — спасать не от вас.

— Вот что Веленбергербег задумал, да? Разрушить точки возрождения? Не похоже на него. Боюсь, его союзники могут такое не оценить, но, видно, положение обязывает.

— Вообще-то с одной точкой я вызвался ему помочь, — скромно потупившись, признался Фалайз.

Фрайк удивлённо вскинул бровь и даже на всякий случай ещё раз осмотрел своего собеседника, очевидно, не видя в нём какой-либо угрозы ни для себя, ни для города в целом.

— Вы хотите спросить меня как? — догадался дикий маг. — Могу рассказать, мне не сложно. Если обещаете выслушать, а не сразу убивать.

Предводитель Ордена, направившись к ближайшим ящикам, где находилось его запасное снаряжение, жестом пригласил Фалайза говорить дальше.

— Мой второй день в этой игре прошёл очень интересно: я обнаружил, что могу накапливать ману на некоторые заклинания, и это делает их сильнее. Стоя вот