Сборник статей и интервью 2009г (v1.24) - Борис Кагарлицкий

И всего-то расходов на изготовление часов пойдет 2,52 млн рублей. Сущие пустяки в масштабах областного бюджета.

Видимо, такими же соображениями руководствовались и в Министерстве внутренних дел России, когда выразили намерение закупить для своих нужд две позолоченные кровати на общую сумму более 4 млн рублей. Какие конкретно нужды удовлетворяет в данном случае позолота, сказать трудно, но чиновникам виднее. К сожалению, некоторые схожие инициативы не находят понимания у коллег по государственному аппарату. В августе Московская прокуратура по надзору за исполнением законов на воздушном и водном транспорте добилась аннулирования аукционной заявки государственного предприятия авиационной охраны лесов «Авиалесоохрана», пожелавшего для своих нужд приобрести автомобиль Lexus цвета «морозный жемчуг» с массажным креслом и телевизионной панелью для задних пассажиров, всего-то за 6 млн рублей. Автомобиль, конечно, не летает и лесные пожары не тушит, но предназначался он для организации передвижного командного пункта, чтобы сотрудники предприятия могли руководить защитой русских лесов в комфортабельных, достойных их высокой квалификации и ответственности условиях.

В Петербурге тоже заботятся о поддержании хорошего настроения среди сотрудников администрации. Там был объявлен конкурс на закупку 8 наборов шампуров для шашлыка по индивидуальному заказу на 461 тысячу рублей. Выходит по 8,7 тысяч рублей за один шампур. Согласитесь, чего не сделаешь, когда речь идет о качестве!

В рамках госзакупок власти Санкт-Петербурга приобретут также 100 головных уборов из элитного меха и 139 меховых безрукавок для пациентов больницы местного сумасшедшего дома, о чем сообщил официальный сайт zaks.ru. Песцовые и норковые ушанки заказываются исключительно по просьбе душевнобольных, что свидетельствует о глубоком и искреннем гуманизме руководства нашей северной столицы. Этот трогательный акт заботы о пациентах лечебницы обойдется казне города в совсем смешную сумму 1,700 млн рублей.

Хотя, возможно, руководители Кемеровской области и Санкт-Петербурга руководствовались соображениями не столько морально-психологическими, сколько экономическими. Информация о кемеровском аукционе размещена на сайте Управления государственного заказа Кемеровской области. Может быть, всё дело в стремлении поддержать отечественных товаропроизводителей? Это наглядный пример того, как власти помогают российским ювелирам справиться с кризисом. Механизмы часов, правда, будут швейцарские, но корпуса-то сделают в России. Значит, рабочие места гарантированы!

Однако далеко не всегда власти проявляют должную заботу об отечественном производителе. Когда гостиница «Меркурий», где размещаются гости правительства Санкт-Петербурга, сделала заказ на поставку дорогостоящей мебели из лучших сортов дерева, депутаты городского собрания искренне возмутились, узнав, что для выполнения этого заказа приглашен поставщик элитной итальянской мебели, «а не петербургский производитель, которого в период кризиса стоило бы поддержать».

Как жаль, что в России больше не производятся элитные автомобили. Если бы «Лексус» для авиаторов был отечественной сборки, возможно, прокуратура не была бы столь строга к подобной инициативе?

Жаль, что защитить рабочие места для шахтеров в Кузбассе оказывается несколько сложнее, чем поддержать ювелирное производство. Спад добычи угля в области продолжается, несмотря на заявления о предстоящем выходе из кризиса. На заседании правительства Кемеровской области обсуждается вопрос о консервации шахт. Если такое решение будет принято, в одном только Прокопьевске останется без работы около десяти тысяч человек.

Падение промышленного производства остается неприятным фактом экономической жизни, от которого нельзя спрятаться, даже закрывшись с головой одеялом на позолоченной кровати. К сожалению, именно это обстоятельство мешает населению должным образом оценить трогательную заботу чиновников о самих себе и своих друзьях.

Специально для «Евразийского Дома»

ЗАТИШЬЕ ПЕРЕД БУРЕЙ?

В начале осени политики ведущих стран мира провозгласили окончание кризиса. Они поторопились.

Точно так же, как необоснованными оказались надежды на то, что кризиса можно будет избежать, как выяснилась несостоятельность заявлений, что кризис ограничится только финансовой сферой, как провалились надежды на то, что он обойдет стороной Россию или даже принесет ей какие-то выгоды, так и нынешняя иллюзия стабилизации должна будет рассеяться. И довольно быстро.

Некоторая стабилизация процесса на поверхности есть, но куплена она невообразимо дорогой ценой. И цена эта, в конечном счете, означает углубление и затягивание кризиса.

Правительства всего мира уже бросили на поддержание стабильности более 10 триллионов долларов. Причем если на первом пике кризиса было затрачено 4 триллиона, то поддержание стабильности обошлось более чем в 6 триллионов. Иными словами, правительственным бюджетам и налогоплательщику такая «стабильность» обходится дороже экономического спада.

Итогом проводимой политики оказалась парадоксальная ситуация, когда вливания государственных денег сделались практически единственным серьезным источником для финансового сектора и крупных корпораций в большинстве стран мира. Таков удивительный облик современного капитализма, прославляющего частную инициативу, осуждающего вмешательство государства, но живущего исключительно паразитическим образом за государственный счет. Крупный бизнес - как на глобальном уровне, так и на уровне национальных государств - находит нынешнюю ситуацию вполне комфортной, отвыкая от какой бы то ни было инициативы. Все равно все убытки покрываются из правительственных средств (причем транснациональные компании, как ласковое теля, умудряются сосать бюджеты многих стран разом), все провалы и ошибки оплачиваются населением. Средства, направленные на спасение экономики, дружно расхищаются, что в России, что в Америке - разве что внешние проявления воровства в нашем отечестве более простые и наивные, нежели на просвещенном Западе. По существу, поддержка крупного бизнеса и является официально разрешенной формой частного присвоения казенных средств. С согласия самого государства, разумеется.

Мелкий бизнес борется за выживание и требует поддержки, апеллируя к либеральным ценностям. Главная либеральная ценность в понимании предпринимателей сводится к праву на получение казенных денег в гораздо больших масштабах и под минимальным контролем. Разница между крупным бизнесом и мелким состоит, однако, в том, что первому дают, а второму - нет.

Всем не хватает.

Однако рано или поздно обнаружится, что и крупному бизнесу не хватит. Современная экономическая система превратилась в черную дыру или бездонную бочку, которая может поглотить фактически неограниченное количество денег. Закачивая средства во всевозможные программы поддержки и стимулирования бизнеса, правительства способны поддерживать некоторое время состояние внешней стабильности, однако никакие признаки роста и развития не появляются. Иными словами, такая стабилизация не предвещает выхода из кризиса, не дает толчка для экономического подъема ни на глобальном, ни на национальном уровне.

А с другой стороны, эффективность затрат постоянно снижается. Правительства всего мира находятся перед выбором: либо они исчерпают свои финансовые ресурсы до предела, после чего кризис начнется с новой силой, либо они запустят на полную мощность печатные станки, бросая в топку кризиса все менее и менее обеспеченные деньги. И то и другое неминуемо приведет к потере контроля над ситуацией и новому обострению проблем, о победе над которыми уже было торжественно объявлено.

Снижения курса доллара в сентябре - закономерная расплата за вакханалию государственной помощи бизнесу, начавшуюся в Америке прошлой осенью и продолжавшуюся до начала лета. Международные спекулянты на первых порах бросились на американский рынок, чтобы «припасть к крану», а теперь, получив свою долю, сбрасывают теряющие доходность и необеспеченные «зеленые бумажки». Очередной раунд кризиса с новыми правительственными программами, скорее всего, вызовет обратную волну и повторение того же сюжета - рост интереса к доллару с его неминуемым последующим падением.

Судьба российского рубля, однако, не лучше. До тех пор, пока нефть дорожает или стабильна, устойчив и рубль. Но цены на нефть, в свою очередь, удерживаются на высоком уровне за счет спекуляций западных финансистов, прокручивающих на товарных рынках миллиарды американских, западноевропейских и китайских денег, не дошедших до реального сектора. Когда эти деньги иссякнут, а разрыв между падающим спросом и абсурдно дорогим предложением на товарных рынках достигнет очередного пика, цены обрушатся. Нефть быстро потеряет цену, и рубль вместе с ней.