Восход Акроникса (СИ) - Максим Сорокин

— Разумное решение, — раздалось сзади ворчание повелителя костей, — не хватало ещё сверзится с этого корыта, не успев добраться до места.

— Как ты думаешь… — хотел было спросить молодой человек.

— С трудом, — перебил его Ялазар, — я привык по земле ходить, а не порхать меж туч. Давай доберемся до этой чертовой каравеллы, а там уже поговорим. Благо лететь недолго осталось.

Видимо повелителю костей тоже было не по себе от всего происходящего и Вик его прекрасно понимал, тоже стараясь не глядеть вниз. Лишь когда их ладья описала плавную дугу над живой зеленой изгородью, опоясывающий один из «пирсов», приютившихся вдоль обоих боков корабля и мягко опустилась в красные, атласные подпорки, он рискнул опустить взгляд. Прочный пол без разрывов, уставленный глиняными кадушками, с растущими в них плотными кустами и алые ковры стелились под ногами. Рядом виднелась лестница, ведущая наверх, так как места куда доставляли гостей, находились чуть пониже борта, видимо чтобы не загораживать живописный вид, открывающийся с палубы. Гигантские мачты с такой близи поражали ещё больше, а огромные, кипельно белые паруса, распахнувшие свои крылья в стороны, пухли, словно кучевые облака. Размеры судна поражали. Оно было не меньше сотни шагов в длину и около полусотни в ширину.

Почти все пространство верхней палубы оказалось заставлено невероятно красивой, изысканной мебелью, наваленными горами подушек, изящными скульптурами, вазами, да цветами. К великому удивлению парней, на этой немалой высоте они не почувствовали ни холода, ни сбивающего с ног ветра, который по-идее должен был бы быть. С другой стороны, если уж местные умельцы сумели поднять в воздух целый корабль, то неудивительно, что рано или поздно кто-то из них додумался защитить его от встречающихся на высоте неприятных сюрпризов погоды. Слегка задранный к небесам нос был уставлен необычными, продолговатыми, золотыми трубами, таращившие свои стеклянные буркала в стороны от Калери' Юна, а так же столами в окружении мягких диванов. На корме же, под стеклянными навесами в платиновой оправе завитков, располагался здоровенный штурвал и множество кресел, окружённых рычагами, раструбами и облачков, из парящих прямо над полом, полупрозрачных алмазов. Последним, что бросилось в глаза были изумительной красоты радужные изваяния, напоминающие гигантских скальных рысей, с интересом наблюдающих за новоприбывшими. Они ничем не отличались от иных прекрасных статуй, вдосталь украшавших корабль, пока нога Викара не переступила невысокий поребрик лестницы. В тот же момент, украшенные гривой кристаллические морды повернулись в его сторону. Это были не живые организмы, видимо те самые автоматоны, о которых говорила Беатриса, неусыпная стража каравеллы. Впечатляющих размеров клыки внушали некоторую тревогу, однако необычные конструкты даже не повели ушами, чтобы двинуться в их сторону

Спрашивать у Ялазара обо всем этом, было делом абсолютно бесполезным, так как тот оглядывался вокруг с не менее ошалелым видом, чем и сам Викар. Это был настоящий парящий дворец, а вовсе не какой не корабль.

— Господа! — раздался учтивый голос и Вик с Ялазаром едва не подпрыгнули от неожиданности. — Прошу за мной, вас ожидают.

Они были готовы поклясться, что секунду назад рядом никого не было, однако теперь перед ними стоял невысокий человек в изысканной одежде и шляпе-цилиндре, украшенной неширокой каймой. Под тонко выделанным черным, атласным плащом, перехваченным поперек груди серебряной лозой, виднелся кожаный сюртук и безрукавка с бардовым орнаментом. Белоснежный шарф у шеи был перехвачен темно-алым драгоценным камнем в золотистой оправе. Лицо встречающего, украшенное тонкими усиками и треугольной бородкой, могло поспорить бледностью с мертвецом.

Опираясь на трость, цветом под стать укрывающей его накидке, незнакомец, развернувшись, двинулся к неприметному спуску, уводившему под носовую палубу. Молодой человек слегка опешил, ведь Беатриса сказала, что все члены экипажа покинули корабль, однако пошел следом.

— Почему вы все ещё здесь? — насторожено поинтересовался повелитель костей.

— Я мажордом, привратник, если хотите, владычицы Астры и не могу покинуть это место, — последовал спокойный ответ, — как впрочем и остальные стражи. К тому же, нетрудно заблудиться, первый раз оказавшись на борту, потому меня послали встретить вас.

Украдкой Викар решил заглянуть в тонкий мир, изучить встречающего, а заодно оценить обстановку. И едва шоры реальности пали, все встало на свои места.

Их провожатый был переполнен силой, но при этом Викар не видел обычных для человека зыбких очертаний тела, внутренних органов и прочего, что характеризует материальное существо в астрале, лишь яркий свет, формирующий сияющий образ, отдалено напоминающий человека. Кем он был, духом, мороком, инферналом? Какая разница, главное не человек, а значит, Зверь не сможет захватить его, по крайне мере надолго. Надо сказать, парень первый раз видел бестелесное существо, озаботившееся одеждой, да ещё такой изысканной. Впрочем, все остальное его поразило не меньше.

Пока они спускались по широким ступеням, у них оказалось достаточно времени, чтобы разглядеть гениальное творение мастеров Вардемы. Как и везде в этом мире мягкие завитки стихий причудливым узором сплетались внутри окружающих Викара вещей, однако помимо них, Калери' Юна, как оказалось, хранила настоящий океан силы. Вернее три легко различимых источника, причем очень похожих на тот, что Викар видел под трактом и вчера, у приснопамятного магазинчика, чьи голубовато-золотистые всполохи сейчас просто ослепляли парня. Вдоль всей нижней палубы проходил самый широкий и мощный узел, он словно сияющий спрут охватывал днище, бахромой искрящихся «щупалец» взбираясь по бортам и создавая впечатление, будто каравелла действительно стоит на воде. Второй, менее заметный источник, зыбкой рябью мерцал за бортами, видимо и оберегая всех находящихся наверху от дующего ветра и пронизывающего холода. Последний же, паутиной проходил сквозь все вокруг, будто бы связывая воедино все многообразие стихий, питая их.

Поистине, они сейчас шагали по настоящему шедевру, прекрасному сплаву гениальной мысли и непревзойденного мастерства. Единственное о чем жалел Викар, что Ял не может разделить с ним его восхищение. Впрочем последний и без того был вполне доволен, едва сдерживаясь чтобы не крутить головой, как сова.

Широкая лестница, освещённая вьющимся под потолком переплетением фосфоресцирующих бутонов неведомых цветов, вскоре окончилась. Она выводила в залитую дневным светом просторную залу, видимо занимавшую едва ли не половину длины каравеллы и судя по ступенчатым балконам, не меньше трех ярусов в высоту. Внутреннее убранство поражало не меньше внешнего, да так, что Вик неосознанно вернулся к своему обычному зрению.