Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

Узиил выхватил меч, готовый защищаться, еще прежде, чем смог разглядеть их. Они наступали отовсюду. На него шли ужасно израненные мужчины, женщины и дети эльдар. Тут безногий мужчина, ползущий по полу, там — шатающаяся женщина с разможженным черепом. Натренированный глаз Узиила различил страшные рваные раны от цепных мечей, зияющие дыры, которые могли оставить только заряды болтера, плоть, сожженную раскаленной плазмой. Бесчисленные жертвы с бесчисленными ранами, мертвые эльдар шли на него. Они ничего не говорили капеллану, лишь смотрели на него с безмолвным проклятием.

C ужасающей ясностью Узиил понял, что он окружен. То были жертвы Падшего Ангела и его дружков, жестоко убитые столь много лет назад. Ошеломленный капеллан не мог ничего сделать, кроме как смотреть в их обвиняющие лица. Пока мертвецы приближались, Узиил боролся с неудержимым желанием сбежать. Призраки осаждали его разум, угрожая утопить его в безумии. Он воззвал к Императору, но его Бог был погребен под покровом хищной тишины.

Конечно же, ничто не стоит такого? Соблазнительный шепот вкрался в его разум. Твои раны оправдывают почетное отступление.

Узиил почти подчинился голосу в голове. Почти! Затем он подумал о своих братьях, мужественно сражающихся и умирающих во имя Императора прямо сейчас. Мог ли он бросить свою миссию после того, как его люди так послужили ему, отдав свои жизни, чтобы он мог принесть Львиный Меч обратно на Скалу? Конечно, нет! Его вели вперед его верность Императору, его клятва Темного Ангела и жертва мертвых. Во имя брата Калеба и всех своих павших братьев, он должен продолжить бой, и он знал это.

— Львиный Меч будет моим, любой ценой, — в ярости проревел он. Ведомый лишь волей, Узиил поднял меч и разрубил ближайшего ходячего мертвеца. Тот растаял в ничто еще до касания меча. Облегчение захлестнуло разум капеллана, когда он изгнал наваждение. Будучи капелланом, он осознал, что страх был оружием мертвецов, а он показал себя хозяином страха.

С нарастающей уверенностью Узиил прошел сквозь мертвых, таявших перед ним, и направился прямиком к небольшому каменному возвышению, древнему алтарю. Узиил помедлил секунду, затем поднял силовой меч и с силой опустил его, расколов вековечный камень надвое. Среди разбитого камня сверкнуло нечто железное. Узиил откинул булыжник, освобождая древний эльдарский ларец сложной работы. Холодные печати сверкали на его поверхности. Он выглядел как что-то вроде футляра для оружия и потрескивал от мистических энергий. Возможно, это был генератор стазисного поля, содержавший в себе Львиный Меч?

Дрожащими руками Узиил прикоснулся к ларцу. После этого он услышал странное жужжание. Звук вернулся в мир. Узиил осмотрелся, чтобы найти источник звука, но мало что разглядел сквозь истончающийся туман. Пока он оглядывался, шум перешел в резкий вой, перешедший в булькающий вскрик. Повернувшись вокруг своей оси, Узиил увидел в дверях кодиция Эизара, из груди которого торчало острое лезвие. Лезвие медленно вытащили, и Эизар рухнул в кровавую грязь.

За упавшим телом убитого библиария оказался высокий эльдар в инкрустированном рунами доспехе и несущий посеребренное копье. Эльдарское оружие в руках колдуна казалось живым, оно урчало от удовольствия, попробовав крови библиария. Ушедший крутанул копье и вытянул его перед собой.

— Я — Эйлиан, колдун Короля Люгназы. Я знаю, зачем ты пришел, и я здесь, чтобы остановить тебя. Ты, человек, не имеешь права тревожить это место, и ты не получишь того, что хранится в стазисном поле.

Узиил затрясся от гнева.

— Ты говоришь о мече? Не имею права? У меня есть все права! Этот меч принадлежит моему ордену по праву рождения и был отобран у нас на десять тысяч лет. Я верну его своим братьям или умру, пытаясь. Я поклялся. — Капеллан убрал руку от стазисного ларца и взял силовой меч обеими руками, вздрогнув от кинжалов ноющей боли в поврежденной конечности. Он был готов встретить сующего нос не в свое дело колдуна.

— Вы, люди, такие странные, — сказал Эйлиан, словно не беспокоясь о кипящей злости, переполнявшей Темного Ангела. — Вы должны благодарить нас за то, что мы хранили меч столь надежно и столь долго. Вместо этого, вы пришли на мою планету, убили моих людей и потревожили мертвых. Действительно ли меч стоит всего этого? Лучше запереть его навечно, чем выпустить в мир вновь.

— Еретик! — закричал Узиил. — За свою дерзость ты познаешь гнев Императора! — Узиил атаковал, его силовой меч описал смертельную дугу. Эйлиан, очевидно, готовый к такому удару, легко его отразил. Он попытался выпустить разряд пси-энергии в Темного Ангела, но его мощь была поглощена доспехом космического десантника. Узиил улыбнулся под шлемом и тихо прошептал молитву благодарности за свой доспех «Эгида». Он не падет пред ведьмовством этого колдуна.

Эйлиан попробовал другой пси-удар, но доспех выдержал и это. Колдун начал серьезнее относиться к дуэли, переместив копье в атакующую позицию и делая смертельные выпады в направлении Темного Ангела. Узиил отвечал на удары копья своими, и то выло, встречаясь с его мечом. Оба были равными соперниками; Эйлиан, сражающийся со спокойной грацией, и Узиил, отвечающий яростью берсерка.

Наконец, чудовищная сила ударов Узиила дала о себе знать, и он оттеснил колдуна к покрытой лишайником стене. Эйлиан все еще пытался пронзить Узиила своим жаждущим копьем, но Темный Ангел схватился за древко и очень крепко его стиснул.

Капеллан попытался рассечь клинком плоть эльдар, но не смог на столь малом расстоянии. Вместо этого, он ударил колдуна по лицу рукоятью силового меча. Удар впечатал голову Эйлиана в стену со слышимым треском, и колдун присоединился к Эизару в кровавой трясине.

Не теряя времени, Узиил вложил меч в ножны и добрел до стазисного ларца. Он тяжело дышал и истекал кровью от бесчисленных ран, оставленных копьем. Без каких-либо церемоний капеллан поднял длинный футляр и практически разорвал надвое. Он ощутил рассеяние энергии, когда чужацкое устройство сломалось и стазисное поле исчезло.

Добравшись до содержимого разломанного ларца, Узиил вытащил меч, вложенный в изукрашенные ножны. Его чуть не хватил удар, и он оперся на собственный меч. До сего самого момента он был готов к разочарованию и лжи. Падшему Ангелу никогда нельзя доверять. Но как мог он упустить возможность вернуть Львиный Меч, несмотря на столь ничтожную вероятность?

Теперь он, Узиил, стоял в чужацком храме с тем самым мечом в руках! Что за миг!

Узиил начал яростно молиться, благодаря Императора и Льва Эль’Джонсона за то, что они выбрали его для этой секунды. Меч был освобожден от ножен и засиял ослепительным блеском. Остатки тумана и дымки вмиг развеялись, первый раз давая обозреть окрестности. Узиил был в храме один, если не считать тел Эизара и Эйлиана. Теперь Узиил видел, что некогда изящный храм теперь стал по большей части руинами. Башни, что защищали его когда-то, упали, а части крыши провалились. Стены, что прежде сияли внутренним светом, покрывали лишайники.

Чуть успокоившись, капеллан начал изучать меч. Рукоять была вырезана из золота в форме ангела, чьи распростертые крылья образовывали гарду оружия. Ошеломленный его красотой, Узиил поднес меч к лучу света, пробивавшемуся внутрь. Там клинок сверкнул на солнце первый раз за десять тысяч лет. Узиил перехватил меч и прикинул баланс. Совершенство. То был меч королей, завоевателей. Как во сне, он видел себя во главе войск, несущим непревзойденный клинок и уничтожающим врагов Императора.

Его разум потонул в видениях власти и завоеваний. С этим мечом никто не сможет противостоять ему. Конечно же, он был избран! Оружие большей мощи, чем даже несомое Азраилом, верховным великим магистром Темных Ангелов. Теперь Узиил знал, что настало его время! Это было доказательство и способ заткнуть всех завистников на Скале.

Узиил невольно вздохнул и рассмеялся над судьбой, приславшей его сюда! Скоро его будут восхвалять как величайшего капеллана-дознавателя в истории ордена, даже более великого, чем легендарный Молокайя! Все падут перед ним, все склонятся, и не только в его ордене.

Нет, пришло время отбросить мелкие различия между орденами и верованиями. Империум будет принадлежать ему. Меченосец, завоеватель, первый из нового поколения примархов. Замечтавшись об эйфории и власти, Узиил видел Вселенную, лежащую пред его легионами, готовую к захвату. Таково было решение. Так должно быть.

Когда Узиил продолжил рассматривать сияющее оружие, он заметил надпись на клинке. Это ниже Вашего внимания, Владыка Узиил, шепнул внутренний голос, и так был убедителен его тон, что он почти проигнорировал потертую в сражениях надпись. Но маленькое ледяное присутствие совести подтолкнуло его разум. Приглядевшись, он украдкой прочитал древние буквы. Каждое слово было кинжалом, вонзающимся в сердце.