Весь мир и ты - Молли Ингрем

Глядя на него, сидящего на ее новом — как и вся остальная мебель — диване, Памелла испытывала сильное желание протереть глаза. Ничего подобного не грезилось ей даже в самые долгие из всех бессонных ночей. Собственно, Памелле в голову не могло прийти, что однажды в ее уютный дом войдет Эрик.

Тем не менее это случилось, и теперь Памелла чувствовала себя не в своей тарелке. Но не только из-за того, что он находился здесь, а потому что его присутствие всколыхнуло в ней прежнее желание. Ведь когда-то они с Эриком были не просто, а очень близки! Тогда Памелле тоже выпадали бессонные ночи, только не спала она по другой причине. И не одна.

Осознавая, что в эту самую минуту Эрик находится так близко, что до него можно дотронуться, Памелла испытывала сильнейшее волнение. Ее сердце едва не выскакивало из груди, и она боялась, что Эрик заметит, в каком состоянии она пребывает. А этого ей очень не хотелось. Потому что он может вообразить невесть что, в то время как Памелле нужно лишь одно: как можно скорее с ним расстаться. Тем более на нынешний вечер у нее кое-что намечено.

Ох, я совсем забыла про Риччи! — вспыхнуло в ее голове. Не лучше ли позвонить ему и отказаться от совместного ужина? Памелла задумалась. Хорошо, допустим, я так и сделаю, но как объяснить причину отказа? Сообщить, что ко мне как снег на голову явился бывший возлюбленный? Ну и что с того? — скажет Риччи. И будет прав. Почему я должна менять свои планы из-за человека, который в прошлом так гнусно поступил со мной?

Потому что один только взгляд на него повергает тебя в чувственную дрожь, подсказал чей-то вкрадчивый и слегка насмешливый голос. И в действительности ты готова отказаться не только от ужина в кафе, но от чего угодно, только бы Эрик сейчас подхватил тебя на руки и понес в постель!

От последней мысли вдоль ее позвоночника пробежал холодок. Она поняла, что это правда.

Неужели я никогда не избавлюсь от своей душевной привязанности? — с оттенком испуга подумала Памелла. Ведь два года прошло! Я уж было решила, что мои чувства к Эрику остались в прошлом. Но стоило ему появиться, как все начало стремительно возвращаться. И… что мне теперь делать? В конце концов, это даже унизительно! Продолжать любить человека, который… который…

— Пожалуй, чаю я бы выпил, — произнес Эрик. — С сандвичем. — Заметив, что Памелла изумленно захлопала ресницами, он обезоруживающе улыбнулся. — Немножко сыра и побольше ветчины.

— Ну ты и…

— Нахал? — быстро подсказал Эрик. — Нет, просто есть хочу. Проголодался, знаешь ли, пока дожидался в сарае твоего возвращения. Кстати, почему тебя так долго не было? Где это ты гуляла?

Памелла разинула рот. От возмущения она на миг словно лишилась дара речи. Однако Эрик не стал дожидаться, пока к ней вернется способность говорить.

— Эй, я пошутил! Это все лишь шутка, понимаешь? Просто я до чертиков рад тебя видеть!

Видя, что он говорит искренне, Памелла постепенно успокоилась.

— Ладно, подожди здесь, сейчас приготовлю тебе что-нибудь на скорую руку, — произнесла она совсем не таким тоном, какого можно было ожидать.

Уже на выходе из гостиной ее настигло новое указание:

— И не слишком усердствуй с майонезом!

Памелла даже не замедлила шаг, но в ее сердце будто вонзилась игла: эта фраза словно всплыла из прошлого. Кому как не Эрику было знать о пристрастии Памеллы к сочным сандвичам — так она их называла. А качество это достигалось за счет избыточного, по мнению Эрика, количества майонеза. Сам он предпочитал обходиться лишь малой толикой данного продукта.

Приготовив чай и толстый сандвич, Памелла вернулась в гостиную. Когда она приблизилась к дивану, Эрик встал и принял из ее рук чашку с блюдцем и тарелку. Его манеры были безукоризненны, как и прежде. Памелла отметила это мимоходом, усаживаясь по другую сторону кофейного столика.

По-видимому, Эрик действительно проголодался, так как сандвич проглотил в два счета. Зато чай пил долго, наслаждаясь.

— Подкрепился? — спросила наконец Памелла.

Он улыбнулся.

— Да, благодарю. А почему ты сама ничего не ешь?

Она взглянула на наручные часы.

— Еще не время.

Эрик удивленно вскинул бровь.

— О, ты придерживаешься режима? Она уклончиво качнула головой.

— В некотором смысле. Вообще, мне бы хотелось поскорее закончить разговор и… остаться в одиночестве.

Эрик откинулся на спинку дивана, вытянув поверх нее руку, и с прищуром взглянул на Памеллу.

— Хочешь сказать, что привыкла к этому состоянию?

— Да. И оно мне нравится.

— Разве у тебя нет мужчины?

Она мгновенно вспыхнула.

— Послушай, брось этот тон! Кто ты такой, чтобы задавать мне подобные вопросы?

Казалось, гневная отповедь Памеллы заставила Эрика слегка смутиться, однако продолжалось это всего мгновение.

— Да-да, ты права, не спорю. Давай не будем ссориться, ладно? Ведь мы встретились после двух долгих лет разлуки. — Немного помолчав, он добавил: — Во всяком случае, для меня они были долгими.

— Для меня тоже, — хмуро буркнула Памелла, глядя куда-то в угол.

Некоторое время Эрик пристально рассматривал ее, потом, видимо, решил сменить тему разговора. Оглядывая гостиную, он задумчиво произнес:

— Значит, теперь ты живешь здесь… — Его взгляд скользил по удобной мягкой мебели, картинам на стенах, камину, с решеткой, кочергой и запасом дров, по тяжелым шторам шоколадного цвета и белым тюлевым занавескам, сквозь которые проглядывали окна с обилием комнатных цветов. — Должен заметить, у тебя очень мило.

Памелла едва заметно улыбнулась. Любая похвала ее дому была ей приятна, даже если исходила от Эрика. А может, от него приятна вдвойне, потому что тем самым он будто оценивал способности Памеллы справляться с трудностями. Ведь для молодой женщины в одиночку привести в порядок весь коттедж не такая простая задача.

— Благодарю, — сказала она. Затем, не удержавшись, добавила: — Ты еще не видел моего сада!

Эрик усмехнулся.

— Почему, видел. Правда, мельком, пока меня несло в твой двор. Сегодня такой ветер, я даже не разрешил туристам покинуть борт вертолета. В этот раз у нас все были с опытом прыжков, но в таких случаях я предпочитаю не рисковать.

— А сам прыгнул, — заметила Памелла.

— Потому что я профессионал. А на борту у нас были любители. И потом, наша цель развлекать людей, а не подвергать опасности их жизнь. — На губах Эрика вновь появилась улыбка. — Правда, некоторые были недовольны моим решением. Пришлось наглядно продемонстрировать им, как трудно управляться с парашютом в ветреную погоду.