Одинокие сердца (СИ) - Роза Яна

Полина тоже поёжилась, когда они вошли внутрь, и сразу облегченно вздохнула, ощущая запах ближайшего фуд-корта, и даже застыла, чем привлекла внимание Догова, который уже отошел от неё на пару шагов.

— Что случилось? — спросил он обеспокоенно.

Полина как опомнилась:

— Нет… всё в порядке… просто…

— Про-о-осто? — вопросительно протянул Костя.

— Я перекушу немного, а ты можешь пока что-нибудь выбрать.

Полина сама не верила, что говорит это, но бороться с желанием съесть горячую сырную пиццу было выше её сил.

Костя приподнял брови, оглянулся в сторону фуд-корта, потом вновь сочувственно посмотрел на неё.

— Так это то самое? — криво усмехнулся он.

— Что?

— Ну там земляника с селёдкой и мороженое с мелом.

Полина отмахнулась от него и пошла вперёд. Вот уж на землянику с селедкой её точно не тянуло и поплохело, стоило это представить.

Вопреки всему, Догов на фуд-кор пошёл вместе с ней. Молча стоял за спиной, когда она заказывала пиццу, а потом присел напротив с бутылкой минералки, пристально, улыбаясь, глядя то на нее, то на тарелку.

— Если сам ничего не ешь, не нужно так смотреть на людей, — буркнула ему Полина, откусывая кусок, и буквально почувствовала, как удовольствие побежало по венам.

— А ты знаешь, — Костя действительно отвернулся, продолжая улыбаться, — что это всё полуфабрикаты, в этом здании настоящая еда только в продуктовом, всё остальное в заморозке?

— Да наплевать, — с набитым ртом выдала Полина, зная, что выглядит глупо и смешно, — я это съем, даже если ты скажешь, что всё посыпано сальмонеллой.

Костя рассмеялся, прикрывая глаза ладонью.

— Не знал, что ты любительница фастфуда.

Полина не ответила, правда, после его слов есть стало труднее.

— А зачем ты покупал этот центр?

Костя глотнул минералки.

— Собирался стать «хозяином города».

— Тогда и связался с отморозками?

Костя мотнул головой.

— Это чья-то наводка, меня кинули, как кость голодным собакам.

Аппетит пропал мгновенно. Полина до этого и не задумывалась, но…

— Я слышала, что поджог дома связан с криминалом.

Костя нахмурился.

— Не бери в голову, я разберусь со всем, а ты ни о чем не беспокойся и выноси моего ребенка здоровым.

Понятно, что Костя не хотел об этом говорить, но его слова «моего ребёнка» неприятно резанули слух. Похоже, пора привыкать к мысли, что он в курсе отцовства и устраняться не хочет.

— Я думаю, «хозяина города» из тебя не вышло, — вздохнула Полина, отставив тарелку с недоеденной пиццей, и глотнула горячего чая.

— Почему?

— Ты другой.

Костя усмехнулся.

— Может, для тебя я другой, а для них в самый раз.

Полина вновь посмотрела на бывшего мужа. Сейчас в ней не осталось того благоговения перед ним, которое она испытывала раньше, даже наоборот, ей было намного легче, зная о его недостатках и о его промахах. Видеть человека трезво и без мишуры или, как принято говорить, в «розовых очках», — самое ценное в отношениях. Костя был отзывчивым и в то же время резким, он был добрым, но мог спокойно нагадить в душу.

«Если дашь ему шанс, он снова может выкинуть тебя из жизни» — так Полине говорил внутренний голос. Боязливо нашептывая.

— Главное, чтобы ты был в порядке, — закончила Полина, поднимаясь.

Она тяжело вздохнула, чувствуя, как Костя идёт за ней следом.

А в голове звучало: «Дура! Дура, хватит об этом думать!».

***

Глядя на раскрасневшееся лицо Полины, Костя в очередной раз поймал себя на мысли, что хотел бы её поцеловать и что это чувство настолько жгучее, что буквально фантомно причиняло боль.

А в отделе для наворожённых ему вообще чуть плохо не стало. Никогда не думал, что они вместе с Полей будут что-то подобное делать, ходить между стеллажами с детскими бутылочками и питанием, выбирать детскую одежду и даже тихо переругиваться, когда их взгляды не совпадали.

— Мне нужно только необходимое на первое время, — убеждала Полина, когда Костя закинул в корзину ещё и банку с питанием и витамины для малышей, — не нужно всего этого, я надеюсь на естественное кормление.

От мыслей о грудях Полины стало безумно грустно.

— А ты уже готовишься? — усмехнувшись, как пьяный, спросил Костя. — Растираешь, массируешь…

— Что? — удивилась Полина.

— Грудь.

Полина остановилась так резко, что Костя чуть не налетел на неё. Она макушкой едва ему до подмышек доставала.

— Догов, хватит озвучивать свои извращенные мысли, — шикнула она.

А Костя видел, что даже под шарфом шея у неё покраснела.

— Просто я могу предложить свою помощь, — решил и дальше изводить ее он. — Руки, губы, всё в твоём распоряжении.

— Подзатыльник не хочешь?

Наконец-то она повернулась. Эта чертовски сладкая, розовощёкая ведьма.

Полоснула обжигающим взглядом, и Костя сделал вид, что его ранили в самое сердце.

Купили в результате немного, в основном на выписку, а выбор кроватки и коляски оставили на потом, потому что тут они во мнениях категорически не сошлись.

— Мне в квартире пойдёт и такая, — показывала Полина на маленькую круглую кроватку, которая трансформировалась в большую.

Догов сдержанно вздыхал, прикусывая себе язык, пытаясь не ляпнуть, что в нынешней квартире он её не оставит.

— Покупки лучше отвезти сразу домой.

— Потом, — заверил Костя, — доставлю и тебя, и вещи.

Полина будто не поверила, но ничего не стала уточнять.

— Я отлучусь, — охнула она, отдав ему свою сумку, и повернула в сторону туалетов.

Ждать возле дверей Догов не стал, отошёл подальше, так некстати заметив ювелирный отдел. Конечно, он не думал покупать Полину драгоценностями, хотя нет, мысль такая всё же была. Преподнести кольцо или цепочку, ну или хотя бы подвеску.

Он зашёл в салон, где его узнали и начали наперебой предлагать самые красивые брендовые украшения с бриллиантами и изумрудами из золота и платины.

Неожиданно кто-то тронул его за плечо, и, не оборачиваясь, Догов по запаху медовых духов понял, кто у него за спиной.

— Привет, — томно шепнула Ксюша.

Костя улыбнулся продавцам и повернулся к бывшей любовнице. Всё такая же эффектная высокая блондинка, с тонкой талией, накачанной силиконом грудью, которую выгодно подчеркивала кружевным бельём, как бы невзначай выглядывающим из низкого лифа кофточки.

— Покупаешь подарок новой жертве? — улыбалась Ксюша.

Сейчас даже её голос звучал наигранно низко.

— Не думал, что тебя это интересует.

— Знаешь, Костя, давай поболтаем в более приятном месте, м?

Она провела длинным ярко накрашенным ногтем по его вороту.

— У меня нет времени, — безразлично холодно ответил Догов, сделав шаг в сторону.

Ксюша снова перегородила ему путь.

— А когда будет?

Костя изогнул брови.

— В другой раз, — ответил он расплавчато.

— Ну, Костя, мне очень-очень нужно с тобой поговорить, мы же так расстались непонятно, и я столько времени тебя ждала.

В голосе прослеживались нотки плаксивости и наигранной обиженности. Она вдруг потянулась, прижавшись губами к его щеке, и тихо зашептала:

— Позвони мне. Прошу тебя, помоги мне.

Это звучало отчаянно и странно. Ксюша отстранилась, быстро зашагав прочь, и, возможно, Косте показалось, а может, и нет, но следом за ней проследовал парень в черном костюме, прежде смерив его изучающим взглядом.

В дверях бутика Догов увидел Полину, которая наверняка всё видела. Он раздражённо чертыхнулся.

— Это не то, о чем ты…

— Костя, не оправдывайся, — перебила его Полина, отворачиваясь, — ты ничего мне не должен, как и я тебе.

Костя сцепил зубы, но отчего-то проклинать Ксюшу не мог. Её слова о помощи не были игрой, но всё это отбросило его отношения с Полиной на миллион шагов назад.

К машине они вернулись молча, в таком же гробовом молчании доехали до дома. Костя буквально ощущал разивший между ними холод. Хотелось встряхнуть Полину, сжать в руках, впиться в губы и заставить поверить ему.