Казино "Палм-Бич" - Пьер Рей

– Постараюсь.

– Завтра я тебе позвоню в это же время. В конце концов не за свои же, фирма не обнищает.

– Что еще?

– Черт!..

Связь прервалась. Ален улыбнулся. Ему было приятно услышать голос Самуэля. И вдруг он почувствовал, что умирает с голода. Он позвонил в ресторан и вызвал официанта.

– Будьте любезны, меню.

– Пожалуйста, мистер. Желаете сделать заказ на сейчас? Мясо? Рыбу?

Ален пробежал глазами список блюд и выбрал салат из креветок и королевскую дораду на вертеле.

– Вот список вин, пожалуйста.

Ален отодвинул его в сторону.

– Полагаюсь на ваш вкус.

– Возьмите «Саран», это превосходное шампанское.

– Согласен,- сказал Ален.

– Будете обедать на балконе?

– Да. И принесите виски.

– В гостиной у вас есть бар, мистер.

Официант удалился. Ален снял халат, прошел в ванную и на полную мощность открыл кран душа. В баре он взял стакан и бутылку виски. Держа стакан в руке, он стал под холодный поток, наблюдая, как струйки воды попадают в стакан, и чувствуя, как холодная вода смывает с него усталость и напряжение.

Он вытерся, открыл один из чемоданов, достал рубашку и брюки. Затем снова вышел на балкон. Внизу, рядом со своим «роллсом», он увидел еще три такие же модели с откидным верхом.

Все столики в баре, расположившемся на террасе, как и в ресторане, по правую сторону, были заняты. Вода в бассейне подсвечивалась изнутри, но люди, еще час назад сновавшие вокруг него, исчезли. Он налил себе еще виски и сел в шезлонг. Перед ним открывался фасад отеля, большинство окон которого были освещены. Не собираясь этого делать, он неожиданно вторгся в интимную жизнь обитателей дома, которые забыли задернуть шторы. Но это, казалось, смущало их меньше всего. Ален с любопытством переводил взгляд с одного окна на другое: было время, когда жильцы облачались в вечерние туалеты.

Совсем обнаженная молодая девушка помогала другой застегнуть платье. Двумя этажами ниже мужчина массировал плечи женщине, сидевшей в кресле, вся одежда которой состояла из одного черного бюстгальтера. Налево пожилая дама вышла из ванной с перекинутым через плечо полотенцем. Ален быстро отвел глаза и посмотрел на звездное небо.

Послышалось легкое царапанье в дверь. Она открылась, и появился официант, толкая перед собой столик на колесиках. Все блюда были накрыты серебряными крышками. Предусмотрено было все, даже букет роз.

– Попробуете вино, мистер?

Ален взял протянутый бокал, поднес ко рту. Вино было холодное и вкусное. Он поднял крышку, вдохнул аромат королевской дорады, затем опустил палец в соус и облизал его. На всякий случай он протянул официанту стофранковую бумажку. Тот схватил ее и с невероятной быстротой спрятал в карман.

– Благодарю, мистер.

– Эти чаевые… сколько составят в долларах?

– Около 23 долларов, мистер.

– Прекрасно…- пробормотал Ален.

За двадцать три доллара они с Баннистером купили бы себе в Нью-Йорке по паре рубашек.

Глава 12

– Может, задернуть шторы?- спросил Арнольд Хакетт.

– Зачем?- безразличным голосом спросила Марина.

Она лежала на кровати в купальных трусиках.

– Вас могут увидеть из других окон.

– Всего делов? Вы же меня видите!

Арнольд откашлялся. Он не решался сказать ей, что, оплатив ее путешествие в Европу, рассчитывал иметь на нее исключительное право. Ничего подобного сказать Марине он не мог. Он была с другой планеты, где язык Хакетта, его доводы, логика ровным счетом ничего не значили. Она без особых восторгов согласилась приехать сюда, и Арнольд, сам не зная почему, почувствовал, что не сможет приручить ее.

– Марина, вы довольны?

– Пфф…

Она посмотрела ему прямо в глаза, и, как обычно, его охватило смутное беспокойство. Его партнерши должны были поддерживать его, направлять, вселять уверенность… Время, когда он с радостью бросался на любое существо в юбке, безвозвратно ушло. Сейчас ему нужна была ее помощь, инициатива, как это бывало с Пэппи. Но Марина была непробиваема, как бетонная стена. Ее глаза обескураживали его: он ничего не мог в них прочесть.

Скрывая смущение, он направился к окну и резким движением задернул шторы. Он находил пикантным, что поселил Марину в том же отеле, где остановился вместе с женой.

– Как жаль, что сегодня вечером я не могу вас взять с собой в казино… я хочу сказать, официально.

Марина перевернулась на живот.

– Какое это имеет значение?

– Мне было бы приятно. Чем вы займетесь сегодня вечером?

– Не знаю.

– Где ужинаете?

– Еще не решила.

Он осторожно присел рядом с ней на край кровати и бросил взгляд на букет роз, стоявших на столе в вазе, но не осмелился спросить, от кого они. Он протянул руку и провел пальцами по ее ягодицам. Она резко повернула голову. Их глаза встретились лишь на мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы он поспешно встал.

– Я буду на сегодняшнем коктейле…

Марина редко проявляла интерес к тому, что он говорил, поэтому ему не всегда удавалось закончить фразу.

– Будут вручать премию Луи Гольдману, продюсеру. Вы знаете его?

– Нет.

– Известный человек. Он предложил мне участвовать в финансировании его следующего фильма. Вас интересует кино?

– Нет.

– Я мог бы сделать из вас кинозвезду.

Он с отчаянием думал, что бы еще сказать. Когда он разговаривал с Пэппи, та проявляла живой интерес, и он мог часами рассказывать, уверенный, что будет понят и им будут восхищаться. Но здесь…

– Может, вы придете в казино… попозже?

Никакого ответа.

– Завтра пойдете на пляж?

Ее «да», едва слышно произнесенное, он воспринял как дорогую награду.

– На «Бич?»

– Не знаю.

– Могу я прийти к вам завтра?

– Пфф…

– Эй! Марина, Марина… У меня столько планов относительно вас!

Она встала, потянулась, достала из шкафа соломенную шляпу и перчатки из шевро. Помогая себе движениями бедер, она стянула с себя трусики и бросила их на кровать. Поняв это как приглашение, он протянул руку к ней и шагнул ей навстречу. Ее взгляд остановил его.

– Сейчас я буду делать отжимания.

– Марина, у меня есть идея!.. Сегодня вечером, поздно… ночью… я могу прийти к вам.

– Не хочу.

– Не хотите? Почему?

– Я буду не одна.

– Как не одна? С кем?

– С первым, кто мне понравится. Жить без мужчины – опасно для здоровья. Время от времени мне необходимо потрахаться.

В разгар сезона в подземном гараже «Мажестик» находилось до двадцати «роллсов», не говоря уже о «феррари», «мазаретти», «порше», «кадиллаках», «ягуарах»… Но Серж никогда в жизни не видел стоящих рядом перед отелем трех одинакового белого цвета «роллс-ройсов». Это его развеселило.