Где рождается свет (СИ) - Лия Альман

черта. Тише, тише, любимая. Ты просто еще многого не знаешь. Я расскажу. Все будет хорошо.

Муж помог ей встать и усадил на кровать. Он проворно отскочил к столику, налил в стакан воды и протянул ей. Диана сделала несколько глотков. Страх немного отпустил.

— Простите, моя вина. Хотел подшутить над невесткой и перестарался. Перепугал ее, — из коридора доносился льстивый голос Бруно. — Похоже, своим криком она переполошила добрую половину больницы.

— Отойдите от двери! — сурово приказал доктор и зашел в палату. — Миссис Лореш, вы в порядке?

Диана натянула улыбку. Не хватало еще, чтоб он напичкал ее успокоительным.

— Да, благодарю вас. Извините, у кузена моего мужа весьма нелепое чувство юмора. Простите за крик. Этого не повторится. Он больше не придет сюда, — она выразительно посмотрела на Бруно.

— Детский сад! Вам нужен покой. И здесь множество других больных.

— Я же извинилась, — натянуто произнесла Диана.

— Это больница, а не парк аттракционов, — не унимался врач. — Впредь постарайтесь не пугать других пациентов.

— Не стану, потому что прямо сейчас ухожу отсюда! — гневно бросила Диана и встала с кровати.

Она подняла с пола амулет и направилась к двери. Внутри снова зашевелилось что-то ядовитое. На секунду она замешкалась в дверях.

— Разберись с ним, — презрительно бросила она Бруно и удалилась.

Глава 16

Агнесса бежала, пока совсем не выдохлась. Солнце медленно клонилось к закату и уже прятало яркие лучи. Земля, напитавшаяся за день теплом, теперь отдавала его с удвоенной силой, и от пыльной дороги поднимались жаркие волны. А может быть, Агнессе так казалось от долгого бега — ступни ее горели.

Она осмотрелась. Мягкое покрывало сумерек окутывало город. Близилась ночь, и оставаться в полях было бы крайне неразумно. Хранители точно найдут ее здесь. Но и возвращаться больше некуда. Сначала она хотела пойти к родителям, но по пути встретила еще нескольких знакомых, и никто не узнавал ее. А значит, и мама с папой не вспомнят. От одной мысли, что родители ее не узнают, как и матушка, кожа покрывалась ледяной коркой страха. Поэтому Агнесса побежала куда глаза глядят.

Впереди, примерно в полусотне шагов, показалась улица. Постояв немного, Агнесса рассудила, что искать там приюта будет самым лучшим решением из возможных. Ноги едва донесли до приземистых домиков. К тому времени людей на улице почти не осталось. Агнесса растерянно озиралась, думая, в какую дверь постучать. Она медленно побрела вдоль улицы.

«Пусть сама Судьба выведет меня к нужному дому», — решила девушка.

Но Судьба не торопилась с помощью. Наконец, совсем обессиленная, Агнесса просто остановилась у незнакомых ворот. Маленькая черная шавка с кудловатым хвостом разразилась звонким лаем, оповещая хозяев о чужаке.

— Цыц! Чего разбрехалась? — пожилой мужчина появился на пороге, вытирая руки о грязную тряпку. — Вы что-то хотели?

— Доброго вам вечера, господин! — помахала рукой Агнесса и натянула самую доброжелательную улыбку. — Простите, что потревожила в такой час. Не скажете ли, где можно на постой остановиться? Я иду издалека. Выдохлась вконец.

— Вот дела! — удивился хозяин двора. — Постоялые дворы отсюда далековато. Не меньше часа пешком.

Агнесса застонала. Ноги так гудели, что она скорее бы предпочла уснуть в будке этой шавки, чем идти еще дальше.

— Погоди, я сейчас.

Мужчина скрылся в доме и через минуту появился снова с глиняным кувшином в руках.

— Цыц, говорю! — прикрикнул он снова на визгливую собачонку. — Пошли, провожу тебя.

Агнесса хотела было возразить, что не выдержит столько идти, но, вероятно, ее лицо все сказало за нее, потому что мужчина поспешно заверил:

— Это рядом! В дюжине домов от меня. Там молочница живет. Она к себе на постой иногда пускает. А откуда же ты идешь, красавица?

— Из Эрфурта, — соврала Агнесса и нервно сглотнула.

Незнакомец присвистнул.

— Ничего себе! Большой путь. И куда?

— В Аугсбург, — вновь соврала девушка.

«Главное, называть те города, в которых бывала, иначе точно поймет ложь», — думала она, пока мужчина восхищался ее стойкостью. Он что-то говорил о том, что город у них приветливый, люди хорошие, и строил догадки, зачем одинокая и молодая девушка совершает одна такой сложный путь. Агнесса же только вежливо кивала и улыбалась, потому что сил на разговоры не было. Да и к чему много болтать? Она уже наврала, теперь бы самой в своем вранье не заплутать.

— Афра, открывай! Я тебе гостью привел! — закричал мужчина еще с дороги и повернул к длинному дому.

Перед воротами возвышался огромный стог сена. От него пахло прелой травой.

«Молочница. Коровам запасает, наверное», — заключила Агнесса и подумала, что сено надо бы просушить получше.

— Афра! — снова позвал провожатый.

На пороге появилась низенькая и широкая в плечах женщина в платье грязного бурого цвета. Возрастом она была, пожалуй, вдвое старше Агнессы. Волосы вылезли из-под платка, небрежно съехавшего на бок. Мозолистые руки выдавали тяжелый ежедневный труд.

— Ну чего горланишь на всю улицу? — возмутилась она. — Зайди и скажи, как нормальный человек.

— Афра, миленькая! Да я ж хочу, чтоб вся улица знала, что я к тебе иду, — мужчина добродушно рассмеялся.

Молочница, плохо скрывая улыбку, отмахнулась от гостя, и Агнесса подумала, что они так часто друг друга подначивают. Ей вдруг стало неловко, будто она вторглась во что-то интимное, но, к счастью, хозяйка вспомнила про нее.

— А что за красавица с тобой?

— Постой искала. Пустишь?

— Пущу, чего не пустить. Проходите.

Агнесса, превозмогая боль в ногах, поднялась на крутое крыльцо и шагнула в дом вслед за Афрой. В нос ударил приятный аромат печеной рыбы и лепешек. Агнесса с удивлением поймала себя на мысли, что совсем не голодна, хотя даже и не помнила, когда в последний раз ела.

— Как тебя звать, красавица? — обратилась к ней молочница.

— Агнесса, донна Афра.

— Ой, брось это. Зови меня просто Афрой. Проходи на кухню, поди голодна.

— Нет, благодарю вас. Но я буду очень признательна, если покажете мне угол, где я могу поспать. Вот, — спохватилась она, полезла в кисет и выудила оттуда несколько монет, — возьмите. Знаю, тут немного, но у меня больше нет.

Афра сначала протянула руку, но вдруг замешкалась.

— Так, коли есть не желаешь, вот там, — она показала на низкую дверь, — можешь умыть лицо и руки. Я пока тебе постель приготовлю. Завтра будем про расчеты разговоры вести. Деньги тоже отдыхать должны.

Она ободряюще улыбнулась и легонько подтолкнула Агнессу к двери.

— Так, старый сыч, а ты чего еще здесь?

— Так я это, молока хотел.

Дальнейший разговор потерялся в плеске воды. Хотя девушка и слушать его не хотела. Она устало опустилась на