Где рождается свет (СИ) - Лия Альман

— Все изменить, — сердито повторила Смерть. — Похоже, ты ничему не учишься.

— Так ты пришла мне читать нотации или же по делу? — в голосе Дианы послышался холодок.

Да уж, в ней точно есть определенный потенциал. Не без усилий, конечно, но можно было бы вырастить недурную замену, если бы эта недотепа хоть немного интересовалась ее прекрасным миром.

— Конечно, выход из ситуации есть. Вопрос только в том, чем ты готова пожертвовать на этот раз.

Диана побледнела. Оттенок кожи сливался с высветленными волосами.

— Да, дорогая моя, — продолжала Смерть. — Ты уже могла убедиться, что за все приходится платить. И этот случай — не исключение. Знаешь, ты выпила кровь сама. Тебя никто не заставлял. То, что ты не удосужилась узнать о последствиях, говорит лишь о твоей импульсивности и… глупости. И потому я не уверена, что могу доверять тебе.

— Ты тоже когда-то выпила кровь русалки, — слабо возразила Диана.

— Сравнила, — ухмыльнулась Смерть. — Я была ребенком. Меня не спрашивали, хочу ли я ее пить. Мать так отчаянно желала меня спасти, что смешала каплю своей крови с русалочьей и просто влила ее мне в горло. Никто не предлагал мне выбор, который был у тебя.

— Когда ты узнала, что будешь… собой?

— Повелительницей потустороннего мира, ты хотела сказать? Я прожила долгую жизнь. Слишком долгую для моих времен. Случалось разное. — Губы Смерти исказились в горькой усмешке. — Однажды мне тоже начали сниться сны, как и тебе. А потом жизнь оборвалась, и я попала в потусторонний мир.

— Не слишком откровенно, — недовольно фыркнула Диана.

— Ты что-то путаешь, дорогуша! Я не подружка, которая забежала посплетничать, — Смерть резко встала. — Я пришла к тебе с решением, но вижу, что… Что… — она замешкалась, подбирая нужное слово.

Диана выгнула бровь и внимательно посмотрела на собеседницу.

— Это было импульсивно и… глупо?

— Туше.

— Меня даже бесит, что в нас столько схожего, — смертная закатила глаза. — Так что нужно сделать, чтобы не стать тобой?

— Найти ту, с кого всё началось, — уклончиво ответила Смерть.

Диана нахмурилась, губы сжались в тонкую нить.

— А без дурацких загадок мы обойтись не можем? Одна такая меня довела уже до встречи с тобой.

Смерть рассмеялась. Несмотря ни на что, смелости этой мерзавке не занимать!

— Об этом мало кто знает, но есть пространство, коридор, если желаешь, между мирами, — проговорила госпожа. — В нем встречаются все времена и параллели.

— Как лес с Тенями?

— Схватываешь на лету, — одобрительно кивнула Смерть и встала перед кроватью Дианы.

— В этом коридоре находится источник самого Мироздания. И там живет древнейшая Нингё, заточенная в своей темнице. Она тебе и нужна.

— Отлично, только ни черта не понятно! Можно объяснить нормально? — Диана нервно дернулась и скинула покрывало.

— А путеводитель по межмирью тебе не выдать? — саркастично осекла Смерть. — За подробностями отправь Бруно. Полагаю, он теперь верен тебе? Что ж, я не стану его даже наказывать. Признаться, он мне порядком поднадоел за эти двадцать лет, — госпожа живо представила его стенания и жалобы на то, что он так и не воссоединился, с кем хотел, и подернула плечами. — Но тебе может пригодиться.

— Ты обманула его.

— Он не сдержал слово и не привел мне тебя.

Диана хотела что-то сказать, но вдруг передумала и тяжело вздохнула.

— Как мне попасть туда? В коридор этот.

Смерть сняла с шеи кулон, похожий на кинжал, и протянула Диане.

— Ты уже обладаешь немалой силой, но между мирами сама ходить не способна. Эта вещь поможет попасть куда нужно через пещеру йошо. Но учти, — она отдернула кулон, когда Диана почти взяла его в руки, — когда ты носишь его, становишься ближе ко мне. Артефакт свяжет нас. С каждым днем в тебе будет оставаться меньше от Дианы-человека и становиться больше Дианы-смерти. Поэтому подумай, готова ли ты надеть кулон.

— Сколько у меня времени в человеческом образе?

— Зависит от того, насколько сильна твоя душа. Может, день, а может, год.

— Кто бы сомневался. И что нужно сделать? Или это тоже Бруно расскажет? — вернула шпильку Диана.

— Очень просто. Ты должна убить древнейшую нингё, — Смерть высокомерно задрала подбородок, — если решимости хватит.

Диана фыркнула и выхватила из рук амулет. С интересом и даже трепетом она рассматривала вещь. Серебристый клинок с бирюзовой рукоятью украшал волнистый узор. Прямо под эфесом, на рикассо, небольшой круг с замысловатыми завитками притягивал взгляд, будто переносил сознание из одного мира в другой.

— Но запомни! — отвлекла Смерть Диану от созерцания. — Ни за что не отдавай амулет нингё! Иначе все труды будут напрасными. И твои, и мои. Ты поняла?

Диана успела только кивнуть, как сзади раздался мужской голос.

— Я иду с ней. Что нужно сделать?

Смерть обернулась. В дверях стоял Максимилиан и сжимал в руках куртку.

Глава 14

Мягкая трава едва шевелилась от слабых дуновений ветерка и слегка щекотала щеку. Агнесса открыла глаза. Лес по-прежнему был в сизой пелене сумрака, но теперь все казалось каким-то другим. Словно она видела перед собой искусно нарисованную картину. Агнесса попыталась встать и тут же вскрикнула: нога нещадно саднила. Какое необычное чувство.

«Боль», — голос в голове подсказал, как называется ощущение.

Агнесса с трудом встала. Растрепанные волосы лезли в лицо. Дрожащими руками она переплела косу, поправила одежду и вытерла лицо. Что произошло? Агнесса потерла виски и напрягла память. Так, на землю упала тьма, она побежала к родителям, по пути встретила сына пекаря, поняла, что темноту видит только она. Дальше воспоминания расплывались. Ленточка, лес… Ленточка! Она огляделась. Голубая, едва мерцающая, струйка искорок лежала неподалеку на земле. Девушка проворно подскочила и подняла ленту. В тот же миг голову пронзила острая спица боли. Агнесса вскрикнула, зажмурилась и сдавила ладонями виски.

Беспорядочные видения закружили ее в пьянящем хороводе. Перед глазами пролетали десятки лиц. Некоторые казались смутно знакомыми. Будто она видела их когда-то давно, в прошлой жизни.

— Прости, прости, любимая моя, прости! Я не знал, что делаю! — Мужской голос вырастал изнутри и заполнял собой весь лес.

Внезапно все прекратилось: и боль, и лица, и голос. Агнесса открыла глаза. Она по-прежнему сжимала ленту, но та больше не искрилась. Непонятные, будто давно забытые чувства охватили ее.

«Боль, страдание, обида, тоска…»

Она могла легко назвать их, но с трудом вспоминала, что значат эти слова.

— Пора отсюда выбираться, — прошептала Агнесса сама себе.

Хотелось верить, что во всем виноват лес, ведь не зря его прозвали запретным. Наверняка она, сама того не желая, вторглась в таинственную магию этого места.

Агнесса огляделась в