Иллюзия - Наталья Медведская

но следовать им или нет, это наше с Марком право. Поэтому, мама, больше не вмешивайтесь. Живите своей жизнью.

Удивительно, но после этого его мать отступила и перестала к ним лезть. Даже редко стала приходить в гости.

– Марк Захарович, – окликнула задумавшегося Марка Елена Михайловна. – До Темрюка осталось сорок километров. Давай решим, как лучше поступить. Сначала надо поехать в больницу, и ты там останешься, а я сяду за руль и отвезу домой Зинаиду Олеговну, а потом отправлюсь на винзавод разгружать образцы продукции. Автомобиль заберёшь завтра на стоянке. Я предупрежу охранника на проходной, пусть присмотрит за минивеном.

Марк согласился с решением начальницы. Ему как можно быстрее хотелось увидеть жену.

Выйдя из минивена, Марк бросился в приёмный покой городской больницы. Получив от медсестры сведения, что Мечникову Санию Степановну подняли в терапевтическое отделение, побежал по ступенькам на второй этаж. Молоденькая медсестра в белой шапочке, похожая на прилежную ученицу, разрешила ему пройти в палату. Открыв дверь, он помедлил, не решаясь сделать первый шаг. Сделав глубокий вдох, переступил через порог комнаты. В палате на четыре человека на кроватях, стоящих ближе к окну, лежали две женщины. В одной из них из-за нервного перенапряжения он не сразу узнал Санию. Её зачем-то до самого подбородка накрыли серовато-белой простынёй. Марк, придвинув стул, сел поближе к изголовью кровати. Лицо жены выглядело умиротворённым и спокойным. Бледная кожа в свете ламп отливала синевой, а под глазами залегли тёмные круги. Ему показалось, что за неделю пока они не виделись, Сания похудела и немного осунулась. Она дышала едва уловимо, он был вынужден наклониться, чтобы почувствовать её дыхание. Соседка жены по палате тоже лежала неподвижно, и от этой зловещей тишины у Марка заложило уши, будто он внезапно оказался под водой. Что с Санией? Она почти никогда не болела и отличалась завидным здоровьем. Ему хотелось схватить жену за плечи и встряхнуть, чтобы она очнулась и не лежала так тихо, пугая его своим бесцветным лицом, потерявшим все краски. Посидев минут двадцать, Марк вышел из палаты.

– У кого можно узнать о состоянии моей жены? – поинтересовался он у медсестры.

– У лечащего врача, – медсестра показала на кабинет, расположенный возле входа в отделение. – Кирилл Иванович как раз на месте.

– Спасибо.

Марк, подойдя к двери с табличкой «Дежурный врач», негромко постучал в неё.

– Войдите.

– Добрый вечер, Кирилл Иванович, я муж Мечниковой Сании. Мне хотелось бы знать, что с ней?

Доктор грузный мужчина лет шестидесяти, чем-то походил на актёра Леонова, круглым, добродушным лицом и смешливым взглядом голубых глаз.

– Экспресс анализ крови показал хорошие результаты, не выявлено никаких патологий. Могу лишь сообщить, что у неё понизилось давление и температура тела, по сравнению, конечно, с обычной, но не критично. Сердцебиение замедленное, но я бы сказал, оно почти соответствует той норме, которая бывает во время чрезвычайно глубокого сна. Думаю, ваша жена скоро придёт в себя, и тогда мы сможем сделать томографию головного мозга. Причина её состояния может быть именно в нём.

– А эту процедуру нельзя провести как можно скорее, – заволновался Марк.

– Нельзя. Разве можно тащить человека в аппарат в бессознательном состоянии. С вашей женой всё будет в порядке. Идите голубчик домой, отдохните, а завтра утром свежий, с новыми силами и без нервов возвращайтесь сюда. Нет смысла сторожить супругу, – врач хмыкнул. – Она никуда не убежит.

Выслушав лечащего врача, Марк поблагодарил его и решил отправиться домой к детям. Илья и Мия сейчас очень нуждались в нём.

Так и вышло дети, расстроенные и перепуганные, сидели с соседкой Ниной в беседке и не хотели заходить в дом.

– Марк я еле уговорила их поесть, – сообщила Нина, – так что можешь не думать об ужине, я и тебе оставила в кастрюльках на печке овощное рагу и гуляш.

– Спасибо, Нина. – Марк меньше всего сейчас думал о еде.

– Как там Сания? Пришла в себя?

– Нет, но врач уверяет, что всё не так плохо. Утром я снова поеду в больницу.

Нина встала со скамейки.

– Тогда я пойду, а вы отдыхайте. Если понадобится помощь, позвони.

– Хорошо.

Зайдя в дом, Марк попросил детей выкупаться и пойти к себе в комнаты. На общение с ними у него не осталось сил.

– Папа, мама же не умрёт? – еле слышно поинтересовалась Мия хриплым голосом. Видимо, она долго лила слёзы, вот и осипла.

Илья, шмыгнув носом, отвернулся, пряча красные опухшие глаза.

Марк рассердился:

– Вы чего это оплакиваете мать? Она лишь немного приболела. Не надо тут устраивать вселенскую скорбь. Быстро по очереди отправились в ванную комнату мыться, – рыкнул он.

Губы Мии задрожали от обиды. Илья, бросив сердитый взгляд на отца и опустив голову, поплёлся к себе.

Марк понимал: поступил плохо, накричав на детей в такой нелёгкой для них ситуации. Он сам был напуган так, что уже не справлялся с эмоциями. Есть ему совершенно не хотелось. Приняв душ, он лёг в кровать. Через час в родительскую спальню сначала робко вошла Мия и попросилась к нему под бок, потом появился Илья и улёгся с другого края кровати. Дети неосознанно искали у него покоя и защиты. Марк обнял их, придвинув к себе ближе, попытался успокоить.

Ночью он то и дело просыпался от кошмаров и из-за толкающихся детей, спящих очень беспокойно.

Утром, накормив Илью и Мию завтраком, вызвал такси. Сначала он собирался заехать на винзавод за минивеном, а потом отправиться в больницу.

В терапевтическое отделение Марк попал в девять часов, но Санию не увидел, медсестра на посту сообщила, что пациентка пришла в себя и отправлена на Топографию головного мозга. Слова медсестры прозвучали для него музыкой: главное жена очнулась, а с остальным они справятся. Ждать пришлось недолго, через сорок минут он увидел Санию, вполне самостоятельно идущую по коридору в отделение. Марк бросился к ней и попытался обнять, но она уклонилась.

– Что, что сказали врачи?

Сания пригладила волосы, поправила пояс на халатике. Она по-прежнему находилась в домашней одежде, в которой её и привезли на «Скорой», а вот обувь на ней была больничная: обычные, растоптанные, кожаные шлепанцы. Марк смутился: он не привез сменную одежду и обувь, не подумал об этом.

– Со мной всё хорошо. Просто я не спала пару ночей, вот и решила выпить снотворное. Вероятно, стресс, бессонница и