Литературный журнал «Ситуации» - Коллектив авторов

Федя увидел хомяков! Лохматые грызуны произвели на ребёнка необыкновенное впечатление: они были очень красивого кремово-пудрового окраса, не помню, как этот цвет правильно называется в породе, и пушистые – ангорские. И вот теперь мальчик всерьёз начал мечтать о хомяке. Мечта его, впрочем, довольно быстро исполнилась – на Новый год те самые знакомые подарили Фёдору аж двух молоденьких хомячков, утверждая, что оба они мальчики. Девчонок Федя не хотел, а эти двое были спокойными, играли друг с другом и спали рядом. Заводчики утверждали, что драться они не будут, так как росли вместе, особенно если будут жить в просторной клетке.

Федя пребывал в полном восторге, но не только он один! Парень подолгу смотрел на своих новых питомцев, обходя со всех сторон красивую широкую двухэтажную клетку на журнальном столике. А заодно с ним оживлённо наблюдала за хомяками и кошка Валька – глаза её сияли разноцветными огнями: то красным, то жёлтым, то зелёным, как настоящий светофор!

Кошка новых жильцов не обижала, поэтому скоро все окончательно расслабились и, уходя из дома, оставляли Вальку с хомяками в одной комнате, вернее, у кошки имелся свободный доступ во все помещения квартиры.

Жили хомяки действительно дружно, но были совершенно разными по характеру и по внешности – один был пушистее и тревожнее. Грызуны росли в достатке и заботе, заметно увеличивая объёмы тела. Через некоторое время начало казаться, что один из хомяков, Васька, поправился больше и по сравнению со вторым, Яшкой, стал просто пузатым – и брюхо это всё продолжало расти. Первая мысль пришла о том, что товарищ нездоров, однако опытный взгляд Борисовны заподозрил другую, здоровую, причину – беременность! Догадка подтвердилась – один из хомячьих мальчиков оказался девочкой, и вскоре на свет появились то ли девять, то ли десять очаровательных крошечных лысых мышек. Восторгу Феди и Вальки не было предела, старшие, однако, эту радость не особо разделяли, так как видели в пополнении проблему дальнейшего пристройства.

Отец семейства, соответственно, очень лохматый Яшка, а мать так и осталась Васькой, только теперь её иногда торжественно именовали Василисой. Первое время Василиса постоянно находилась в домике со своими яслями, выходила на порог, чтобы покушать, даже не подходила к кормушке – всё необходимое ей ставили ко входу. Яшка, Валька, Федя и все остальные пытались увидеть молодняк через маленькие окошечки «особняка».

Яша явно очень скучал, но не решался сунуться в дом. Он крутил колесо, лазал по клетке, спал в углу, ел и грустно смотрел по сторонам. К счастью, хомяки растут быстро, и в скором времени мамаша стала выходить из домика, а за ней выползали на подстилку и её малыши, пробовали взрослую пищу. Яша отнёсся к своим чадам весьма благосклонно, впрочем, как и вся замечательная семья! А Васька вообще была пофигисткой. Явные материнские переживания у неё наблюдались только недели две, а потом она предоставляла детям всё больше и больше самостоятельности.

Через несколько недель хомячата подросли, распушились и отличались от взрослых в основном своими размерами. Теперь они передвигались по клетке ловко и быстро и уже пытались забираться на второй этаж вслед за родителями.

Валька наблюдала за ними часами, иногда подходила совсем близко к клетке, но никого не трогала.

Однажды утром Борисовна положила корм хомякам, оставила в кухне еду для Вальки и отправилась по делам. Когда она вернулась через несколько часов, то обнаружила, что дверца клетки открыта настежь, а хомяков на месте нет – ни одного! Уходя, она сильно торопилась, поэтому, вероятно, сама забыла закрыть клетку… Валька в это время лениво лежала на диване, сладко нализывая свои пышные бока, и даже не встала встречать хозяйку!

Внутри у Борисовны всё опустилось:

– Валька! Где хомяки?!

Борисовна осмотрелась по сторонам и попыталась заглянуть под диван – никого! А Валька продолжала методично вылизываться.

– Валька! Неужели ты их того? Что же мы скажем Феде?!

Борисовна побежала на кухню – кошачий корм был частично съеден, но не весь. Валька любила делать много подходов – и ела по чуть-чуть.

– Валька! Где хомяки, я тебя спрашиваю?! Ты была за старшую, давай показывай, что тут произошло!

Валька лениво сползла с дивана и отправилась к старой конторке. Опустившись на колени и заглянув туда, куда была направлена кошачья морда, Борисовна обнаружила первых двух мелких беглецов. Далее кошка проследовала в прихожую, где в обувной полке хозяйка нашла ещё двоих детей. Потом они пошли в другую комнату – и клетка пополнилась ещё тремя непоседами. Затем они зашли на кухню и ещё в одну комнату – и, ура, все дети были найдены целыми и невредимыми! Да, но где же родители, где Яша и Василиса?!

– Валька, неужели ты оставила сиротками этих мелких бесхвостых мышек?!

Кошка посмотрела на Борисовну как на дуру и вальяжно развалилась в кресле. Больше никакими силами поднять её с места не удалось! Борисовна ещё некоторое время бегала по квартире, звала, цокала и щёлкала зачем-то языком, ползала на четвереньках, но никакого результата добиться не смогла. Уставшая, она пошла на кухню пить чай, необходимо было немного передохнуть и обдумать сложившуюся ситуацию. Борисовна позвонила подруге и поделилась с ней своим горем, ведь скоро Федя (с мамой) придёт из садика и очень расстроится, если они не найдут Яшу и Васю!

– Ой, что-то я заболталась! Пора кормить малышей!

Борисовна вернулась в гостиную и, к своему удивлению, обнаружила посреди комнаты родителей – Яшку и Василису! Они, видимо, прятались и отдыхали от своего шустрого выводка, но тем не менее вышли к вечернему кормлению, так как голод, как известно, не тётка… А в это время совершенно довольная собой Валька сидела в кресле и смотрела на них влюблёнными глазами.

– Ай да Валька, ай да молодец! И что бы я без тебя делала?!

Борисовна запихнула хомяков в клетку, подхватила кошку под мышки и закружилась с ней по комнате в танце, радостно напевая старую песенку:

Давайте, Люся, потанцуем,

Поговорим о чём-нибудь,

Как часто, Люся, в жизни мы рискуем,

Так отчего ж ещё раз не рискнуть.

Давайте, Люся, потанцуем,

Даёт нам жизнь прекрасный шанс.

Давайте, Люся, потанцуем,

Теперь зависит всё от вас[3].

Я это, кстати, наблюдала, и не один раз: Валька ничего не имела против таких фокусов – она вообще любила, чтобы её тискали!

Надежда Клинк

Интервью

Проветриваю комнату перед сном. Вдруг