Проводник - Александр Викторович Гангал

прошло без серьезных инцидентов, все закончилось благополучно, хоть и доставило дежурной бригаде хлопот. Дворник сдержал свое слово, данное Сергею, не рассказал никому кто являлся генератором идеи.

Утро следующего дня наступило как обычно. Сергей проснулся, помылся, сходил на завтрак, продолжил свои поиски, только в этот раз делал это скрытно, помня вчерашнюю свою ошибку. На прогулке к нему несколько раз подходил дворник, загадочно подмигивал, намекая на продолжение поиска, на что Сергей категорично морозился и на контакт не шел, после нескольких неудачных попыток старик потерял к нему интерес, обиженно волоча за собой метлу, удалился в свою берлогу в пристройке.

Примерно в десять в палату, где лежал на койке Сергей и читал засаленный журнал, зашел санитар, сказал, чтобы Сергей отправился в кабинет зав отделения для сеанса.

Беседа протекала вяло, на этот раз Василий Иванович почти ничего не спрашивал, сидел, что-то писал, смотрел на Сергея через очки, что-то уточнял у него из истории, рассказанной ранее, и опять записывал. Сергей скучал, очень сильно хотелось курить, он уже свыкся с мыслю, что он псих и от этого на душе стало как-то смирно и спокойно. Зав отделения закончил писать, отложил ручку, посмотрел в солнечное майское окно, стекло было грязное, замусоленное зимой.

– Как тебе здесь? Никто не обижает? – Неожиданно спросил он, потом добавил. – А как кормят нормально, не голодный? – Сергей растерялся от такого вопроса.

– Да нет, все нормально, только курева нет, а так все класс! – Честно ответил он.

– Ну насчет курева не переживай, в среду к нам с благотворительного фонда при местной епархии придут, принесут сладости, курево, носки, зубную пасту там. – Василий Иванович замолчал, потом добавил.

– Знаешь, Сереж, я тебе тут курс лечения назначил, поначалу придётся потерпеть, лекарства непростые, потом полегче будет, – он положил руку на свою писанину. Сергей в ответ тупо смотрел на его грязноватый на рукавах белый халат, автоматически кивнул, соглашаясь, мол потерплю, если так надо, а потом совершенно неожиданно для себя, вслух выдал.

– А можно мнет в туалет? – Василий Иванович растерялся неожиданной просьбе, махнул рукой. Сергей встал, направился на выход.

– Ты куда? – Спросил психиатр.

– В туалет… – Ответил Сергей.

– А, понял! – Сказал Василий Иванович. – Не, не туда, у меня в кабинете есть…, там за ширмой, в смотровой. – Он указал на голубую занавеску, перегораживающую полкабинета, одна сторона которой была открыта, обнажая в глубине кушетку и еще один белый столик со стулом, видать для медсестры.

– Там дверь…, выключатель справа, и осторожней…, чтобы ни одной капли мимо! – Строго предупредил он. Сергей послушался и направился в туалет.

Что его удивило, так это то, что дверь с обратной стороны не имела внутренней защелки, еще стульчак был опущен, видать до него здесь была женщина, в уборной была идеальная чистота, пахло душистым мылом. Сергей нагнулся, поднял стульчак, приноровился, с облегчением сделал то, ради чего он пришёл, когда закончил, потянулся к бачку, чтобы слить воду за собой, совершенно неожиданно краем глаза под потолком заметил лёгкое мерцание, до боли знакомое, сначала Сергей не поверил, мотнул головой, присмотрелся, нет, эффект не исчез, портал точно находится тут, под потолком. Сергей, помня об обещанных ему лекарствах, не раздумывая, стал на унитаз пытаясь дотянуться до портала, ему почти удалось достать рукой, но он неуклюже поскользнулся и с грохотом упал на пол, больно ударившись левым боком. На шум в туалет тут же вбежал Василий Иванович, а через некоторое время и санитар.

– Что случилось? – Озабоченно спросил зав отделением, он посмотрел на лежащего Сергея, потом на потолок у стены, вверху была сломан гипсокартонный квадрат армстронга (Подвесной потолок типа Армстронг открытого кассетного типа со встроенными светильниками.), обломки которого валялись за унитазом, в унитазе в желтой жидкости плавал тапок Сергея. Сергей лежал, лихорадочно соображал, как ему правдоподобней объяснить произошедшее.

– Мне показалось, что проводка искрит. – Начал он. – Я полез, чтобы посмотреть, но поскользнулся и упал, гляньте, там все в порядке или еще искрит? – Он сделал озадаченное лицо, поднимаясь. Василий Иванович месте с санитаром посмотрели в открывшееся темное пространство, прямо на овальные границы искрящегося портала, но его они явно не замечали.

– Странно, вроде все нормально, да и запаха проводки нет. – Сказал зав отделения, пожал плечами. – Ладно потом завхоза сюда зашлю, мало ли что. –Добавил он растерянно, все же с недоверием зыркнул на Сергея, тот в ответ прикинулся шлангом, растерянно посмотрел вверх на портал, потом пожал плечами как бы извиняясь, собрался полезть в унитаз за тапком.

– Оставь его. – Скомандовал Василий Иванович. – Санитарка этим займется, я как погляжу с обувью тебе не везет, пошли, закончим с приемом, – предложил он.

Дальше он рассказал, как собирается привести Сергея в норму, сказал, что будет все хорошо (теперь и Сергей это знал), что с полицией он все уладил и у них к Сергею нет ни каких претензий. «Еще бы, я же сумасшедший», – думал Сергей. После непродолжительных разговоров его отпустили, зав отделения пообещал, что лечение начнется завтра, а пока Сергей направился в палату обдумывать план побега.

Весь день он провалялся на койке, обдумывая как ему добраться до портала, была одна загвоздка, кабинет зав отделения находился на третьем этаже трехэтажного здания, выше кабинета был только чердак, а вот как туда добраться было загадкой, ключ был только у завхоза, и как Сергей думал, логичней всего у ночного дежурного, мало ли что ночью может случиться. Сергей лежал и лихорадочно думал, как заставить дежурного открыть дверь, он понимал, что сделать это нужно сегодня, иначе завтра лекарства превратят его в овощ. Так он лежал и прорабатывал разные варианты, но ничего дельного в голову не приходило, но тут, как гром среди ясного неба, возникло одно странное воспоминание, оттуда с военного мира, он вспомнил атаку во вражеские окопы, вспомнил, что он делал после боя. Это было странно, будто бы не с ним происходило, но все же, если подтвердится то, что он вспомнил, проход на чердак ему гарантирован.

Ночью после отбоя, когда все утихомирились, Сергей, встал с постели, стараясь не шуметь, добрался до двери, дверь в палату была закрытой, обычно ее запирали снаружи, чтобы контингент с бессонницей или еще с чем-то не шатался по отделению, хотя такое редко случалось, больных строго сортировали, способных на буйные поступки содержали в отдельном крыле здания.

Сергей тихонько постучал, прислушался, в коридоре было тихо. Ночью, если тебе приспичит или понос, или еще чего-нибудь неприятное, то можно было постучать в дверь, чтобы пустили в туалет или помогли с