Убийство в городе без имени - Кэйго Хигасино

в общих чертах. Да, как его… продвигать новый товар – действительно тяжелое дело. По крайней мере, на все нужны деньги.

– Само собой. Конечно, деньги нужны, но…

– Это всем и так понятно, без объяснений. Деньги-то нужны… Но есть кое-что поважнее денег. Вот от чего голова болит, когда занимаешься бизнесом. – Такэси резко повернулся к Маё. – Как ты думаешь, что важнее денег, если пытаешься продвигать новый товар?

– Ты меня спрашиваешь?

– Подумай, что я имею в виду.

– Что это может быть? Не знаю. – Маё покачала головой.

– А если подумать немного?

Было совершенно непонятно, зачем дядя начал этот разговор и куда это все приведет.

– Харагути, объясни ей.

– Реклама, – сказал тот.

– Реклама?

Такэси щелкнул пальцами.

– Да, реклама. Когда хочешь что-то продать, она важнее всего. Тем более когда речь идет о новом товаре. Но, Харагути, противник непрост. Он ни с того ни с сего не бросится к тебе в объятия.

– Я тоже так думал, поэтому и попросил Камио-сэнсэя.

– Ну вот… Только и брат не знал ответа, как поступить. Что ни говори, приходится иметь дело с такими людьми… Короче говоря, с ними трудно общаться, трудно найти подход.

– Ну конечно. То есть сэнсэй с ними еще не говорил?

– На тот момент, похоже, еще нет. Но потом обстоятельства могли измениться. А ты хотел это выяснить, и, наверное, попытался дозвониться брату в воскресенье.

На вопрос Такэси Харагути насупился.

– На самом деле так и было.

– Как я и думал.

– Но и то, что Камио-сэнсэй советовался со мной, какое сакэ купить для встречи выпускников, тоже правда.

– Хорошо, поверю тебе.

– Подождите, – вмешалась Маё в их разговор, – вы о чем говорите? Ничего не могу понять.

– Так о рекламе этого сакэ, – Такэси указал подбородком на стоящую на столе бутылку.

– Вот этого-то я и не понимаю. Что это значит?

– Ну что поделаешь… Брат просил об этом не очень распространяться, – Такэси преувеличенно вздохнул. – Харагути, сможешь объяснить моей племяннице?

Тот начал смущенно:

– Я думал, как назвать этот сорт сакэ, и мне пришло в голову попросить разрешения использовать «Л.В.М.».

Маё не стала скрывать своего удивления.

– Использовать «Л.В.М.»? Каким образом?

– Я придумал назвать его «Рэймондзи Адзума». Президент фирмы-производителя предложил сделать его покороче, просто «Рэймондзи», но такое название не привлечет внимания. А полное имя главного героя создаст особую атмосферу. «Оригинальное специальное сакэ хондзёдзо» – и украсить этикетку полноцветным изображением Адзумы в боевом костюме. Как тебе? Думаешь, это привлечет внимание?

Маё пыталась представить себе этикетку, глядя на бутылку на столе. Японское сакэ и герой популярного фантастической манги – может быть, и неплохая идея…

– По-моему, здорово. Но разве не понадобится разрешение автора?

– В том-то и вопрос. Конечно, разрешение надо получить. И хорошо бы, чтобы Кугимия нарисовал новую картинку.

– Думаешь, не согласится?

– Что сказать… Тут у нас птичка высокого полета. – Харагути со вздохом посмотрел в сторону Такэси.

– Что тебе ответили? – Тот свел брови – Я уже говорил, что противник трудный. Дело пойдет непросто. Что ни говори, приходится иметь дело с заносчивой женщиной.

– С женщиной? Вы о ком?

– Об авторе, разумеется.

– Автор ведь наш Кугимия, – встряла Маё. – Женщина-то кто?

Такэси вздохнул и покачал из стороны в сторону поднятым указательным пальцем.

– Мы сейчас говорим не про Кугимию. Не догадываешься? Медленно соображаешь… Кто из твоих одноклассников сразу приходит на ум при словах «заносчивая женщина»?

– И кто же?

– Коконоэ, – вставил Харагути. – В школе у нее было прозвище Кокорика.

– Кокорика? А, Ририка Коконоэ?

– Ага, – ответил Харагути.

Маё вспомнила прическу с хвостом на затылке и кошачьи глаза. Нагловатая манера выражаться и самоуверенность вполне соответствали прозвищу[11]. Она всегда была лидером.

– Сообразила наконец, умница… – Такэси разочарованно покачал головой.

– Она сейчас в «Хоцу» работает, – Хоригути назвал известную рекламную компанию из Токио, – и отвечает там за проект «Л.В.М.». Наверняка в компании учли, что Коконоэ училась в одном классе с Кугимией. Она изображает из себя его менеджера и требует, чтобы все переговоры по «Л.В.М.» велись только через нее. Знаешь, что Кугимия сейчас здесь?

– Слышала от Момоко. Он обещал участвовать во встрече выпускников.

– Точно. И Коконоэ приехала с ним. Потому поговорить с Кугимией один на один не выйдет. Кугимия во всем ее слушается, и, куда бы он ни шел, Коконоэ всегда рядом. Думаю, он в нее влюблен. Что-то с этим надо делать.

– Вот как повернулось!

– Маё, ты поняла? Из-за всего этого Харагути попросил моего брата быть посредником в переговорах. Верно, Харагути?

– Именно так. С одним Кугимией я, наверное, договорился бы. Но вопрос в менеджере…

– Ты говоришь, что она менеджер, но это ошибка. По словам брата, Коконоэ еще и художница. Она гордится тем, что создает произведение вместе с автором. Поэтому точнее сказать, что она считает себя художницей.

– Ну, может быть, и так. Потому-то вы и сказали, что Коконоэ – художница… Мне это показалось странным.

– Извини, что сразу не объяснил.

– Ничего, – ответил Харагути и по очереди посмотрел на Такэси и Маё. – У меня к вам просьба. Пожалуйста, пока никому не говорите об этом.

– Почему? – спросила Маё. – Это что, секретная стратегия продаж?

Харагути горько усмехнулся:

– К сожалению, причина совсем не такая красивая. Просто не хочу, чтобы думали, что я сбежал.

– Сбежал?

– Ты же знаешь про «Дом Л.В.М.»?

– Если ты о том, что проект отменили, – знаю.

– Именно об этом. Когда появился этот проект, весь городок здорово воодушевился. Это должно было стать замечательным городским предприятием. Все вертелось вокруг «Л.В.М.», люди стремились принять какое-то участие в расчете заработать. А из-за «короны» проект закрыли, и все развалилось. Но было немало и тех, кто не захотел с этим мириться. Поэтому активисты стали встречаться и обсуждать, нельзя ли сделать что-то своими силами. В центре всего оказались мы, одноклассники Кугимии, но особенно выделялся Касиваги. Он сейчас вице-президент строительной фирмы «Касиваги кэнсэцу».

– Ты смотри!

Маё, правда, не очень удивилась, этого вполне можно было ожидать. Отец ее одноклассника Кодая Касиваги был президентом этой влиятельной местной компании.

– Так или иначе, подрядчиком на строительство «Дома Л.В.М.» была «Касиваги кэнсэцу», поэтому он здорово расстроился. К тому же, помнишь, он всегда любил разыгрывать босса с широкой душой. Мол, ради родного города сниму с себя последнюю рубашку…

– Да, но ведь, раз это дело касается «Л.В.М.», надо договариваться с Кокорикой?

– То-то и оно! Поэтому и Касиваги говорит, что хотя дело хлопотное, имеет смысл им заняться. Но я не могу себе позволить вовлечься в такое затяжное мероприятие. Если не определиться со стратегией продаж нового продукта