Вольф Мессинг. Видевший сквозь время - Эдуард Володарский

Крупье одну за другой метал из колоды карты, на мгновение задерживался, бросая взгляд на игрока, сидящего за столом.

– Откройте еще две карты, – попросил игрок. Крупье открывал одну за другой карты, коротко сообщал:

– Вы проиграли… Будете играть еще?

– Нет, благодарю… – Игрок шагнул в сторону, и перед крупье выросли Канарис и Мессинг.

– Новую колоду, – велел Канарис.

Крупье вскрыл новую колоду, не спеша стал тасовать карты. Взглянул на Канариса:

– Можно начинать?

– Да, пожалуйста…

– Кто играет? – спросил крупье. – Вы или этот господин?

– Я играю, – ответил Мессинг

Ловко тасуя карты, крупье посмотрел на Мессинга. И тот ответил ему долгим черным взглядом. Крупье поспешно отвел глаза, но через секунду, помимо своей воли, снова поглядел в глаза Вольфу. Движения его рук замедлились.

– Какова будет ставка? – спросил крупье.

– Тысяча франков. Я буду играть на джек-пот.

– Неразумно, – усмехнулся крупье. – Джек-пот бывает…

– Я знаю. Но сегодня у вас джек-пот еще не выходил, не так ли?

– Откуда вы знаете? – удивился крупье. – Вы же только что подошли.

– Мне так кажется, – ответил Мессинг. – Давай на джек-пот… Все остальные комбинации ваши. Дайте мне карту.

Крупье молча положил перед ним карту рубашкой вверх. Мессинг посмотрел, положил ее на стол, вновь посмотрел в глаза крупье:

– Дайте еще одну, пожалуйста…

Крупье замедлил движения рук и вовсе остановился. Пальцы сжимали колоду, а он смотрел в глаза Мессингу. Потом снова стал медленно тасовать карты. Остановился. Осторожно снял верхнюю карту, положил на стол. Мессинг взял ее и перевернул. Джек-пот!

Тихо ахнули стоявшие вокруг игроки. Раздались возбужденные голоса:

– Сегодня первый раз! При такой ставке – выигрыш сто тысяч франков! Колоссально!

– Говорят, он новичок? Зашел от скуки? Вот вам и от скуки – сто тысяч франков!

Крупье вытер пот со лба, достал из ящика чековую книжку, быстро написал на ней несколько цифр, расписался, затем стал суетливо убирать в ящик фишки, деньги и разбросанные по столу колоды карт.

– Прошу прощения, господа, игра на полчаса прекращается, – крупье посмотрел на Мессинга. – Пойдемте со мной, пожалуйста.

Втроем они пересекли зал и подошли к окну кассы. Внутри сидел здоровенный черноусый мужчина в белой, обтягивающей мускулистую фигуру рубашке. Крупье протянул в окно чек и проговорил:

– Сто тысяч франков. У меня такой наличности нет. Выплати, пожалуйста.

Кассир посмотрел на чек, кивнул и, открыв дверцу сейфа, стоявшего сбоку, стал доставать оттуда пачки банкнот и выкладывать их на стол. Крупье ушел, а Мессинг и Канарис терпеливо ждали. Глаза Канариса едва не вылезали из орбит, губы вздрагивали, на лице выступила испарина.

Крупье сложил пачки в кожаный коричневый портфель и подал его в окно со словами:

– Портфель потом отдайте палубному стюарду.

– Непременно, – улыбнулся Мессинг, забирая портфель.

И в это время к кассе подошел хозяин казино в сопровождении плечистого и тоже черноусого мужчины в черном костюме.

– Вас можно снова поздравить, мсье? – Он смотрел на Канариса. – И какова же сумма выигрыша?

– Сто тысяч франков, – ответил за Канариса кассир.

Лицо хозяина перекосила мгновенная гримаса злобы, но в следующую секунду он уже улыбался.

– Выиграл мой друг, – тоже улыбаясь, ответил Канарис. – Он играл в первый раз, а новичкам, как вы знаете, фантастически везет.

– Мсье Мессинг? – Хозяин повернулся к Вольфу, и вновь гримаса злобы исказила его лицо. – Людям вашей профессии мы запрещаем играть в казино.

– Какой профессии? – удивленно спросил Мессинг.

– Ну, то, чем вы занимаетесь… внушение мыслей на расстоянии, чтение чужих мыслей… Вы не имели права играть, поэтому нам придется аннулировать ваш выигрыш.

Да кто же вам сказал, что я читаю чужие мысли? – вновь удивился Мессинг. – Я просто фокусник. Как говорят, вся моя тайна заключается в ловкости рук и внимательности. Никакого чтения чужих мыслей, поверьте…Як картам даже не прикасался, банк держал крупье…

– И тем не менее, мсье Мессинг, я должен аннулировать ваш выигрыш, – повторил хозяин, и плечистый мужчина в темном костюме придвинулся к Мессингу и даже протянул руку, чтобы забрать портфель.

– Если вы аннулируете этот выигрыш, вы можете аннулировать и дальнейшую судьбу вашего казино, – нахмурившись, проговорил Мессинг и жестом отвел руку черноусого от портфеля. – Меня знают по всей Европе… и в Аргентине, в Буэнос-Айресе, меня тоже знают. Я буду гастролировать по приглашению мэра Буэнос-Айреса. И у меня в кармане приглашение от мэра Рио-де-Жанейро. Я сделаю заявление для прессы о вашем поступке – хозяин казино силой отобрал выигрыш у игрока-пассажира! Это неслыханно! Я пожалуюсь на вас мэру Буэнос-Айреса и мэру Рио-де-Жанейро. Не думаю, мсье, что после этого дела у вашего казино пойдут хорошо.

Лицо хозяина снова исказилось, словно от мучительной зубной боли. Он сделал знак черноусому, и тот отошел от Мессинга.

– Хорошо… – процедил хозяин. – Но я настоятельно прошу вас больше не появляться в казино.

– Будьте спокойны – не появлюсь, – ответил Мессинг. – тем более что до прибытия остались всего сутки.

Он повернулся и направился к выхода из зала. Канарис весело подмигнул хозяину казино и поспешил за Мессингом.

В узком коридоре у каюты Канариса они остановились. Мессинг молча вручил ему портфель и сказал:

– Держите. Надеюсь, это поможет вам выкарабкаться. И запомните: я помог вам первый и последний раз. Желаю здравствовать.

– Подождите, Мессинг. – Канарис крепко ухватился за ручку портфеля. – Я хотел бы поделиться с вами выигрышем. Возьмите свою долю – сорок тысяч франков, больше я дать не могу. Возьмете?

– Мою долю? – усмехнулся Мессинг. – Нет, не возьму. Я сыграл для вас. Для себя я не стал бы играть. Прощайте, мсье Канарис… – Мессинг пошел по коридору, но вдруг остановился. – Будьте осторожны. Мне кажется, хозяин казино задумал что-то нехорошее против вас.

– Не беспокойтесь, мсье Мессинг, – усмехнулся Канарис, открывая дверь своей каюты. – За такие деньги я смогу постоять… Хотя, простите, а не могли бы вы еще раз выручить меня?

– Каким образом? – пожал плечами Мессинг.

– Можно, я побуду до прибытия в порт в вашей каюте? Если я буду здесь, хозяин казино со своими молодчиками действительно может напасть на меня и отнять деньги. А то, чего доброго, меня выкинут за борт… Моя просьба не очень вас затруднит?

– Что ж, пойдемте, – вздохнул Мессинг и пробурчал вполголоса: – Навязались вы на мою голову..

В большой просторной каюте Вольфа расположились Цельмейстер, Канарис и сам Мессинг. Хрипело и плевалось словами радио. Цельмейстер налил себе виски из бутылки, стоящей на небольшом столике, добавил лед из вазочки и закурил папиросу. Канарис маленькими глотками потягивал виски, потом отставил бокал и, вытащив из хрустальной вазы с фруктами яблоко, с хрустом откусил от него.

– Нет, я отказываюсь что-либо понимать в этой вонючей жизни. – Цельмейстер огорченно взмахнул рукой и отхлебнул виски. – Простите, Вольф, я тоже очень нуждаюсь в деньгах, и у меня много долгов. И у меня семья – жена и четверо детей, черт бы вас побрал! Почему вы для меня не сыграли в казино?

– Я же не знал, что у вас много долгов, – усмехнулся Мессинг.

– Нет, я понимаю, конечно, что гений сродни сумасшедшему, но не до такой же степени, дорогой мой! Выиграть кошмарную сумму денег и отдать ее первому встречному!

– Мы с господином Мессингом старые приятели, – сказал Канарис.

– А я, выходит, совсем новый приятель? – вытаращил глаза Цельмейстер. – Мне денег не нужно? Вы хоть бы поделились выигрышем, старый приятель! Захапали все денежки да еще у нас прячетесь!

– Не завидуйте, – ответил Канарис и отпил глоток виски. – Зависть – нехорошее чувство… Я предлагал господину Мессингу сорок тысяч, но он отказался.

– Что-о?! – завопил Цельмейстер. – Сорок тысяч? Отказался?! Да он в самом деле сумасшедший! – Цельмейстер залпом допил виски и тут же налил себе еще, бросив в стакан несколько кусочков льда. – Слышите, как вас там… Канарис? Давайте сюда сорок тысяч.

– Не дам. Вы-то здесь при чем? – набычился Канарис.

– Я – финансовый директор этого человека. – Цельмейстер ткнул пальцем в сторону Мессинга. – Вы хоть знаете, что он находится на стадии полного банкротства?

– Перестаньте, Питер, – улыбнулся Мессинг. – Мы скоро разбогатеем…

– Вы? Разбогатеете? Никогда! – категорически отрезал Цельмейстер, глотнул виски, поморщился. – Мой драгоценный Вольф, первое ваше выступление – в оперном театре. Это главный очаг культуры в столице Аргентины. И от этого выступления будет зависеть успех всего турне. Иначе вы останетесь нищим до конца дней своих! Я не ясновидящий, но в этом почему-то уверен!