Приключения Василия Ромашкина, бортстрелка и некроманта - Владимир Стрельников

– Да уж, Вась, – сочувственно покачал головой Витька. Но увидел мой кулак и промолчал.

Семнадцатым номером была уйгурка. Тоже молодая, коротко стриженная блондинка. Кстати, вдвое дороже стоила, чем китаянка.

Если честно, то я не понимаю девушек, которые идут в бордели. Мир сейчас огромен, можно сказать – пуст. Работай, ищи мужа, рожай детей. Нет, хотят жить попроще, ничего не делая, поскорее разбогатеть. Хотя то, что я не люблю проституток, не мешает мне периодически ими пользоваться. Правда, только в официальных борделях. Пусть здесь дороже, но и рабского труда нет, и не подцепишь ничего.

27 июня 2241 года, воскресенье

Кунград

Василий Ромашкин

После бурного времяпрепровождения с молодыми красивыми девицами особо ничего не хотелось. Просто лежалось на смятой простыне широкой кровати в прохладном полумраке. Справа и слева ко мне прижались основательно раздраконенные мной девчонки. Ли Мэй и Гуля, как они представились на русском со страшным акцентом.

Они обе были куплены, точнее, выкуплены на рабском рынке в Восточном Туркестане. Бывший Синьцзян-Уйгурский край Китайской Народной Республики стал центром, куда стекались караваны работорговцев из азиатских стран. И этим пользовались владельцы борделей, предлагая молодым и красивым девчонкам выкуп из рабства и отработку.

Конечно же девушки могли бы взять кредит для выкупа в каком-либо из банков и отдавать в течение тридцати лет. У нас и китайцев существовали программы для выкупа рабов. Вообще, всех этих караванщиков стоило бы развешать по окрестным деревьям. Но тогда работорговля в этих странах не прекратится, а возможность выкупа людей пропадет. Получается, что взять кредит девушки вроде как могли бы. Но для этого ведь надо знать юридические тонкости, нужна добрая воля продавца. Так что обычно это малоосуществимо. Только когда специально приезжают делегации для пополнения новых городков. Обычно в таких городах перекос с населением, большинство – мужики, девушек и женщин маловато. Тогда да, берут кредит и едут жить и работать на новое место.

Потянувшись, я погладил по гладкой спине китаяночку. Изящная, как фарфоровая статуэтка, сначала страшно тронуть было, боялся, что сломаю. Но потом разошелся, да и девчонка тоже не притворялась, не научилась. Чистенькая, неопытная. Пока еще. Да и уйгурочка примерно такая же. Ну, неопытная, зато фигурка у Гули покруглее, есть за что подержаться. Только угрюмая она, не по душе ей это дело.

Впрочем, трахалась честно, чтобы клиент был доволен. Как сказала Гуля, ей «надо деньгу, чтобы воля получить».

Ли Мэй, встав, прошлепала босыми ногами по простому деревянному полу, потрогала кофейник и, к моему удивлению, просто приложила руки к его бокам. Почти мгновенно из-под крышки вырвалась струйка пара, и девушка разлила горячий кофе по трем чашкам.

– Какая ты молодец! – Я уважительно поцокал языком и хотел встать, но в пояснице что-то щелкнуло, и меня резко переклинило. – Ох ты ж блин! Ну, родимый радик, опять пришел!

В позапрошлом году я, поддавшись подначкам экипажа, попробовал себя в состязаниях – куреше – в Иннополисе, что под старой Казанью. Ну, одного заломал, а потом меня местный батыр поймал на противоходе и здорово приложил об ковер. С тех пор порой спину клинит, ни вздохнуть ни охнуть. Вот и сейчас снова переклинило.

– Болит? – Гуля аккуратно перевернула меня на живот и наложила на поясницу ладони. К моему удивлению, поверх ее ладоней положила свои китаяночка, они о чем-то переговорили, на китайском, наверное, и я почувствовал резкое, жгучее тепло. Аж взвыть захотелось.

– Эй, вы чего?!! – Я как был голышом, так соскочил с кровати и пораженно замер, глядя на перепуганных девушек.

Спина совершенно не болела. От слова «совсем». Не веря себе, осторожно повернулся, потом пару раз наклонился из стороны в сторону, с воплем восторга сцапал девчонок с кровати и закружил по комнате, после чего брякнулся с ними на траходром, благо он был крепкий и испытанный.

– Вы что, целительницы? – чмокая китаянку в ухо, поймал попытавшуюся свалить от выражения моего восторга уйгурку за щиколотку и подтащил ее к себе. – А какого хрена, девушки-красавицы, вы в борделе околачиваетесь?

Девчонки с трудом объяснили, что Ли Мэй пироманка. А вот Гуля может видеть болезни, а лечить наложением рук у нее просто не хватало сил. Но однажды они, уже здесь, совершенно случайно попробовали и сумели вылечить боль в плече девчонки-соседки, выбитом пьяным недовольным клиентом. Короче, хозяйка иногда пользовалась возможностями девушек, чтобы лечить себя или девиц из борделя, и все.

– Девушки, за вас мгновенно выплатит долг любой город Северного Союза, целительниц всегда не хватает. Одевайтесь, пойдем поговорим с вашей хозяйкой. Так, Витька в каком номере, в пятом?

Торопливо натягивая брюки, я прыгал на одной ноге. Блин, расслабился здесь с девчонками, а уже скоро должен быть на борту. Но я просто обязан помочь девушкам. Одевшись, выскочил в коридор и заколотил в дверь пятого номера, вызывая сменщика.

Дверь открыла недовольная полная блондинка слегка за тридцать в почти не запахнутом халате. Ну любит Витек полненьких.

– Так, партнер, собирайся, потопали к хозяйке. Тут девчонки целительницами оказались, надо договориться насчет выкупа их долга. Торопись.

Нет, я совсем не мессия, но в таком случае просто обязан помочь. Чем больше целительниц в городах – тем больше здоровых людей, тем лучше жизнь. Это, кстати, нам со школьной скамьи вдалбливают – помощь государству в этом случае является помощью конкретным людям.

– Это вы про Мэйку и Гульку? – Блондинка запахнула халат, сверкнув обнаженным телом. – Если поможете девочкам, совсем не зря день проведете. Но поосторожнее, ребята. Хозяйка дама упертая и откуда-то все знает.

– Ну, мы же не просто просить будем, позвоним представителю нашей компании, он организует выкуп. Желающих хватит. Пошли, друже, времени мало! – Я поторопил бортстрелка.

– Как раз еще на разок хватило бы, торопыга! – Проходя мимо блондиночки, Витек шлепнул ее по упругой заднице и слегка куснул за плечо. – Спасибо, Мила. Жди, может, еще загляну.

– Ой, да вас тут, летунов, столько заглядывает ежедневно, того и гляди, до простыней сотрете… – чуть пьяненько засмеялась дама, закрывая номер.

К моему удивлению, хозяйка нас ждала.

– Девушек я не отпущу! – не успели мы зайти, сразу же заявила она.

– Но, мадам! – попробовал возмутиться я и замер.

Витька тоже не шевелился. Вообще, шевелиться, когда два башибузука направляют на вас обрезы вертикалок, – себе дороже.

– Я сказала – никого не отпущу! Это мой бордель, девушки полностью отработают восемь лет. – Хозяйка встала.

– Мадам, угрожать убийством гражданам Северного Союза – не лучший выход. Не забывайте, что Кунград находится под протекторатом Союза, – отводя руки подальше от пояса с револьвером, заметил Витька.

А я пытался понять, откуда мадам так быстро все узнала и успела даже вызвать башибузуков. Кстати, эти черти явно не блистали интеллектом. Здоровые и молчаливые мужики. Похоже, или каракалпаки, или казахи. Такие на самом деле грохнут и в солончаковое болото кинут.

Опаньки, да тут свой Каспер есть, да нет, целых два! Вот откуда хозяйка все узнала. Кстати, мне не нравится, что нас не отпускают. Мадам что-то нехорошее задумала… Потому вытащу-ка я этих неупокоев сюда, в комнату.

Сопротивляющиеся призраки через тридцать секунд оказались в кабинете мадам, но не произвели никакого эффекта, только охранники бросили пару косых взглядов. А мадам даже ухом не повела.

– Я вас не вызывала. Исчезните! – скомандовала она. – Ну же!

А вот это уже фигово. Мадам не хочет, чтобы призраки видели, что может произойти в этом кабинете. При допросе инквизитора призрак не врет, призраки вообще не лгут. Мертвые сраму не имут и лгать не умеют.

Мадам явно не могла решиться на действия, а Витька чуть переступил с ноги на ногу. Блин, он стрелять думает, знаю я его изготовку при ганфайтинге. Но даже если мы грохнем башибузуков, ответка нас угробит. Мексиканская ничья, чтоб ее!

По какому-то наитию я задвинул призраков в башибузуков. Просто взял и запихнул, как грязные тряпки в стиральную машинку.

Короткая заминка удивленной таким оборотом дела мадам, поплывшие башибузуки, крик Витька: «Бей!» – его выстрел из служебного нагана, резко хлестнувший по ушам; вылетевший затылок охранника. Мой пистолет в руке, удар ногой, выбивший обрез, удар рукоятью пистолета в лобешник одержимого. Разворот, выстрел в плечо мадам, которая кинулась к столу.