Покори меня (ЛП) - Валентайн Мишель

Я с трудом сглатываю. Это так нехарактерно для меня, но по какой-то причине меня чертовски тянет к Трипу. Знаю, что неправильно хотеть подобного с ним, но мое тело этого не понимает. Оно лишь знает, что чувство потрясающее, и не может насытиться.

Я открываю рот, намереваясь сказать Трипу, чтобы он взял меня, но входная дверь открывается, и я замираю при звуке голоса Джексона.

— Холли? Ты здесь?

Выталкиваю руки Трипа из-под своей рубашки, в то время как Джексон входит в дом и замечает нас.

— Джексон? Что ты здесь делаешь?

Джексон прищуривается

— Пришел извиниться за то, что вел себя как придурок, но вижу, что вы оба очень заняты.

Я вскакиваю с колен Трипа, когда Джексон поворачивается и выходит за дверь.

— Джексон, подожди! Это не…

Трип хватает меня за запястье.

— Не оскорбляй его, говоря, что это не то, чем кажется.

Я хмурюсь.

— Разве ты не видишь, что ему больно? Я должна найти его.

— Отпусти его, он переживет. Если будешь преследовать его, то покажешь, что готова умолять принять тебя обратно. Ты действительно хочешь, чтобы он снова взял верх в ваших отношениях?

Это мой привычный порыв — догнать Джексона и извиняться перед ним. Я делала это снова и снова в течение последнего года. Каждый раз, когда мы ссорились, он переворачивал ситуацию, и я всегда оказывалась виновата — точно так же, как в этой ситуации.

Как будто Трип может читать мои мысли, он говорит:

— Ты не должна бегать за ним. Он тебе изменил, помнишь? Теперь вы не вместе, мы не делали ничего плохого.

Я позволяю ему усадить меня обратно на диван и обнять за плечи одной рукой.

— Ненавижу играть в игры.

Парень вздыхает и целует меня в макушку.

— Ты слишком мила для своего же блага.

Возможно, папа был прав. Мы только начали эту маленькую игру, а она уже становится опасной.

ГЛАВА 8

СБИТЬ С НОГ ТЯЖЕЛОВЕСА

ХОЛЛИ

Мы с Трипом сидим за стойкой и вместе просматриваем финансовые документы. На протяжении последней недели мы каждый день обсуждали разные аспекты этого трека. Вчера я наконец-то второй раз вытащила Трипа на трассу. Он прекрасно умеет управляться с байком. Я впечатлена его мастерством, учитывая, что, по его же словам, он не ездил на байке уже несколько лет. Это напомнило мне о настоящей причине, по которой Трип здесь, и помогло пережить безумный момент, который мы разделили на диване.

Джексон не появлялся на трассе со времен драки на прошлой неделе. Может, это и к лучшему. Приятно сознавать, что все наконец закончилось, и он не считает меня достойной борьбы. По крайней мере, теперь я знаю, как он ко мне относится.

— Кажется, я смог расшифровать каракули Билла. Мне понадобилась всего неделя, чтобы понять его почерк. — Трип поднимает взгляд от папки с офисными расходами, которую просматривает, и спрашивает: — А где Билл? Он уже давно моет байк на улице. Хочешь, я пойду проверю его?

Я встаю и протягиваю руки.

— Все в порядке. Я сама пойду проверю. Мне все равно нужен перерыв.

Парень кивает, а затем возвращается обратно к бумагам. Я бросаю взгляд на часы. Байки, должно быть, были очень грязными — папа находится там почти четыре часа.

Дверь гаража распахнута настежь, и я слышу, как вода шлепает по бетону. Вхожу внутрь и резко останавливаюсь, когда мой взгляд фокусируется на источнике звука. Внутри Джексон моет байки. Я оглядываюсь в поисках папы, но его нигде не видно.

Джексон замечает меня и выключает воду, прежде чем бросить шланг на землю. Вытирает руки о штаны, направляясь ко мне.

— Привет, Холл. Как дела?

Я переплетаю пальцы. Это встреча, к которой я не готова.

— Я в порядке. Что ты здесь делаешь?

Парень засовывает руки глубоко в карманы.

— Хотел поговорить с тобой, но столкнулся с твоим отцом. Он не очень хорошо выглядел, поэтому я отправил его отдыхать, а сам решил закончить здесь.

— Спасибо. Это мило с твоей стороны. Он уже давно в таком состоянии, но отказывается идти к врачу, — признаюсь я.

— Если это из-за денег… Я могу помочь со счетами, если ему нужно провериться. Я не против.

Отрицательно качаю головой.

— Я ничего не могу взять у тебя, Джексон.

Парень проводит рукой по бритой голове.

— Макс сказал мне, почему этот Трип здесь.

Я складываю руки на груди.

— Макс не имел права, это не его дело.

— Не сердись на него. Он просто пытался помочь. Макс знает, что у меня есть связи в этом бизнесе. Почему ты не обратилась ко мне из-за финансовых проблем трека?

Пожимаю плечами.

— К тому времени, как я узнала, насколько плохи дела на самом деле, банк начал процесс выкупа. В тот момент ты бы уже ничего не смог сделать. Именно поэтому я бросила колледж. Папе нужна моя помощь, пока не появится инвестор.

Джексон хмурится.

— Жаль, что я не знал, что бизнес твоего отца в таком плачевном состоянии. Он ни словом об этом не обмолвился.

— Он слишком горд. Ему было трудно сказать даже мне. Весь год в колледже я не имела ни малейшего понятия, что происходит. Папа молчал, пока я не вернулась домой этим летом. Мне пришлось загнать его в угол и заставить объяснить, почему он выглядит как груда костей и всегда так напряжен. Он разбил мне сердце, признавшись.

— Куда делись все деньги с мероприятий прошлого лета? Он сказал тебе?

Мое тело напрягается, и я киваю.

— Он все отдал ей.

Джексона сжимает губы.

— Ты имеешь в виду Грейс?

В моей голове всплывают видения последнего раза, когда я видела донора яйцеклетки. Она приехала сюда с каким-то тощим, похожим на сумасшедшего бродягу парнем в потрепанном пикапе. Ее светлые волосы были собраны в грязный пучок, как будто они не видели воды или мыла в течение нескольких недель. Вся ее кожа была в красных пятнах. Предельно ясно, что она предпочла пристрастие к наркотикам всему остальному в своей жизни, включая еду. Грейс была такой тощей, что сильный ветер мог сбить ее с ног. Ничто другое не имело для нее значения — даже я — кроме как найти способ получить следующую дозу.

— Ага. Папа был легкой добычей с тех пор, как я уехала. Он твердо решил, что моя мать все еще где-то там, внутри.

— Господи, — бормочет он.

Джексон и Макс — единственные друзья, кто все знает о моей матери и о том, что мой отец провел большую часть моей жизни, пытаясь спасти ее от самой себя. Я знаю, что Трип в тех папках в офисе ищет ответ на то, почему этот трек идет ко дну, но он не найдет его там. В этих документах нет места фразе: «Отдал все деньги жене-наркоманке и разрушил жизнь всем остальным».

Слезы наполняют мои глаза, я опускаю голову и смахиваю их. Так всегда и бывает, когда я думаю о Грейс. Вот бы был какой-нибудь способ навсегда стереть кого-то из свой памяти и жизни.

Джексон обнимает меня, и я прижимаюсь к нему.

— Пожалуйста, позволь мне помочь тебе. Пойдем сегодня поужинаем. У меня есть план, как спасти трек, о котором я хочу с тобой поговорить.

Я шмыгаю носом.

— Ладно. Только как друзья.

— Конечно, — отвечает он.

Я тру глаза.

— Не знаю, почему я плачу.

Джексон не произносит ни слова, только крепче прижимает меня к себе и позволяет моим эмоциям выплеснуться наружу.

ТРИП

Холли уже давно нет. Интересно, Билл в порядке? За последнюю неделю я довольно хорошо изучил здешнюю рутину, и не в характере Билла так долго ничего не делать. Он очень трудолюбивый человек, но быстро устает. Не могу сосчитать, сколько раз Холли умоляла отца сходить к врачу, и я даже поймал себя на мысли, что принимаю ее сторону.

Время, проведенное с Биллом и Холли, напоминает мне о том, как приятно вести обычную семейную жизнь, но также вызывает беспокойство о благополучии других. В дороге просто заботиться о себе и других парнях в группе. Это кажется несколько сюрреалистичным, что легко притворяться, будто проблем других не существует — беспокоиться только тогда, когда это напрямую касается меня.