Андрей Громыко. Ошибка мистера Нет - Нелли Борисовна Гореславская

муллой в Исфахане и каждую пятницу проповедовал мусульманам в мечети, что «религиозный долг всех правоверных – объявить джихад англичанам и русским, оскорбляющим своим присутствием священную землю ислама». Майера арестовали за пару месяцев до встречи, и на допросе он рассказал о планах проникновения в посольство по водостоку. После этого систему водоснабжения взяли под контроль британцы. Тогда абвер решил заложить взрывчатку под здание советского посольства. Проникнуть в подземные помещения можно было при помощи отца Михаила, священника единственной православной церкви в Тегеране. По словам иранского историка профессора Мухаммада Ахмади, немецкие разведчики предложили священнослужителю за сотрудничество огромную по тем временам сумму – 50 тыс. английских фунтов. Несмотря на ненависть к Сталину и Советам, отец Михаил, служивший в церкви еще с царских времен, сразу же раскрыл сотрудникам советского посольства планы нацистов.

Но немцы не теряли надежды. Они забросили в Иран два отряда эсэсовских спецназовцев, которые обосновались в окрестностях Тегерана. СС подготовило три засады на пути следования Рузвельта из американского посольства в советское, но эта возможность нападения была исключена, поскольку президент США даже не заезжал к себе, сразу отправившись в гости к Сталину. Что еще готовили коммандос из СС, точно до сих пор не известно, так как все документы по этому делу засекречены. Британская разведка обещает раскрыть их после 2017 года. Как бы там ни было, русские и английские разведчики сумели взять в плен один из фашистских отрядов и с его помощью уничтожили остальных эсэсовских спецназовцев. Тогда, говорят, известный нацистский «супердиверсант» Отто Скорцени предложил руководству рейха арендовать легкий самолет, набить его до отказа взрывчаткой и направить на советское посольство. Доброволец-смертник нашелся быстро, но пока его перебрасывали к месту событий, политики уже разъехались по домам.

Итак, в целях безопасности в иранской столице президент США остановился не в собственном посольстве, а в советском, которое находилось напротив британского. Между посольствами создали брезентовый коридор, чтобы перемещения лидеров не были видны извне. Созданный таким образом дипломатический комплекс окружили тремя кольцами пехоты и танков. На три дня конференции город был полностью блокирован войсками и спецслужбами. В Тегеране приостановили деятельность всех СМИ, отключили телефон, телеграф и радиосвязь. Даже семьи советских дипломатов были временно эвакуированы из зоны предстоящих переговоров.

Основное внимание на Тегеранской конференции было уделено военным вопросам, прежде всего вопросу об открытии второго фронта. Советская делегация указывала, что грубое нарушение Англией и США обязательств об открытии второго фронта не только в 1942-м, но и в 1943 году привело к затяжке войны и нанесло большой ущерб общей борьбе против фашистского блока. Еще до Тегеранской конференции СССР настаивал на установлении твердого срока открытия второго фронта в целях сокращения потерь и ускорения освобождения порабощенных народов от фашистского ига. Но характер постановки вопроса об открытии второго фронта объективно изменился по сравнению с начальным периодом войны. Теперь победа над фашистской Германией уже была предрешена и могла быть достигнута силами одной Красной Армии. В Тегеране советская сторона заявила, что, «как только будет осуществлен десант в Северной Франции, Красная Армия, в свою очередь, перейдет в наступление. Если бы было известно, что операция состоится в мае или в июне, то русские могли бы подготовить не один, а несколько ударов по врагу». Советское правительство желало узнать точную дату начала операции «Оверлорд», как условно именовалась десантная операция на северном побережье Франции.

Черчилль, как и Рузвельт, не желал допустить появления советских войск в Западной Европе. Но он рассчитывал достигнуть этого не посредством высадки в Северной Франции, что привело бы к борьбе на главном стратегическом направлении, где союзников ожидало сильное сопротивление германских войск. Черчилль предполагал закрыть путь советским войскам на Запад посредством высадки на Балканах, где германское сопротивление обещало быть более слабым и где англо-американские войска должны были опередить Красную Армию и создать там прочные позиции для западного империализма. «Всякий раз, – рассказывал впоследствии президент Рузвельт своему сыну Эллиотту, – когда премьер-министр настаивал на вторжении через Балканы, всем присутствовавшим было совершенно ясно, чего он на самом деле хочет. Он прежде всего хочет врезаться клином в Центральную Европу, чтобы не пустить Красную Армию в Австрию, в Румынию и даже, если возможно, в Венгрию». Однако Черчиллю не удалось подменить открытие второго фронта во Франции вторжением на Балканы.

На конференции четко обозначилось стремление Рузвельта и Сталина договориться. Идея глобального регулирования международных отношений равно импонировала лидерам США и СССР. Черчилль в этом отношении был консервативен, не особенно верил в послевоенное сотрудничество с СССР, сомневался в эффективности новой международной организации и видел за этой идеей план оттеснить Великобританию на политическую периферию.

Самым болезненным вопросом был вопрос о Польше. Сталин к этому времени порвал отношения с польским правительством в изгнании. Москва требовала изменений в польском кабинете. Катынский вопрос рассматривался Кремлем как польский шантаж с целью заставить Москву пойти на территориальные уступки. В Тегеране Сталин предложил передвинуть польскую границу на Запад, к Одеру, за счет Германии. Советско-польская граница должна была проходить по линии, установленной в сентябре 1939 года. Понимая, что могущественный союзник будет стоять в этом вопросе насмерть, даже Черчилль согласился с таким требованием, заметив, что земли, получаемые Польшей, гораздо лучше земель, которые она отдает. Сталин также заявил, что СССР рассчитывает получить Кенигсберг и передвинуть границу с Финляндией дальше от Ленинграда.

Таким образом, на конференции четко обозначилось согласие западных союзников пойти навстречу Сталину в территориальном вопросе. Здесь же была сделана заявка на то, что послевоенный мир будет управляться четырьмя державами, действующими под эгидой международной организации. Для СССР это был колоссальный прорыв, США также впервые после неудачной попытки президента Вильсона брали на себя глобальные функции. Великобритании же, роль которой относительно уменьшалась, оставалось довольствоваться тем, что она не выпала из «Большой тройки».

Сталин пообещал вступить в войну против Японии после поражения Германии. В ноябре 1943 года для союзников это было чрезвычайно важно.

Рузвельт предложил обсудить вопрос о расчленении Германии после войны на пять автономных государств; Сталин не согласился и предложил передать рассмотрение вопроса в Европейскую консультативную комиссию. В декларации по Ирану было подчеркнуто желание правительств СССР, США и Великобритании «сохранить полную независимость, суверенитет и территориальную неприкосновенность Ирана». О Польше в предварительном порядке было достигнуто соглашение о том, что ее восточная граница будет проходить по «линии Керзона», а западная – по реке Одер, т. е. в соответствии с секретными соглашениями от 23 августа 1939 года между Молотовым и Риббентропом. До разгрома фашистской Германии еще было далеко, тем не менее, в беседе со Сталиным 29 ноября Рузвельт предложил обсудить послевоенное