Похищенная картина. Убийство у школьной доски. Обожатель мисс Уэст. Рубины приносят несчастье - Эдигей Ежи

Хильда, поднявшись с колен, выпрямилась в полный рост, больно ударившись о потолок. Шляпа надвинулась ей на глаза, но она, в восторге от своего открытия, забыла об этом: потолок над ее головой зашевелился.

— Он слегка приподнялся, когда я ударилась, — радостно воскликнула она. — Здесь, Джордж. Ну-ка, помоги мне.

Вдвоем они с силой нажали на дощатый настил над их головой. Доски слегка приподнялись. Из приоткрывшейся узкой темной щели пахнуло пылью и соломой;

— Полезем? — спросила Хильда. — Нашли нору, найдем и лисицу!

XII. Лисья нора

— Подождите минутку, — возразил юный сыщик. — Мы ведь не знаем, что там.

Хильда задумалась.

— Это южная сторона, значит, мы попадем куда-то в коридор первого этажа или под лестницу. Но там темно. Может, это пространство между этажами? — Она попыталась вскарабкаться наверх. — Хотела бы я знать, как сюда влезть без лестницы!

Джордж прищурился:

— Погодите-ка, у меня есть идея!

Куча строительного мусора была совсем рядом. Он Еялтянул из нее несколько досок, сложил их одна на другую и, подтянувшись на руках, исчез в отверстии. — Это не первый этаж, — объявил он. — Лучше вы взгляните сами.

— Так помогите же мне!

Не без ущерба для платья Хильда вскарабкалась на кучу досок и, кряхтя и пыхтя, пролезла в дыру в потолке. Увиденное поразило ее. Они оказались в небольшом закутке, стены которого были сложены из деревянных ящиков. Ряды их уходили высоко вверх, потолка не было видно. Джордж Свертаут зажег керосиновую лампу, которая висела на гвозде, вбитом в один из ящиков. Старый холщовый шезлонг стоял на полу, усыпанном соломой, рядом с шезлонгом — два ящика, из которых тоже торчала солома.

— Но это же совсем не наша школа! — воскликнула Хильда.

— А я что говорю? Видимо, подвал школы заходит под склад. Вы ведь сами говорили, что следующее за школой здание — склад. Только не сказали, что это склад конфискованных спиртных напитков. — И он указал на этикетки, наклеенные на ящиках, — «Дьюаре Дью оф Киркинтиллоч» — выдержанное шотландское виски.

Все еще тяжело дыша, мисс Уайтерс присела на ящик.

— Теперь я понимаю, почему ваш Толливер говорил, что предпочел бы охранять соседнее здание. Но что, черт возьми, делал здесь истопник?

— Что делал? Устроил здесь тихий уголок, где можно отдохнуть и расслабиться, — объяснил Свертаут. — Думаю, работа заняла у него несколько месяцев. Сначала натаскал досок, потом проделал дыру в фундаменте и устроил небольшую нишу в стене, которая заходила под склад. Вот почему стена почти новая — он сложил ее сам. Не забывайте — у него была уйма свободного времени. Чтобы замаскировать свою нишу, он навалил здесь кучу мусора. Ему повезло — он попал в дальний угол склада, далеко от коридора, по которому ходит охрана. А потом оставалось стаскивать вниз ящик за ящиком, пока не очистилось достаточно места для берлоги. Доски от ящиков он наверняка сжигал в печи.

— Неплохо он здесь устроился, — заметила Хильда.

Боясь, как бы их не обнаружили, она говорила шепотом. На ящике, стоявшем возле шезлонга, рядом с банкой, набитой табаком, лежали три трубки, сделанные из початков кукурузы, и коробка кухонных спичек, а также железная кружка и штопор.

Порывшись в одном из ящиков, Свертаут вытащил облепленную соломой бутылку.

— Непонятно, — рассуждала вслух Хильда, — куда Андерсон подевал бутылки из тех ящиков, которые ему пришлось отсюда вытащить? Не сомневаюсь, что он бы их выпил, но ведь чтобы освободить такое пространство, ему пришлось вытащить сотни ящиков.

— Наверное, продавал, — решил Джордж, — а может, выливал в печь, но для этого нужно быть круглым идиотом.

— Я готова изменить свое мнение об Андерсоне, — прошептала Хильда. — Он наверняка невиновен. Не мог же он, в самом деле, метнуть в меня топор — ведь он сидит за решеткой!

— Тихо! — Свертаут приложил палец к губам. Откуда-то из глубины склада донесся едва различимый голос. — Охранник совершает обход.

Голос постепенно приближался. Охранник пел песню о погибшем в пьяной драке молодом ковбое. Хриплое завывание слышалось уже в нескольких шагах от них, потом постепенно отдалилось. Раздался скрип металлической двери, и снова стало тихо.

— Давайте уйдем отсюда, — попросила Хильда. — Я не выношу этого запаха.

Спуститься вниз оказалось еще труднее, чем взобраться сюда. Хильда полезла в люк; юный сыщик, прежде чем задуть лампу, окинул жадным взглядом бутылки, выглядывавшие из соломы. Бормоча: «Прочь, Бахус, прочь!» — леди исчезла в дыре. Свертаут последовал за ней. Он был не прочь прихватить с собой бутылку-другую виски, но прекрасно представлял себе реакцию мисс Уайтерс.

За несколько минут они привели все в прежний вид и поднялись наверх. Солнышко Вилли с кислой физиономией стоял на часах у двери. В руках он держал газету.

Свертаут ушел звонить в управление.

— Не хотите ли почитать? — Вилли протянул газету Хильде. — Суперновость, советую почитать.

Хильда взяла газету. Огромные черные буквы шли через всю полосу: «Преступник, подозреваемый в убийстве, бежал!»

— Что это? — Она уселась на ступеньку и на одном дыхании прочла: «Сегодня в одиннадцать утра Олаф Андерсон, арестованный по подозрению в убийстве Энис Хэллорен, симпатичной молодой учительницы, совершил побег из гостиничного номера известного венского криминалиста, профессора Августина Пфаффля. Андерсон был доставлен к профессору по указанию руководства полиции для проведения психоаналитического исследования. Оставшись наедине с профессором, Андерсон оглушил ударом по голове известного ученого и сбежал через окно, спустившись по орнаментальному фасаду отеля «Парк-Вью». Преступник пока не найден, но все выезды из города блокированы. Полиция утверждает, что арест неизбежен». Идиоты! Надо же додуматься подвергнуть Андерсона психоанализу! Было бы что анализировать! Да этот венский криминалист такой же идиот, как и Андерсон.

Подошел Свертаут. Она протянула ему газету, но тот даже не взглянул на нее.

— Как вы думаете, что натворили эти болваны из главного управления?

— К черту главное управление! — перебила его Хильда.

— Нет, вы только послушайте. Мы были уверены, что истопник невиновен, раз он не мог оказаться в подвале. А теперь тысяча против одного, что это был именно он!

— Нисколько не сомневаюсь, — уверенно заявила мисс Уайтерс. — Выходит, я в нем ошибалась. Джордж, не могли бы вы меня проводить? Вид топора расстроил меняло дороге к метро Свертаут озабоченно рассуждал:

— Теперь нам придется ловить истопника. Как вы думаете, где он может прятаться?

— Понятия не имею, пусть этим занимается полиция. Я не хочу о нем и думать. Гораздо важнее найти Каррен.

Она остановилась, увидев выражение лица Свертаута.

— Ох, я совсем забыл сказать вам, — он попытался перекричать шум подъезжавшего поезда, — они нашли ее!

— Что? Где? Ее убили?

— Полиция арестовала Каррен в Ниагара Фоллз, она там скрывалась в одном из отелей под именем миссис Роджерс.

— Вот так сюрприз!

— Для нее это тоже был сюрприз. Я только что говорил по телефону с лейтенантом, он все подробно мне описал. Вместе с Каррен, а вернее, вместе с миссис Роджерс, в одном номере скрывался и мистер Роджерс. Полиция упрятала их в каталажку. Не правда ли, приятное место для молодоженов? Но провести весь медовый месяц в каталажке им не удалось: комиссар телеграфировал, чтобы их освободили. Как оказалось, они на самом деле женаты, церемония состоялась десять дней назад. Правда, они подправили при этом свои имена и возраст, но одно несомненно — они женаты.

— Тайное замужество, вот оно что! Ну что ж, я понимаю ее — если бы опекунский совет узнал, что она замужем, ее бы тут же выставили. Так вот почему Бетти Каррен говорила всем, что ложится в больницу, а мисс Страс-мик пыталась помешать мне, когда я стала разыскивать Каррен! Глупо получилось! Но я была совершенно уверена, что исчезновение Бетти Каррен как-то связано с убийством Энис Хэллорен.