Раскаленная броня. Танкисты 1941 года - Максим Кисляков

Капитан вскинул брови, растерянно посмотрел на полковника, потом перевел взгляд на танкистов.

– Но в других экипажах и этого нет…

– Знаю! Найдите где угодно! – процедил полковник, потом вздохнул, по-отечески потрепал за плечо лейтенанта. – Они со мной пойдут, на самом передке.

– Слушаюсь! – ответил капитан и упорхнул.

Танкисты уставились на полковника. Игорю он почему-то понравился сразу. Может, чем-то напомнил комбрига в училище? И тут же сам себе отвечает – вполне. Уже понятно, что не солдафон и не выслуженец. Про таких при старом режиме говорили – слуга царю, отец солдатам. Не ошибиться бы… Да и внешне полковник-танкист хорош: невысокого роста, коренаст, лицо волевое.

– Ладно, пока ждите свою машину… – пробасил полковник и направился в сторону штаба.

Танкисты убрались в тенек, оттуда наблюдают, как суетятся возле стальных монстров фигуры в серых комбинезонах. Одни – заливают пахучее топливо, другие копошатся в громоздких воздушных фильтрах, третьи колдуют над решетками МТО.

Рядом заурчал двигатель «бэтэшки», из труб рванул выхлоп, остро запахло бензином. Игорь с интересом рассматривает слегка обшарпанный корпус «быстроходного» номер семь. Семен и Баир тут же, Ромка где-то сбоку хрустит галетой, наверняка опять выпросил у Баира из пищевого НЗ.

– Движок барахлит, – жуя, произнес Демин. Деловитый тон заставил лейтенанта улыбнуться. – Ей-ей, «пальцы» стучат.

– А я вот все никак не найду ответа – выдержит ли 45-миллиметровая броня немецкий снаряд али нет? – загадочно сказал Баир, его взгляд скользит по клепаному корпусу БТ. – Шанс рикошета уж точно мал с такими-то углами…

– Да, это тебе не Т-34, – подтвердил Семен Горобец.

– Да ну вас! – махнул рукой Демин. – Выдержит – не выдержит… нашли о чем думать перед боем…

– А о чем еще думать? – развел руками Семен. – Ну разве что о банке вкусной тушеночки…

– Кто о чем, а вшивый… – с ухмылкой отметил Игорь.

– А я вот о девушках думаю! – перебил его Ромка Демин, он вдруг с шумом втянул в себя воздух, рот тронула загадочная улыбка. – Вот про последнюю. Люба или Люда… Эх, не помню! – Он повернулся к лейтенанту, толкнул его локтем. – Товарищ ротный, а ты-то свою кралю еще не забыл?

– Какую еще кралю? – недовольно буркнул Игорь.

– Ну, ту, с которой на танцплощадке танцевал? Ох, ну и пара у вас получилась! Заг-ля-де-ние!

– Перестань паясничать, старший сержант Демин! – прошипел Игорь и отвернулся.

– Да я ж от чистого сердца!

Минут через двадцать до уха донеслось знакомое урчание, лязганье металла. Игорь повернулся на звук и на мгновение не поверил глазам – к ним приближается их родной Т-28. Траки мягко входят в грунт, поднимают облачка пыли, пулеметные башни сдвинуты в стороны, главную орудийную башню и корму скрывает брезент.

На грохот подоспел полковник, уставился на стремительно приближающегося грозного монстра советского танкостроения, потом удивленно посмотрел на часы, вскинул бровь. И получаса не прошло. Молодец, однако, майор!

– О! Нашу колымагу притащили! – радостно воскликнул Ромка Демин.

– Сам ты… колымага! – в сердцах бросил Баир, больно ткнул друга локтем.

Полковник шагнул навстречу танку. Стальная махина стала сбавлять скорость, медленно подкатывается к комбригу – еще чуть и почти 30 тонн железа поглотят нерадивого командира. Но полковник стоит как вкопанный, снизу вверх рассматривает «тэшку», руки небрежно повисли на портупее.

Перед танка качнулся, хромовый сапог полковника уперся в верхний бронелист. Танк дернулся и замер. Двигатель рыкнул и замолчал. Из люка механика-водителя высунулась голова майора – довольное лицо перепачкано сажей, на щеках – масляные разводы.

– Ну майор, ну молодец! И получаса… Куда там – двадцати минут не прошло! Раз ты такой прыткий, может, посоветовать тебя в штаб к генералу ординарцем?

Майор выпорхнул из люка мехвода, вытянул губы в трубочку, что-то промычал удивленно – и шагнул к полковнику, козырнул:

– А это как прикажете, товарищ полковник!

Полковник внезапно засмеялся, мелькнули белые ровные зубы.

– Шучу я, майор, – чуть тише произнес Богданов, у майора дрогнула щека, улыбка постепенно стала сползать. – Тут одного рвения маловато. Вот проявишь себя в бою – тогда и поговорим. А пока ступай! Скоро в бой!

– Слушаюсь!

Роман первый подскочил к своему танку. Рука механика-водителя легла на броню, Демин с явным удовольствием провел по нагретой солнцем стали. На мгновение он напомнил лейтенанту соседского зажмурившегося, урчащего от удовольствия кота.

– Если и назвал колымагой, то я ж любя…

Игорь, Семен и Баир тоже потянулись из прохладной тени, поспешили к танку, стали щупать-простукивать броню. Металл отозвался теплом.

За спинами танкистов громыхнул голос полковника:

– Товарищи танкисты! Принимайте пополнение!

Ребята обернулись. Рядом с комбригом Богдановым стоит высокий худощавый парнишка лет девятнадцати. На смугловатом лице выступает орлиный нос, черные маслины-глаза с легким прищуром бегают по лицам танкистов, из-под чуть сдвинутого на затылок танкошлема выбиваются несколько колечек черных как смоль волос – точь-в-точь, как у Семена.

– Вот вам новый пулеметчик, – произнес полковник, его рука легла на плечо пареньку.

Танкист шагнул вперед, отдал честь и выпалил:

– Серго Заридзе, ефрейтор бронетанковых войск. Готов поступить в ваше распоряжение, товарищ лейтенант!

Игорь шагнул ему навстречу, протянул руку. Чуть влажная теплая ладонь сжала ему кисть.

– Лейтенант Игорь Протасов. Буду рад.

– Серго, – отозвался новичок.

– А если просто Серега, не обидишься? – влез Демин. – А то я все равно перепутаю…

Ефрейтор улыбнулся, кивнул.

– Можно и Серега…

Смуглая рука сжала шершавую ладонь Романа.

– Ну, познакомиться еще успеете, – торопливо произнес полковник. – А сейчас – всем по машинам! Выступаем через 10 минут!

– Есть!

– Будет сделано!

Ботинки бодро простучали по танковой броне, загрохотали люки.

– Айда воевать!

6

Металл вонзается в рыхлый чернозем, кромсает, давит, словно мясорубка, подхватывает комья земли и черными фонтанами выбрасывает прочь. Взревывают выхлопные трубы, от вибрации дребезжит заляпанный гарью листовой металл. Многотонный стальной монстр сквозь утренний туман движется вперед, раскачивается на ухабах и небольших оврагах, словно линкор на волнах.

Вокруг запах жженого топлива, он напрочь забивает сладковатый аромат недавно скошенной травы. Утреннюю тишину взрывают рев исполинских моторов да лязг гусениц. Звено из трех многобашенных танков прорывается сквозь июньское марево. Вдалеке им вторят другие моторы, сквозь молочную пелену еле проглядывают силуэты башен шустрых БТ. Один, второй, третий, пятый, десятый. Словно борзые при виде улепетывающего лиса они рвутся вперед и обходят группу будто стоящих «двадцать восьмых».