Колдун моей мечты - Валерия Чернованова

— Проехали, — буркнул Габриэль, прикидывая, как бы поскорее сбежать в свою спальню, и борясь с вновь нахлынувшими чувствами. Из‑за которых сбегать как раз и не хотелось. Мысленно отругав себя последними словами, сквозь зубы процедил: — Но в следующий раз постарайся думать головой, прежде чем разбрасываться смертоносными заклинаниями.

Слова ведьмака прозвучали резко и грубо, хоть на самом деле в случившемся он винил только себя и интриганку Фьору. Но Лана об этом не догадывалась, и по её поджатым губам сразу стало понятно, что девушка обиделась.

— Спасибо за совет. Учту. — Собиралась развернуться, чтобы отправиться к себе, но вдруг передумала. Шагнула ближе, в очередной раз испытав на прочность его силу воли, которой с каждой секундой становилось всё меньше. — Габриэль, я правда ничего такого не хотела. А теперь места себе не нахожу. Сандро рассказал, как твоя девушка наслала на тебя проклятие. Но не опасное. Вот я и подумала, что у меня тоже получится сделать нечто подобное с Дарио.

— Моя девушка? — клацнул зубами от досады Салвиати. Оказывается, о его однодневной интрижке было известно даже младшему брату. А теперь вот… и Лане.

Гостья стушевалась и слегка покраснела, что — невольно отметил про себя молодой человек — ей очень шло. Потом тихо пробормотала:

— Извини. Сама не понимаю, почему заговорила о твоей Лучии. То есть… — её щеки ещё больше порозовели. — В общем, это не моё дело.

— Согласен. Это не твоё дело, — хмуро отчеканил Габриэль, которого упоминание о травнице, да ещё и прозвучавшее из уст Ланы, окончательно выбило из колеи.

— Спокойной ночи, — на сей раз грустно улыбнулась девушка и, не дождавшись ответа, пугливой, а скорее, обиженной пташкой упорхнула прочь, оставив ведьмака один на один со своими безрадостными мыслями.

Глава 9

Руслана

На следующее утро проснулась я рано, но вставать не спешила. Куда мне здесь торопиться? На выдуманную работу идти не надо, в город на экскурсию никто не отпустит, а значит, могу хоть до вечера валяться в кровати и бить баклуши. Одна проблема — как не сойти с ума от скуки?

Практиковаться в магии мне больше не позволят. Да я и сама не уверена, что этого хочу. То есть, конечно же, хочу, но снова слепо доверять Силе уж точно не стану. А Сандро после вчерашнего навряд ли согласится стать моим проводником в мир чудес. Он на меня до сих пор, кажется, в обиде.

Прошло ещё полчаса, и оставаться в кровати стало уже невмоготу. Поднявшись, тяжко вздохнула и почапала в ванную на водные процедуры.

Всё‑таки не создана я для безделья, привыкла к сумасшедшему ритму: дом- учёба — частные уроки. И ведь обидно‑то как! Из‑за чёртового «отпуска» всех своих учеников растеряю и не факт, что по возвращении в Питер сразу устроюсь на работу. Мало того что теперь благодаря Димке я бездомная, так ещё и благодаря Салвиати мне грозит статус безработной. Придётся тогда снова садиться родителям на шею.

В общем, куда ни посмотри, — везде облом.

В очередной раз горестно вздохнув, включила воду и подставила лицо под тёплые струи. За омовениями прошло ещё полчаса, потом я намеренно долго сушила волосы. Как могла растягивала бесконечно длинные минуты, нанося лёгкий макияж.

Зачем, спросите вы, краситься пленнице, которую всё равно не выпустят из золотой клетки? Опять же чтобы убить время. Ну и немного его потянуть. Потому что на завтрак идти совсем не хотелось.

Вернее, хотелось. Поесть. А вот видеть членов добрейшего семейства нет. Особенно встречаться с Габриэлем. Я, конечно, бесконечно благодарна ему за периодические проявления заботы. Но почему‑то за этими самыми проявлениями следуют либо периоды раздражения, либо полного меня игнорирования.

Подумаешь, случайно обмолвилась о его подружке! За это не испепеляют взглядом. А его последние слова:

«Согласен. Это не твоё дело», — произнесённые с надменным пренебрежением, меня вообще взбесили. Не знаю, как только сдержалась и не высказала ему всё, что думаю о его поведении и о нём самом.

Вот зачем вести себя как напыщенный индюк? Аристократишка чёртов!

Посему на кухню решила заглянуть только после того, когда дом покинут наши юристы.

Поплотнее запахнув махровый халат, вышла из ванной. Ночью даже успела замёрзнуть под тонким одеялом, да и сейчас в комнате было не жарко. Уж не знаю, из‑за моего ли колдовства или всё‑таки просто совпало, но за ночь погода испортилась окончательно. Всю ночь продолжал лить дождь и утро тоже теплом не порадовало. Небо капризно хмурилось, намекая на продолжение ненастья.

— Buongiorno signorina*, — улыбнулась мне девушка, кажется, Катарина, старательно взбивавшая на моей уже заправленной кровати подушки. Вещи, что я вчера, неряха такая, раздевшись, бросила в кресло, теперь лежали на нём аккуратной, идеально ровной стопочкой.

* (Доброе утро, синьорина)

— Buongiorno, — ответила машинально и принялась озираться, выискивая взглядом волшебное колечко.

Вечно бросаю украшения где ни попадя, а потом трачу кучу времени и нервов на их поиски.

— На perso qualcosa?* — с вопросительной интонацией сказала ведьма, исполнявшая в доме Салвиати обязанности кухарки и горничной в одном флаконе.

* (Вы что‑то потеряли?)

— Ась? — растерялась я, а потом на ум так удачно пришла всем известная фраза: — Uno momenta!

Итальянка вздёрнула брови, явно недоумевая, как это я вчера за ужином так бойко общалась с Сандро, а сегодня и двух слов связать не могу.

Я ринулась к туалетному столику, на котором в творческом беспорядке валялись заколки, кое‑что из косметики, моя немногочисленная бижутерия, а рядом со всем этим богатством сиротливо стоял полупустой флакончик духов. Но колечка нигде видно не было. Хотя я могла поклясться, что вечером оставила его именно там. Ну или на прикроватной тумбочке.

На которой тоже ничего обнаружить не удалось. Пришлось изучать в поисках магической штуковины пол. Нагнувшись, под недоумевающим взглядом Катарины заглянула под кровать и обрадованно воскликнула:

— Нашла! Вон аж куда закатился. — Нацепив перстенёк на безымянный палец, поднялась с колен и спросила у ведьмы: — Так что вы там говорили?

Та скользнула взглядом по моему серебряному украшению, инкрустированному зелёным камнем, и понимающе улыбнулась.

Могу закончить с уборкой позже.

— А синьор Салвиати уже уехал? — в свою очередь поинтересовалась я.

— Только что.

Настроение сделало резкий скачок вверх. Раз Габриэль убрался, то можно со спокойным сердцем отправляться на завтрак.

— Продолжайте, не обращайте на меня внимания. Переоденусь в ванной, — улыбнулась Катарине и, взяв из шкафа светло — голубые джинсы и ярко — жёлтый свитерок, с девизом «ударим яркими красками по тоске и серому дню!» шмыгнула обратно в ванную.

Собравшись, отправилась вниз, в тайне надеясь, что синьора Марилена и сегодня умчалась на посиделки с подругами куда‑нибудь подальше от дома. В её присутствии я откровенно робела и чувствовала себя не в своей тарелке.

К счастью, хозяйки в кухне не обнаружилось. Зато там оказался Габриэль собственной персоной.

Хотела повернуть обратно и бесшумно смыться, дабы избежать очередных замечаний с его стороны либо так раздражающего меня «игнора», но ведьмак услышал мои шаги и оторвал взгляд от компьютера.

— Buongiorno, — для разнообразия решила поздороваться с ним по — итальянски.

А в ответ получила еле слышное и мрачно — недовольное:

— Привет.

Пожав плечами, стала наливать воду в чайник. Габриэль вперился взглядом в экран ноутбука, снова сделав вид, что его гостья — невидимка. На кухне повисло неловкое (для меня) молчание.

Какой‑то он замороженный, ей — богу. Как будто именно сейчас наступил ледниковый период…

— А тебе что, не надо на работу? — спросила, когда тишина стала уже совсем невыносимой.

— Скоро поеду, — прозвучал лаконичный ответ всё в той же невозмутимоотстранённой манере.

Появилось желание запустить в хмурую физиономию чем‑нибудь из кухонной утвари. Да вон хотя бы тем увесистым чайничком, в данный момент оглашавшим кухню задорным свистом.

Вообще‑то я по натуре не кровожадная, если не брать во внимание досадное недоразумение с муженьком. Но поведение Габриэля меня прямо‑таки бесило. Не знаю почему, но хотелось подскочить к нему и хорошенько треснуть по башке вышеупомянутым чайником или хотя бы залепить пощечину, а лучше две. За то, что так нагло меня игнорирует.

В общем, странные чувства вызывает у меня этот очкастый субъект, определённо, странные. Синьора Марилена, например, тоже старательно делает вид, что я для неё нечто вроде мелкой, противной букашки, с существованием которой до поры до времени она кое‑как согласна мириться. Меня это, конечно, напрягает, но желания огреть её чем‑нибудь тяжёлым почему‑то не возникает. Только Габриэля.