Тевтонский орден. Летопись - Николай Николаевич Прокошев

присяга наряду с остальными обязательствами подразумевала оказание военной помощи в случае необходимости.

Интересный факт:

Так называемый «оммаж» являл собой феодальную церемонию, при которой вассал присягал на верность своему сюзерену. Безоружный, с непокрытой головой, проситель преклонял колено и вкладывал соединенные ладони в руки властителя. Если сюзерен соглашался, то они обменивались поцелуем, и обряд считался завершенным. Обычно такая присяга накладывала на вассала обязанность предоставлять войска в случае необходимости, а также не восставать против синьора, не захватывать его крепостей, имущества и т. д.

Летом 1497 года польский самодержец предпринимает кампанию в Молдавию, чтобы захватить несколько портов на Черном море и предупредить османское вторжение. Гроссмейстер возглавил отряд в количестве 400 рыцарей, но во время сплава по Днестру внезапно заболел дизентерией. Он принял решение вернуться во Львов, однако болезнь не отступила, забрав жизнь Иоганна. Главным наследием, оставленным фон Тифеном, стала его концепция, по которой в гохмейстеры следовало выбирать не просто дворян, но имперских князей, то есть герцогов, ландграфов, маркграфов, пфальцграфов и так далее. Потому что лица такого уровня подчинялись непосредственно императору, а не королю, и таким образом, возможно, получилось бы избежать унизительных присяг.

Именно по этой причине 29 сентября 1498 года в Кенигсберге 36-м Верховным магистром Тевтонского ордена стал 24-летний герцог Саксонский Фридрих. Его прямым сюзереном был Максимилиан I Габсбург, что позволяло избегать оскорбительных церемоний перед Яном Ольбрехтом. За три года польский монарх дважды в ультимативной форме требовал от Фридриха подчиниться, он даже собрал войска на границе, и только его смерть на заре XVI века остановила неминуемую войну.

Новый польский король Сигизмунд I Старый не оставил попыток склонить Фридриха к сотрудничеству, чем вынудил последнего покинуть Пруссию и укрепиться в Саксонии в поисках поддержки. В 1507 году на заседании Генерального капитула братья приняли решение начать сбор налога на оборону. Каждый житель обязывался за свой счет обеспечить себя доспехами и вооружением под угрозой лишения гражданства. Через сто лет после эпохальной Грюнвальдской битвы – в 1510 году Фридрих умер, не оставив потомства, так как духовный статус не позволял ему вступить в брак.

Интересный факт:

Софию Ягеллонку (1464–1512) в четырехлетнем возрасте обручили с австрийским эрцгерцогом Максимилианом. В том же самом 1468 году к ней сватался венгр Матвей Корвин. В конце концов, не достигнув даже 15 лет от роду, она вышла замуж за маркграфа Фридриха. Согласно сохранившимся описаниям, свадьба вышла весьма скромной: без богатого угощения, костюмов, а гости так и не дождались подарков. С приданым тоже возникли проблемы, так как Казимир, отец невесты, не сдержал обещания по выплате 6000 гульденов к Рождеству (в том числе из-за борьбы с тевтонами). Поэтому до полного погашения долговых обязательств Софию отстранили от права пользования положенными ей по такому праздничному поводу земельными угодьями.

Вопрос подчиненности польской короне, по крайней мере, церемониальной, с кончиной герцога Саксонского оставался открытым.

Альбрехт Бранденбург-Ансбахский

София Ягеллонка

Шляхта моментально предложила отныне назначать в гроссмейстеры непосредственно своего короля. В принципе, монарх не возражал, но только при условии, что папа разрешит ему жениться и иметь потомство, поскольку такой, в первую очередь духовный, пост все-таки сопровождался обетом целибата. Довести эту идею до логического завершения Сейму не удалось, так как рыцари уже избрали нового главу ордена.

В начале 1511 года первым лицом тевтонской корпорации стал Альбрехт Бранденбург-Ансбахский, сын маркграфа Бранденбург-Ансбаха Фридриха I Гогенцоллерна и Софии Ягеллонки, дочери Казимира IV. В итоге получилось, что правивший на тот момент польский король Сигизмунд оказался его дядей. Это соображение если не ставилось во главу угла капитулом, то хотя бы рассматривалось в качестве серьезного подспорья на случай возобновления напряженности между непримиримыми сторонами.

21-летний юноша, вхожий в императорский двор, доходчиво объяснил Максимилиану, что не сможет воздать ему почести, ибо связан условиями Торнских соглашений. Император тут же запретил Альбрехту подчиняться Польше, что в некоторой мере развязало руки молодому магистру. Понимавший, что феодализм в классической его форме постепенно отмирает, он решился на немыслимый для предыдущих гохместейров шаг. Во всеуслышание было объявлено, что устав должны соблюдать простые рыцари да священники, а такая ключевая фигура, как Альбрехт, имеет право иногда уклоняться от выполнения строгих правил. Жениться, конечно, нельзя, ну а общество женщин в принципе не возбраняется.

Интересный факт:

Первое упоминание знаменитого Зала московитов в Кенигсбергском замке относится к 1519 году. В связи с частыми визитами московских гостей в Восточную Пруссию по поводу обсуждения союзных действий против Польши специально построенный в начале XVI века зал для приемов и торжеств впоследствии стал называться именно так. А вот что пишет известный историк Н. М. Карамзин, побывавший там в свое время: «В старинном замке, или во дворце, построенном на возвышении, осматривают путешественники цейхгауз и библиотеку, в которой вы найдете несколько фолиантов и квартантов, окованных серебром. Там же есть так называемая Московская зала, длиною во 166 шагов, а шириною в 30, которой свод сведен без столбов и где показывают старинный осьмиугольный стол, ценою в 40 000 талеров. Для чего сия зала называется Московскою, не мог узнать. Один сказал, будто для того, что тут некогда сидели русские пленники; но это не очень вероятно».

Кроме того, молодой магистр еще с детства легко подвергался внушению, поэтому каков же был восторг молодого человека, когда в 1515 году в Кенигсберге ему повстречался Дитрих фон Шенберг, шарлатан и знатный повеса. Тогда как раз возродилась мода на увлечение астрономией и астрологией, а Альбрехт всегда с удовольствием принимал всяческие новшества, словом, тянулся к просвещению и наукам. Вдвоем с фон Шенбергом они испытали на себе все прелести, какие только могла предложить столица Тевтонского государства.

Василий III

Параллельно обстановка на международной арене раскручивалась по собственной спирали. Дело в том, что в 1514 году Смоленск, находившийся до той поры под литовским протекторатом, взяли московиты. Сигизмунд и так воевал с ними еще с 1507 года, но теперь военному конфликту с Великим князем Василием III пришлось уделить более серьезное внимание. Потому-то гроссмейстер и отправил фон Шенберга, как доверенное лицо, на переговоры в Москву с предложением к князю ослабить польские силы, а если повезет, то и вовсе их разбить.

Главным результатом переговоров стал трактат о русско-тевтонском мире от 10 марта 1517 года. Великий князь Василий III пообещал снабдить Альбрехта средствами, необходимыми