Дети русской эмиграции - Л. И. Петрушева

стороны деятелей культуры. Среди тех, кто оказывал помощь, были хор Сергея Жарова, Донской казачий хор атамана Платова, С. В. Рахманинов, Н. В. Плевицкая, А. Н. Свечинская, А. П. Павлова и многие другие. Газета «Россия», издававшаяся в Нью-Йорке, 17 октября 1936 г. опубликовала обращения писателей М. А. Осоргина, Г. В. Адамовича, В. Сирина (В. В. Набоков), И. А. Бунина, Б. К. Зайцева к русским соотечественникам в США. В обращении И. А. Бунина говорилось: «Русские люди в Америке, услышьте мой призыв!.. Вы, кто имели Родину, великую Родину, и в памяти и любви к ней черпаете силы к жизни, – не забудьте наших русских детей, растущих на чужбине, без Родины, дайте им возможность жить и достойно подготовиться к будущей работе в возрожденной возвращенной всем нам Родине!»[115].

Результаты проведения Дней русского ребенка как новой формы борьбы с денационализацией молодого поколения не оправдали всех надежд самих инициаторов этой акции. Однако нет сомнения в том, что такая оценка их труда не соответствует истине. В сознании скольких людей за это время могло укорениться стремление сохранять и передавать своим детям непреходящие ценности русской культуры.

Временная дистанция дает возможность всесторонне оценить те или иные события прошлого. Исход из России огромного числа ее граждан занимает особое место в отечественной истории. Многие тысячи русских изгнанников не отказались от Родины, считая себя русскими людьми. Большое число наших соотечественников, не приняв иного гражданства, долгие годы жили по нансеновским паспортам. Русская эмиграция не растворилась в жизни принимавших стран, пусть и ставших для многих второй родиной, поскольку решила для себя одну из важнейших задач – сохранила национальную культуру, воспитала молодое поколение в духе любви к России. Огромная заслуга в этом принадлежала русской национальной школе.

Многочисленные архивные документы свидетельствуют о том, что русская школа стала культурным центром, и не только для детей. Ее роль оказалась более весомой. В отчете, посвященном 6-летней годовщине со дня основания Шуменской гимназии в Болгарии, отмечалось: «…Невольно русская колония льнет к гимназии, проводя в ее стенах все большие праздники, в особенности Рождественские дни, Новый год и Пасху. Это русский культурный очаг, одна принадлежность к которому вызывает чувство гордости и сознание хорошо исполненного долга»[116].

Конечно, самую высокую и объективную оценку русской школе дали сами ее ученики. «Дорогая Нина Дмитриевна! Я не могу все же до сих пор хотя бы немного забыть Шумен. Как хочется снова приехать туда, чтобы снова был 1922 год. Начать с 5 класса и снова прожить всю нашу, дорогую сердцу, шуменскую жизнь. Я не думал, что так буду скучать», – написал выпускник Шуменской гимназии Андрей Сербин 30 августа 1926 г. в письме к преподавателю гимназии Н. Д. Ридигер[117].

Опыт создания русской национальной школы в межвоенный период был впоследствии использован в работе организаторов школ в беженских лагерях для детей из числа перемещенных лиц после окончания Второй мировой войны. Выпускник русской гимназии им. М. В. Ломоносова, созданной в беженском лагере «Менхегоф» (Германия), Кирилл Фотиев в своем дневнике 28 января 1947 г. записал: «Тоскливо и уныло стало на душе, когда огни Менхегофа исчезли за поворотом. Прощай Менхегоф. Спасибо за все! В бурное, полное неизвестности время ты был для нас уголком России»[118]. Не вызывает сомнения, что в его жизни и жизни его современников русская школа занимала более важное место, чем просто место получения образования.

Жизнь любого человека неотделима от эпохи, в которой она формируется. Это значит, что в жизни русских детей-изгнанников нашла свое отражение история России и Русского Зарубежья. Профессиональным архивистам приходится держать в руках немало ценных и даже уникальных документов. Но когда держишь в руках эти обычные школьные тетради или отдельные листы с детскими воспоминаниями, испытываешь особое неповторимое чувство уважения перед подлинным историческим документом, наполненным любовью к России, начинаешь понимать, что самое ценное на чужбине – это Родина. Публикация исторических источников является важным событием не только для профессиональных историков, но и для всех тех, кто хочет изучать нашу историю по документам.

Изучение истории русской национальной школы за рубежом стало возможным благодаря усилиям сотрудников Русского заграничного исторического архива, созданного в сентябре 1923 г. в Праге. Сотрудники этого крупнейшего эмигрантского архива много сил приложили к тому, чтобы собрать на полках архива ценнейшую коллекцию документальных свидетельств жизни и деятельности русских изгнанников в разных странах. Нельзя не отметить, что внимание к архиву многочисленных фондовладельцев, доверивших ему хранение своих архивных собраний, позволила привлечь главная особенность в его работе – РЗИА изначально создавался для последующей передачи его собраний на Родину после смены там государственной власти. Это принципиально отличало данный архив от других эмигрантских архивов, музеев, библиотек.

В декабре 1945 г. два архивохранилища из четырех были переданы правительством Чехословакии в дар СССР по случаю 220-летия Академии наук. С января 1946 г. эти ценнейшие документальные собрания находятся на хранении в Государственном архиве Российской Федерации (до 1992 г. ЦГАОР СССР).

Пражская коллекция ГА РФ включает в свой состав не только детские школьные сочинения, написанные учащимися русских учебных заведений в 1923–1924 гг., но и архивы эмигрантских организаций, занимавшихся созданием русских национальных школ в изгнании, таких как Педагогическое бюро по делам средней и низшей школы за границей, Объединение учительских организаций за границей, Российский земско-городской комитет помощи российским гражданам, ЦК Дня русского ребенка, ЦК Дня русской культуры, личные фонды ряда педагогов и общественных деятелей.

Детские сочинения поступили в РЗИА в составе первой части архива Педагогического бюро по делам средней и низшей школы, включающей в себя документы по истории создания и деятельности этой организации в 1922–1928 гг. Эту часть архива 3 ноября 1931 г. передал член Правления Бюро А. Л. Бем. Переданные документы были зарегистрированы в рукописном отделе РЗИА за № 8246. Впоследствии архив Бюро пополнялся 5 июня 1936 г., когда очередную часть документов передала в РЗИА А. В. Жекулина, и 21 октября 1939 г., когда документы передал А. Л. Бем.

В составе архива Педагогического бюро по делам средней и низшей школы за границей (фонд № Р-5785) находятся на хранении школьные сочинения на тему «Мои воспоминания с 1917 года до поступления в гимназию», отобранные для своей работы над книгой «Дети эмиграции» авторами статей. Сочинения написаны учениками таких русских учебных заведений, как Русская гимназия в Моравской Тржебове, Русская гимназия в Праге, Русская гимназия в Шумене, Реальное училище ВСГ в Загребе, Реальное училище ВСГ в Земуне, Реальное училище ВСГ в Нови-саде, Реальная смешанная гимназия в Пановиче, Прогимназия ВСГ в Белграде, Английская школа для русских девочек на о-ве Проти, Английская школа для русских мальчиков в Эренкее.

Часть этих сочинений-воспоминаний была опубликована в книге «Дети русской эмиграции. Книга, которую