Роза в снегу - Мэри Кэттон

— Хью любит ее. Он называет ее бабушкой.

Рита побледнела.

Взяв сумочку со стула, Эмма протянула ее сестре и улыбнулась:

— Теперь, с твоего позволения, я собираюсь попить чаю с сыном и его бабушкой. Всего доброго, Рита. Мои наилучшие пожелания папе.

Глаза Риты на миг расширились, и, ничего не сказав, она выскочила из комнаты.

ГЛАВА 11

Закончив читать, Лаура осторожно закрыла потрепанное издание «Джейн Эйр» и немного устало улыбнулась, глядя на Хью, который уснул на руках Дорис.

— Как он похож на Алана, — произнесла она задумчиво, поворачивая лицо к полоске солнечного света, который пробился сквозь тучи и вливался в окно. — Я часто думала, каково было бы смотреть в лицо ребенка и видеть в нем черты своего сына. Мне кажется, я бы ужасно баловала своих внуков, надеясь компенсировать то, что недополучила от Алана. Теперь, похоже, у меня уже не будет такой возможности.

Эмма отпустила Дорис легким кивком и продолжила пить чай, пристально наблюдая за матерью мужа. Со дня приезда в Шеридан-холл душевное состояние Лауры значительно улучшилось. Эмма подозревала, что лечение, применяемое в Аршеме для снятия болей, также воздействовало на ее мозг. Эти дни она, казалось, находилась в совершенно ясном сознании.

— Только вообразите, Эмма, после всех этих лет я наконец обрела дом в Шеридан-холле. Вы с Аланом и не представляете, как осчастливили меня, привезя сюда. Моей заветной мечтой было, чтобы все это когда-нибудь принадлежало моему сыну. Теперь эта мечта сбылась, и я могу наконец простить себя за то, что отослала его сюда, когда он был ребенком. Он все еще ненавидит меня за это?

— Я не могу говорить за мужа.

— Вы очень тактичная девушка. Конечно же ненавидит. Ненавидит за то, что произвела его на свет и заставила нести по жизни бремя незаконнорожденного. За то, что любила его так, что отказалась от него. Скажите, Эмма, счастлив ли он? Все ли у него хорошо? Мой сын для меня незнакомец. Он хороший муж и любящий отец?

Эмма долго смотрела на Лауру, прежде чем ответить.

— Да. Он чудесный муж и отец.

— А вы любите его?

— О да, очень.

— А он вас? Конечно, конечно. Даже дикое существо можно усмирить нежной и терпеливой рукой.

Эмма ни за что бы не поверила, что Рита способна на такую подлость, как отправиться прямиком к графу Шеридану и сообщить ему новость о приезде Лауры Мердок. Однако Эмма поняла в ту же секунду, как граф Шеридан появился на пороге Шеридан-холла следующим утром, что именно это она и сделала.

Эмма приняла Шеридана в гостиной, сдвинув на нос очки, готовая к сражению. Не успел он остановить на ней один из прославленных взглядов Шериданов, как она первая ринулась в атаку:

— Я уважаю ваши чувства, милорд, а вы должны уважать мои. Вы же не заставите меня выбросить ее на улицу? У нее нет дома, нет денег. И она очень больна. Это умирающая старая женщина, которую нельзя винить за то, что она любила мужчину, не любившего ее. И кроме того… — Она сделала вдох. — Шеридан-холл — дом моего мужа. Как жена Алана, я должна поддерживать его решение и позволить его матери остаться здесь.

Шеридан даже бровью не повел, он продолжал стоять, расправив плечи, буравя ее своими черными глазами.

— Весьма впечатляюще, — сказал он наконец. — Просто великолепно. Удивляюсь, почему вы продолжаете защищать его, когда, насколько я понимаю, он покинул этот дом две недели назад и до сих пор не появлялся.

— Он мой муж.

Шеридан скрестил руки на груди. Выражение его лица выглядело зловеще.

— Не уверен, что знаю хотя бы одну женщину, которая так жертвовала бы собой ради семьи.

— Едва ли проявление милосердия к больному и престарелому можно назвать жертвой.

— Я говорил не о больных и престарелых. Я говорил о вашей семье вообще.

Эмма сдвинула брови:

— Вы говорите загадками, сэр.

— Вы вышли замуж за моего брата, чтобы удовлетворить желание отца. Интересно, насколько далеко вы бы зашли, чтоб защитить сестру?

— И какое отношение все это имеет к матери Алана?

— Только то, что вы упорно настроены защищать тех, кого любите, любой ценой, включая собственное доброе имя и репутацию. — Расслабившись, он оглядел свежевыкрашенную комнату, прежде чем продолжить: — Хотя мысль о Лауре Мердок, живущей в этом доме, отнюдь не доставляет мне удовольствия, признаю, что я приехал не из-за нее. Мадам, я здесь для того, чтобы сообщить вам, что вы можете найти своего мужа в Винсайде.

— Винсайде?

— На рудниках. Там произошел несчастный случай.

— О! — почти беззвучно вскрикнула Эмма.

Граф Шеридан шагнул вперед и взял ее за руку.

— Насколько мне известно, не с Аланом. Но по причине возрастающего недовольства среди рабочих за ним немедленно послали.

— Послали? — Эмма нахмурилась. — А вы знаете, где Алан был?

Ральф придвинулся чуть ближе, словно предлагая ей поддержку.

— Он снимает коттедж неподалеку от Винсайда. Иногда он уезжает туда, когда чем-то озабочен или хочет побыть один.

— Вы знакомы с этим местом? Знаете, где оно находится?

— В нескольких милях от Винсайда. Мне следовало сообщить вам о возможном местонахождении Алана сразу же, как только я услышал, что он уехал. Но я был занят рождением моего сына и, кроме того, не мог быть уверен, что он там… и что он один.

— Вы имеете в виду любовницу?

Он пожал плечами:

— Насколько я знаю, у Алана нет любовницы. Он не может себе ее позволить. Однако…

— Вы подумали, что лучше не менять существующее положение вещей, милорд?

— Что-то в этом роде.

— Вы говорите, исходя из собственного опыта, разумеется.

Их глаза встретились. Улыбка растянула утолки губ графа.

— Думаю, нам не следует углубляться в наше прошлое. Вы согласны, миссис Шеридан?

Эмма отвернулась.

— Я подумал, вам надлежит знать о рудниках, — продолжил граф. — Похоже, без моего вмешательства не обойтись. Бог не наградил вашего мужа талантом тактично выбираться из подобных неприятностей.

Эмма кивнула.

— Я буду готова через пять минут, милорд. Пожалуйста, не пытайтесь меня отговорить. Вы знаете, что это нелегко. Как вы сами заметили, я решительно настроена защищать тех, кого люблю… любой ценой. Кроме того, если вы откажетесь, я просто-напросто поеду одна.

— Не сомневаюсь.

Наградив ею слабой улыбкой, Эмма решительно пошла к двери.

Алан изо всех сил напрягал глаза, чтобы лучше видеть стены старой шахты. Джой Беллами стоял справа от него, Майкл Уоткинс — слева. Оба они были ниже Алана ростом, но вдвое шире его в обхвате. Их торсы, руки и плечи напоминали камень, окружающий их, и были, несомненно, такими же крепкими. Оба работали в рудниках с детства.

Из глубины шахты доносился равномерный скрежет кирки о камень и болезненные стоны мужчин, поднимающих куски камней на тележки, которые использовали для вывоза породы из шахт. Джой снял фонарь с крюка, торчащего из стропила над головой, и поднял его перед собой, отбрасывая длинные тени на усыпанный камнями пол. Вперив в Алана разъяренный взгляд, он положил руку ему на спину и легонько подтолкнул:

— После вас, мистер Шеридан… сэр.

Алан осторожно двинулся вперед.

— В чем дело, мистер Шеридан? — осведомился Майкл угрюмым голосом. — Вы же ничего не боитесь, а? То, что вчера двоих насмерть завалило в шурфе, не значит, что такое случится снова, — это же был, без сомнения, несчастный случай, верно? Разве не это говорил капитан в прошлом месяце, когда пятеро рабочих едва не попали в обвал?

Уставившись на груду обвалившихся камней, Алан покачал головой:

— Я вложил достаточно средств в эти шахты в прошлом году, чтобы обеспечить их безопасность, мистер Беллами. — Он оглянулся на своего управляющего, или капитана, как называли рудокопы надсмотрщика Теда Филлиса, который стоял неподалеку. — Что произошло, Тед?

Здоровяк пожат плечами и потер бородатое лицо.

— Не могу точно сказать, пока не раскопаем, сэр. Похоже, перекрытия просто не выдержали, — пояснил он.

— Я три месяца назад дал строгое указание устранить неполадки. Что же, черт побери, случилось с новым крепежом?

— Он не пришел, сэр.

— Не пришел… — Алан подошел к управляющему. — Объясните, мистер Филлис.

Филлис нервно оглянулся и понизил голос:

— Мне сказали, сэр, что ваш кредит ненадежен.

— Но они согласились в этом случае…

— Они передумали, сэр.

— Вот то-то и оно, — сказал Джой. — Сдается мне, все ваши красивые слова и обещания никуда нас не привели, мистер Шеридан. Сэр.

— Точно, — поддакнул Уоткинс. — Разве что к могиле.

Джой схватил Алана за рукав и резким рывком развернул.

— К могиле и голоду, — прорычал он. — Вот уже два года мы слышим ваши расчудесные обещания улучшить нашу жалкую жизнь. И что же? Скоро мы все подохнем. Бедняга Тилли — лучший парень на руднике. Все любили его, и он только год как женился. Нам пришлось выносить его наверх в одеяле.