Повседневный гарем с опасными леди-монстрами - Вячеслав Танков

мы без особых происшествий добираемся до парка. С моего разрешения Драника взлетает, ловко лавируя над деревьями. У меня опять не удается уследить за ней взглядом, так как для всех, кто находится снизу она совершенно незаметна, сливаясь с ночным небом. Видно лишь быструю тень. Не сомневаюсь, что на Орионе ее соплеменники считаются одними из самых опасных Существ.

Мышка вскоре приземляется, хватая меня за руку и ведя куда-то в сторону. Через несколько секунд мы выходим к небольшому водоему, в который девушка тут же запрыгивает, не обращая внимания на свою кожаную одежду. Покрутив головой, не вижу запрещающих знаков, да и днем мамаши тут вроде купали детей. Вода, правда, слишком холодная для купания, тем более, ночью. Но девушку это нисколько не волнует. Вспоминаю, что температурный режим не волнует Существо ее вида и успокаиваюсь.

Как оказалось — слишком рано. Когда все хорошо, обязательно какое-нибудь говно случится. Это не я придумал, а закон подлости. Вот и сейчас, стоило мне расслабиться на одной из лавочек, поглядывая на веселящуюся в искусственном бассейне летучемышку, как совсем рядом раздались пьяные голоса каких-то юнцов.

— Э, сматры, Белый! Гля, какая чика в болоте ныряет! — раздался мужской голос с отчетливым кавказским акцентом.

Меня аж передернуло. Терпеть не могу компании «бородачей», особенно, молодых, чересчур уверенных в себе и своих товарищах. Такие будут изгаляться до последнего, несмотря ни на что. В принципе, если нарваться ночью на компанию «нашей» молодежи в незнакомом районе, есть шансы уйти целым, пусть и без денег и сотового. Микроскопические шансы, но они есть. Но если нарваться на «бородачей», то можно смело заказывать себе палату в больнице минимум на месяц вперед. Договориться с такими или «купить» себе выход — бесполезно. Унижение «неверных» для таких все еще одно из самых любимых удовольствий, несмотря на обрушение всех религий.

— Это не чика, братан, — отвечает тому другой, также растягивая гласные. — Это ушастая с другого мира! Белый, можно мы с ней поиграем? Цыпа-цыпа-цыпа! Иди сюда, чика!

Бухая компашка вываливается прямо из кустов напротив. Один из них даже не успевает затормозить и падает прямо через невысокий поручень в водоем, подымая кучу брызг. Их человек восемь: шестеро парней неопределенного возраста и внешности, и две девушки. Все пьяные и чересчур веселые, вот только трое из группы сразу идут в мою сторону. Бородатые и слишком веселые, чтобы просто поздороваться.

— Дэлай че хочешь! — лениво бросает один из них. Вижу, что у него осветленные или белые волосы, наверное, поэтому его и называют «Белый».

Быстро нашариваю телефон, прожимая иконку связи с Кирой. Надеюсь, она еще не спит и вовремя сообразит, что делать. чтобы просто поздороваться. Чувствую, как телефон слегка вибрирует в руке — значит, Кирина или взяла трубку, или включился автоответчик, но голоса не слышу.

— Че как? — говорит первый из троицы. Судя по всему — заводила. Лицо плохо видно в полумраке, но разит от него не только алкоголем, но и ароматами «травки». Ситуация из отвратительной стремительно превращается в ужасную. Не хватает только ножей.

— Ты место наше занял, паря, — подгавкивает второй, играя раскладной дубинкой-телескопом. — Ты понял, да?

Говорить больше не о чем и не за чем, но надо как-то потянуть время. Еще и Дранике надо подать знак, чтобы улетела, а потом можно и попробовать отбиться. Хотя, будем честны, шансов у меня никаких…

— А-а-а-а-а-а-у-у-уль, буль глык! А-а-а!

Внезапно позади гопоты раздается дикий, почти нечеловеческий крик ужаса, а спустя мгновение одного из троицы сшибает летящее тело того парня, который упал в бассейн. Со всех сторон доносятся недоуменные возгласы — подтягиваются остальная компашка. Но при виде неторопливо выходящей из воды Драникулианы, недоуменные возгласы превращаются в крики ужаса и страха. Та, усиливая эффект, раскрывает крылья и расставляет руки в стороны, сверкая в свете луны длинными острыми когтями.

— Эти людишки вздумали мешать нам, господин? — спрашивает она, демонстрируя белоснежные клыки. — Вы не будете возражать, если я выпью их кровь и пожру их нежное мясо?

Она оборачивается, глядя на ошеломленных гопников с таким видом, что даже у меня сжимается очко, а что говорить про этих недоумков!

— Ты эта… — говорю, пытаясь прокашляться. В горле пересохло. Но тут встревает главарь.

— Че ты мне тут пи**шь⁈ — орет он. — Вам запрещено нападать на людей, сучья тварь!

Он выхватывает из кармана телескопическую дубинку, и кидается на Дранику, занося над головой оружие!

Глава 9

Преступление и наказание

— Вы подтверждаете?.. — в который раз переспросил усталый полицейский, окруженный не только из ниоткуда появившейся Кириной, но и несколькими сотрудниками Центра, которых я раньше не видел, а также немногочисленными свидетелями и охранниками нашего района.

— Подтверждаем! Подтверждаем! — в который раз принялись соглашаться все, кивая.

— Та-ак, — произнес страж правопорядка, поворачиваясь к нам: Дранике, беспечно стряхивающей чужую кровь с когтей и мне, еще не отошедшему от произошедшего. Потом перевел взгляд на две машины «скорой», поспешно отъезжающих с места происшествия, и, наконец, остановил взор на последнем участнике шоу, развернувшегося сегодня ночью в этом мирном парке. «Белый», которому теперь пора было менять прозвище на «Седой», стоял, опираясь на погнутую стальную лавку, на которой ясно были видны следы когтей. Теперь при свете фонарей ясно было видно, что его осветленные волосы стали полностью седыми. Я отчасти его понимаю, ибо зрелище, которое мне пришлось наблюдать полчаса назад, было совсем не для слабонервных.

— Та-ак, — повторил полицейский, убедившись, что все на месте и никто не собирается бежать. — Значит, потерпевшие… В Обмене участвуете? — добавил он, протягивая мне документы.

— Ага, стажируюсь, — отвечаю, морщась. Какого хрена эти дебилы прицепились? Неужели настолько обнаглели, решив, что за нападение на участников программы Обмена им ничего не будет⁈

— Что значит «стажируюсь»? — напрягся коп, придержав руку с документами.

— Только начал, — развожу руками. — И недели с подписания договора не прошло.

— А-а-а, — протянул полицейский, расслабляясь и окончательно возвращая мне удостоверение.

— Стажёр, с-сука! — прохрипел «Седой», стараясь сжечь меня диким огненным взглядом. Напрасно. Ты — самый обычный слабый человек без каких-либо способностей. Притворившись, что у меня чешется нос, показываю «фак» балбесу, вызывая у того новый взрыв эмоций. Полицейский хлопает папкой с новеньким делом о лавку и кивает напарнику: