Outcast/Отверженный (СИ) - Мейер Лана

- Эштон! Успокойся, посмотри на меня! Чего ты так боишься? Или это очередная игра, в которой я не знаю правил? – я уже не скрывала слез в своем голосе. Мне был противен этот плащ, лофт, сам Эштон, который кажется, сам не соображал, что делает и совсем не отвечает за свои поступки.

- Будет лучше, если ты так и будешь ненавидеть меня. Запомни, меня таким – злым, бессердечным. И не пытайся изменить меня в своем воображении – Ванесса, я не подхожу тебе и никогда не подходил. – он тяжело вздохнул, посмотрев на меня искренне, так как сделал бы это мой друг, или мой любимый человек. Затем он нацепил на себя наглую ухмылку, и закончил:

- Уходи. Такси давно ждет тебя у входа. – просто сказал он и скрылся в ванной своего лофта.

Глава 9.

8 лет назад.

- Эш, ты идешь? – маленькая, одетая в новое, нежно-розовое платье девочка, с удивлением посмотрела на своего друга, ожидая его ответа.

- Конечно иду, Несса. Ты думаешь я боюсь? – с вызовом ответил девочке, её друг и сделав шаг в темную комнату тяжело вздохнул.

- Мой папа ждет нас снаружи. С нами не случится ничего страшного. Это же просто аттракцион, хоть и немного жутковатый. – улыбнулась ему Ванесса, и взяла Эштона за руку.

С легким скрипом, дверь за ними захлопнулась, и они переглянулись. Сегодняшний день был весьма насыщенным – Ванесса упросила отца, взять Эштона с ними в парк аттракционов, и сейчас, после многочисленных развлекательных горок, они решили посетить «лабиринт страха». Вокруг стояла полная тьма, и лишь декорации из фильмов ужасов, на стенах лабиринта, оставались в яркой зеленоватой подсветке. Они оба услышали уханье совы, и вздрогнули от страха.

- Несса, почему ты называешь его отцом? – Эштон вдруг задал вопрос, который не давал ему покоя. – Неужели всего за пару месяцев, можно стать отцом? Неужели, всего за несколько недель, ты нашла себе человека, ближе меня?

- Что..? Эш, какие глупости ты говоришь. – рассмеялась девочка. – Для меня никого нет ближе, чем ты. Ты всегда будешь моим лучшим другом. А теперь у меня ещё есть папа. И я хочу его так называть, потому что он подарил мне семью.

- Но ты же говорила, что я - твоя семья. – снова сказал Эштон, и они с Ванессой, двинулись вперед по темному коридору. Вдруг в лабиринте раздался зловещий смех, который напугал их до ужаса, и они, не сговариваясь, решили побежать вперед.

- Так и есть, Эш. – наконец – то ответила Ванесса, когда они добежали до укромного уголка, где не было ни зловещего звука, не висящих на стенах пауков, и не настоящих приведений.

- Ты изменилась. Ты не носишь мой подарок. А раньше носила не снимая. – сказал Эштон, и посмотрел на шею своей подруги, на которой теперь красовалась золотистая буква «V», украшенная красивыми прозрачными камнями. – Теперь ты носишь это.

- Ну,…понимаешь…папа сделал мне подарок, и мне он нравится. К тому же, я не хочу его обидеть. Он все делает для меня. – улыбнулась Ванесса, и посмотрела в глаза своему другу. – Все будет хорошо, Эш, у тебя тоже будет семья, и ты поймешь меня.

- Да не будет у меня никакой семьи! – вдруг повысил голос мальчик, и вырвал свою руку, из ладони девочки. Только сейчас, в свете зеленой подсветки, она вдруг заметила синяки и ссадины у него на руках, шее, и костяшках пальцев.

- Ты опять с кем-то подрался, Эш? – обеспокоенно спросила она, снова поймав его руку. – Что случилось?

- Ты ведешь себя как нянечка, ни с кем я не подрался. – снова грубо огрызнулся мальчик и пошел вперед, оставляя Ванессу позади, одну наедине с жуткими звуками лабиринта.

- Никуда ты не уйдешь, пока не расскажешь мне, что с тобой происходит! – возразила упрямая девочка, догоняя своего друга. Там Ванесса увидела в углу лабиринта летающих мышей и, завизжав от страха, упала на пол, ударившись коленом о твердую землю.

- Какая ты неуклюжая. – лениво заметил друг, но всё же протянул руку Ванессе, и постарался улыбнуться. Улыбка Эша была уже не той, что несколько месяцев назад – тогда он так искренне радовался за неё, а его чистые, голубые глаза, излучали доброту и счастье. Конечно, Эштон всегда был вспыльчивым, но это не мешало ему быть замечательным другом, который всегда защитит её.

- Хватит обижаться на меня, из-за кулона. Я обязательно одену его…в другой раз. – просто сказала Ванесса, поднимаясь на ноги.

Эштон молча, сжал её ладонь, а потом посмотрел на неё своим долгим и пронзительным взглядом. Его голубые глаза казалось, обладали свойством гипнотизировать людей и вводить их в транс.

- Пойдем отсюда. Дурацкий лабиринт, и совсем не страшный. – наконец сказал Эштон, и повел девочку к выходу, несмотря на то, что там их ждал мистер Куин, которого он не очень хотел видеть.

- Ванесса, где ты так испачкалась? – это были первые слова, которые они услышали, когда снова вышли на свет. – Это этот толкнул тебя? – добавил мистер Куин, презрительно посматривая на Эштона.

- Папа! – возмущенно ответила девочка, смотря на отца. – Я упала, а Эштон помог мне подняться! Его зовут Эштон, пап.

- Я знаю как зовут этого…эм…мальчика. – он окинул рваную одежду Эштона презрительным и беглым взглядом. – Ну что, теперь мы можем отвезти его домой и продолжить наш совместный праздник, принцесса?

- А знаете что, сэр? – вдруг сказал Эштон, обращаясь к отцу Ванессы. Он посмотрел на неё, и потом перевел взгляд на мистера Куина:

- Меня не нужно никуда отводить. Я уже взрослый. – он одел свою бейсболку задом наперед и скрестил руки на груди.

- Эштон…- тихо прошептала Ванесса, протягивая ему руку. Но её друг только ещё больше нахмурил брови и отвернувшись от них обоих, ушел в толпу, слившись с ней.

Он ушел, ушел совсем один, маленький и никому не нужный мальчик. Отверженный.

POV Эштон

Мне нужно было выплеснуть, хотя бы часть своей злобы наружу. Стискивая зубы, я один раз ударил по боксерской груше, больно ударив костяшки пальцев. Такое бывало со мной сотни раз, но сегодня, удар был болезненным даже для меня. Какой же я кретин. Ещё бы чуть-чуть, и для нас бы не было пути назад. Ванесса пробуждает во мне страшные чувства, чувства, о которых я уже давно начал забывать.

Забота. Я забыл об этом чувстве, и только сегодня ночью я проявил его, когда укрывал её одеялом, переодел её в свою футболку.

Нежность. Я думал, что не знал, что это такое, до сегодняшней ночи. Пока она спала, я поправлял её спутавшиеся волосы, закрывающее её прекрасное лицо.

Смех. Её смех и голос, которые стучат у меня в ушах, заполняя мое сознание, наливают тяжестью мою голову, сердце и душу.

Все чего я хочу, это никогда больше не повторять ничего подобного, ничего даже близко похожего на эту ночь, и это утро.