Непристойная Блистательная Ложь (ЛП) - Кендалл Райан

― Ты что-то хотела? ― спрашивает он. Его голос глубокий и слегка запыхавшийся.

― Я… ― Почему я пришла сюда? Когда я не нашла его на кухне и в берлоге, мои ноги сами привели меня к его кабинету. Нет никаких сомнений, что я с нетерпением жду его компанию по вечерам. Я делаю паузу и начинаю снова. ― Мне просто стало интересно, почему ты пришел домой пораньше.

Он испускает тяжелый вздох и запускает руки в свои волосы:

― Мне нужно было кое о чем позаботиться.

Как только он говорит это, мои мысли падают в сточную канаву. Он пришел пораньше домой, чтобы сделать это?

― Ты голодна? ― спрашивает он, выпрямляясь.

― Конечно.

Он поднимается из-за стола и ведет меня в столовую. Видимо, мы не собираемся обсуждать его неудачную попытку мастурбации, или что я поймала его за просмотром порно.

― Присаживайся, ― говорит он, кивая на обеденный стол. ― Я скоро вернусь.

Обычно мы приносим блюда, которые Бет оставляет для нас в столовой, но его услуга мне приятна. Я выдвигаю свой привычный стул, возле его стула, во главе стола и плюхаюсь на него.

Вскоре Колтон возвращается с нашими тарелками и стаканами газировки, украшенными ломтиками лимона. После пробежки, я чувствую, что могу съесть все что угодно, но еда действительно пахнет потрясающе.

Каждый из нас зарывается в комфортную тишину, нависшую над нами.

Вечер ― это то самое время, чтобы задать ему вопросы и хоть чуть-чуть проникнуть в его голову. Я размышляю, о чем спросить его сегодня вечером, когда замечаю его хмурящийся взгляд, направленный на меня.

― Почему ты не ешь? ― спрашивает он.

Я смотрю вниз на пасту «Примавера» на своей тарелке. Он прав. Я едва коснулась ее.

― С твоей сестрой все в порядке? ― спрашивает он, стискивая вилку возле своей тарелки.

Я делаю глоток воды и облизываю губы:

― Да. Думаю, все в порядке. Она начала свой первый курс лечения на этой неделе.

Он задумчиво кивает.

Я не могу не думать, что вмешалась в его жизнь, его привычки, со своим собственным багажом. Может, мне не следовало рассказывать ему о Бекке, потому что то, как он смотрит на меня теперь ― походит на грусть к эксплуатируемой девочке.

― Не жалеешь, что привез меня сюда? ― выбалтываю я.

― А почему я должен? ― спрашивает он, сдвигая вместе брови.

Потому что ты не притронулся ко мне ни разу за эти дни, потому что ты купил меня, чтобы взять мою девственность, но я все еще чиста, так подойдет?

― Неважно, забудь. Я ничего не говорила. ― Неловкая тишина заполняет комнату и каждый из нас продолжает копаться в еде на своих тарелках. ― Так, мне интересно. Почему у тебя нет девушки? ― задаю я следующий вопрос.

Он делает глоток своего напитка, растягивая время.

Колтон 

Софи с интересом смотрит на меня, ожидая услышать про мое семейное положение. Это не то, что я готов обсуждать с ней сейчас, или возможно, вообще никогда. Черт возьми, каждый мускул в моем теле натянут так туго, что я чувствую, будто собираюсь внезапно воспламениться. Я не смог сосредоточиться на гребанной работе и пришел домой, чтобы получить немного облегчения в виде оргазма. Вот только и тут я потерпел неудачу.

Я смотрю в самые красивые, самые невинные голубые глаза, которые когда-либо видел и судорожно выдыхаю. Конечно, мои последние отношения закончились катастрофой, но то, что красивая, учтивая, милая женщина делит со мной дом, не должно превращать меня в кучу гормональной жижи в этом вопросе.

Я должен быть мужчиной. Она на семь лет младше меня. Я купил ее ради гребанного траха. Это заставляет меня чувствовать себя жутким стариком. Хотя что-то подсказывает мне, что это не то, как она видит меня. Нет, когда она смотрит на меня, я вижу, как бьется пульс у неё на шее, вижу, как краснеют ее щеки, словно зрелая ягода. Между нами есть какая-то химическая реакция, основанная на влечении. Она чувствует это. Я чувствую это. И все же мы игнорируем это.

В моих темных фантазиях, я съел бы такую девушку, как она на завтрак. Но я заставил себя не торопиться, и другая моя сторона становится все более очевидной. Эта сторона более добра, более терпелива, и открыта для исследования женщины в этой жизни, впервые за долгое время. Она мне нравится.

Софи по-прежнему смотрит на меня через стол, все еще ожидая услышать мой ответ, на вопрос почему я одинок.

― Думаю, за все это время, меня никто не заинтересовал, ― отвечаю я. Это правда. Я не искал ничего серьезного. Регулярный секс ― единственное, чего мне не хватало, отсюда и моя необдуманная покупка на аукционе. Я был в Сан-Франциско по делам, когда узнал про аукцион. Либо от скуки, либо потому что я чувствовал себя одиноким, но я пошёл туда, только для того, чтобы увидеть вокруг чего вся суета. На самом деле, я никогда не думал, что уйду оттуда вооруженный женщиной. Но доверчивые глазки Софи просили мои, тихо умоляли меня вытащить ее оттуда.

― Ну же, почему ты на самом деле одинок? ― давит она.

― Мы не будем обсуждать это.

― Давай сыграем. Просто позволь мне немного узнать тебя, и я в свою очередь, расскажу все, что ты хочешь знать, ― она улыбается с восторгом, при этом хлопая ресницами.

Ее предложение соблазнительно, ведь я не прочь забраться поглубже в ее голову. Если она хочет правду, я открою ее.

― Исходя из моего опыта, женщинам интересны только две вещи. Деньги и власть. ― Она открывает рот, чтобы возразить, но я поднимаю руку, останавливая ее. ― Ты хотела знать.

Она начинает двигаться, будто хочет что-то возразить, но затем останавливается, опустив руки на свои колени.

― Ты можешь спорить, сколько хочешь, но я говорю сейчас не только о женщинах в моей жизни. Это биология. Ты когда-нибудь изучала эволюционную науку? ― Она качает головой. ― Там женщины ищут большого, крутого пещерного человека ― кормильца, способного защитить ее потомство. Это несложная наука.

Она, кажется, понимает ход моих мыслей, и я продолжаю, сделав еще один глоток своего напитка.

― Они хотят хорошо обеспеченного, преданного мужа, чье богатство обеспечит им тот образ жизни, о котором они мечтают. Чтобы он работал весь день, как раб, зарабатывая на жизнь, в то время, как его невеста трахает чистильщика бассейна. ― Или садовника, как это было раньше. Ребёнка, который учится в средней школе, и который не знает, что делать с членом в своей руке. ― У нее есть все, о чем она мечтала, но ей становится скучно тратить деньги своего дорогого мужа. И скоро, ей необходима новая игрушка, что-то веселое и опасное, чтобы отвлечься. Если не чистильщик бассейна, то обезболивающие таблетки или винный шпритцер (прим. пер.: освежающий напиток, который состоит из белого или красного вина, игристой содовой воды и льда) в десять утра. Поверь мне, Софи, это мир, в котором я вырос. И я хорошо его знаю.