Кровавая Земля (ЛП) - Корнуэлл Бернард

Он перешагнул через груду отбросов и завернул на безымянную улицу. Здесь висело тяжелое зловоние металлургического завода, а грохот из доменных печей перекрывал звуки бегущей неподалеку реки, ныряющей в быстрины. В дымном сумраке лежала дюжина рабов, которые подняли бутылки со спиртным в ироническом приветствии, когда мимо прошел Старбак.

- Почему они не на работе? - удивилась Марта.

- Их труд очень тяжел, - ответил Старбак. - Нельзя пороть человека, который тяжко трудится, мэм. Приходится давать им некоторую свободу, когда рабов отправляют на металлургический завод, они могут уходить и приходить по своему усмотрению. Пока они остаются здесь и не выходят в центр города, никто не возражает. Это их территория, а не наша.

- Но ведь Мэтью не мог сюда прийти, правда?

- Многие солдаты поступают именно так. Здесь нет никаких правил, а выпивка дешевая.

У угла стоял безумный проповедник в черном пальто по щиколотку, возвещая благие вести о том, что город посетил Христос, но никто его не слушал. В стельку пьяная женщина-карлица каталась по мостовой, распевая, но больше людей на улицах не было. Полдень был колдовским часом в Аду, когда солнце светило ярче всего и обитатели Скримерсвиля спали, готовясь к своим ночным занятиям. Старбак наугад выбрал таверну и нырнул внутрь. На скамейках скрючились несколько солдат, но Поттера среди них не было. Один предложил Марте доллар, чтобы она поднялась с ним наверх, а другой посмотрел на нее, похотливо вздохнул, а потом его вырвало.

- Я вам говорил, - сказал Старбак, выведя ее обратно на улицу, - что это не место для леди.

- Черт возьми, майор, - решительно заявила Марта, - настоящая леди не вышла бы замуж за Мэтью Поттера. И вообще, я и кое-что похуже слышала.

В этот день она и правда услышала кое-что похуже, но держалась поближе к Старбаку, пока они исследовали лачуги вдоль каналов, где находилась большая часть заведений Ада. Запахи вызывали тошноту: смесь угольного дыма, блевотины, нечистот и самогона. Их немедленно выпихнули из одного из заведений четверо чернокожих, игравших в карты. В углу помещения сидела худая белая женщина с покрытым синяками лицом. Когда вошел Старбак, она сплюнула, а один из мужчин поднял дробовик и ткнул им в лицо незнакомца.

- Она не хочет, чтобы вы здесь находились, мистер, - сказал чернокожий.

Старбак понял намек и попятился обратно в переулок.

- Я разыскиваю друга, - поспешно объяснил он.

- Но не меня, солдатик, и не их, - раб махнул в сторону своих приятелей, - и не ее, и никого, кто бы находился здесь, - он помолчал и окинул Марту долгим оценивающим взглядом. - Хотя она может войти.

- Не сегодня, - отозвался Старбак.

- Ему не следовало разговаривать так заносчиво, - запротестовала Марта, когда дверь захлопнулась. - И откуда у него ружье? Это не разрешено!

- Мэм, - вздохнул Старбак, - я объяснил вам, что здесь нет правил. Он с удовольствием бы затеял драку, и через минуту дюжина чернокожих от меня бы живого места не оставила.

- Так не должно быть.

- Изнанка Дикси, мэм. Сладкая свобода, - он мягко направил Марту ко входу в переулок, чтобы увести ее подальше от разъяренной женщины, которая гналась по улице за мужчиной, выкрикивая ему вслед оскорбления. Ссора разрослась, когда к ней присоединились соседи.

- Гравитация общества, - сказал Старбак.

- Что это значит?

- Это значит, что мы все идем вниз, мэм, пока не опустимся на самое дно.

- Некоторые и начали не слишком высоко.

- Так продолжайте подъем, мэм, продолжайте подъем.

Господи, подумал Старбак, если бы не армия конфедератов, он, наверное, оказался бы в этих трущобах. Он сбежал из Новой Англии из-за женщины, стал ради нее вором, и лишь разразившаяся война открыла ему возможности. Что бы он делал без войны, гадал Старбак. Стал бы клерком и искал утешения в дешевой выпивке и женщинах, наверное. А чем он займется, когда война закончится?

- Вы женаты? - внезапно спросила Марта.

- Нет, мэм,

Старбак распахнул дверь и обнаружил за ней арену для петушиных боев и виде круга, огороженного тюками соломы. По покрытому перьями и кровавыми пятнами полу бегали крысы, и Старбак наполнил хибару солнечным светом. На соломенных тюках, предназначенных для зрителей, спал военный, но он не был пропавшим лейтенантом.

- Мэтью хорош собой, - сказала Марта, осмотрев спящего, у которого недоставало одного глаза и большей части зубов.

- Поэтому вы и вышли за него? - спросил Старбак, вернувшись на улицу.

- Жениться на скорую руку, да на долгую муку, - всегда повторяла моя бабушка, - печально заметила Марта.

- Я слышал подобный совет, - согласился Старбак и перешел на другую сторону улицы, открыв очередную хлипкую дверь. И за ней они обнаружили Мэтью Поттера.

Точнее, Марта узнала человека, спящего на деревянном полу крыльца, которое заскрипел под их шагами. Из-под досок врассыпную бросились крысы, побежав в сторону канала.

- Мэтью! - воскликнула Марта, встав на колени возле мужа, на котором не было ничего, кроме серых штанов.

Поттер не проснулся. Он застонал и завертелся во сне, но не открыл глаза.

- Я всё гадала, придет ли за ним хоть одна душа, - у двери крыльца появилась чернокожая женщина.

- И давно он здесь? - спросил у нее Старбак.

- Так давно, что я думала, он корнями врос. Любит выпивку, да?

- Я слышал, просто обожает.

Женщина вытерла нос уголком фартука и усмехнулась.

- Милый парень. Так славно говорит. Даже жаль его немного. Я даже накормить его пыталась, но он не желает есть, только спиртное лакает.

- Он продал вам свою сорочку, так?

- И китель, и ботинки. Всё, что имел.

- А револьвер?

- Он бы этого не сделал, сэр. Это же против закона, так? - она ухмыльнулась, и Старбак усмехнулся в ответ. - Говорит, что из Джорджии, - сказала женщина, уставившись на распростертого лейтенанта.

- Так и есть.

- Сын священника, да? Эти всегда хуже всех, - засмеялась женщина. - Он немного танцевал и даже стихи читал. Милые стишки, я бы всю ночь его слушала, да только он свалился. Это его жена?

- Да.

- Вот уж не повезло. Никогда не понимала, почему хорошие женщины выходят за дрянных мужчин.

- К счастью для нас, они поступают именно так, да?

Она улыбнулась.

- Собираетесь его забрать?

- Полагаю, что так.

- Что ж, он неплохо провел время. Он об этом не вспомнит, но так оно и было. Печально думать, что он, возможно, получит пулю янки, такой милый парень.

- Он не просыпается! - запричитала Марта.

- Проснется, - обещал ей Старбак и оттащил ее от мужа, заставив зайти в хибару. - Ждите здесь, - велел он, и как только увел ее с крыльца и закрыл дверь, взял Поттера за подмышки и сначала усадил его, а потом поставил на ноги. Это было не сложно, потому что Поттер был высоким, но хрупкого сложения и тощим как столб. Старбак прислонил лейтенанта к стене хибары.

Поттер наконец зашевелился.

- Сколько времени?

Как и сказала Марта, он обладал привлекательной внешностью, прямыми белокурыми волосами и светлой недельной щетиной. Его вытянутое худое лицо с тонкими чертами придавало Поттеру вид страдающего благородства, и когда он был трезв, вероятно, можно было предположить в нем одухотворенность и некоторую артистическую чувственность, но сейчас, когда он мучился от жуткого похмелья, лейтенант выглядел просто как побитый и несчастный щенок. И щенок очень молодой, решил Старбак, точно не старше девятнадцати. Лейтенант попытался поднять голову и вяло моргнул.

- Здрасте, - только и смог он сказать.

Старбак с силой врезал ему в живот, так что даже выдохнул от усилия, и Поттер широко открыл глаза, а потом согнулся пополам. Он чуть не упал, но Старбак отпихнул его обратно к стене и предусмотрительно отошел в сторону, когда Поттера вырвало. Старбак сделал еще шаг в сторону, чтобы брызги блевотины не попали ему на ботинки.

- Иисусе, - пожаловался Поттер, вытерев рот. - Вы чего?