Лорд Очарование - Сьюзен Робинсон

Он сузил глаза:

— Ты его отравила?

— Не сегодня вечером.

— Благодарю, — ответил он.

— Могу это сделать завтра.

И не сказав больше ничего, Твисл удалилась к буфету. Пен мило ему улыбнулась, после того, как ушла Твисл. Он отрезала для него кусок пирога, по размеру подходящий для троих.

— Я сама следила за Твисл. Весь день.

Он предложил ей кусок своего пирога, но она покачала головой. — Я предпочитаю Уорденский пирог. Мне нравятся груши.

— Возможно потому, что они сочные и спелые, прямо, как Вы.

Она уставилась на него.

— Я? Я костлявая и у меня плоская фигура. У меня квадратный подбородок и я могла бы сойти за парня, если меня подстричь. Нэни говорит, что я напоминаю сверчка.

— Но мне Вы нравитесь. А! Вы краснеете.

— Ешьте Ваш пирог, Тристан.

Он положил пирог, наклонился ближе и посмотрел ей в глаза. — Я бы с удовольствием.

Ее глаза чуть не оказались на лбу, когда он коснулся ее бедра. Она подпрыгнула на стуле и взвизгнула. Она отбросила его руку и, взяв пирог, запихнула его в Тристана. Так как рот его был открыт, он не смог сопротивляться. Пирог занял все пространство между губами. Он смеялся и жевал одновременно, а она, наклонив голову, ела свой грушевый пирог.

Она продолжила запихивать в него пирог, и он принял ее вызов. Он съел всю начинку и крошку от корки, потом попросил добавки.

— Но больше ничего нет, — отвечала она вне себя от изумления. Он взял у нее кусок Уорденского пирога и смел все подчистую с половиной кувшина эля. А потом он ухмыльнулся.

— Если Вы думали, что я стану сонным из-за большого количества съеденного, то вас ожидает разочарование, госпожа Фейрфакс. Я собираюсь доесть Ваш Уорденский пирог, а потом Вы и я пойдем в оружейную.

— Но мы не можем.

— Глупости.

— Мы не можем уйти пока… пока не выступит Дибблер.

Он почувствовал смятение.

— Дибблер.

— Да, он сочинил песню.

— Иисусе, сохрани меня.

— Сейчас, Тристан, он очень трудился над ней.

Тот устроился поглубже в кресле, устроил свой подбородок себе на грудь, а Пэн подала сигнал Дибблеру. Вдохновленный капитан замковой стражи прошел между веселящимися жителями замка и деревни, чтобы поклониться перед помостом.

Он намазал маслом свою челку так, чтобы она полукругом прикрывала его череп. Его камзол из поношенного блестящего бархата почти прикрывал его брюшко. Желтые лосины провисали на коленях и лодыжках. Дибблер провел рукой по волосам, посмотрел на эту руку, и тайком вытер ее сзади о лосины. Эрбут, даже более розовый, чем всегда, и дышащий ртом, присоединился к старшему по званию и стал бренчать на лютне. Дибблер одну руку приложил к сердцу, другую выставил вперед, оттопырив палец.

Эй, Эй, скрипка дзинь-дзинь,Моя любовь пришла со мной жить.Эй, эй, время быть глупым,Прыгай в стог сена, и будь безрассудным!

Тристан поморщился и прижал подбородок к вороту своего камзола.

— Божье дыхание!

— Тише, Тристан, — Пен толкнула его руку своим локтем. — Вы обидите Дибблера.

— Как я могу обидеть грубияна, который бродит по этому месту, хныча и крича про глупости и стога сена таким голосом, который бы и глухому не понравился?

К счастью, четвертый стих Дибблера был прерван, когда в зале появился запыхавшийся потный Сниггс в своем заплатанной одежде.

— Госпожа, Марджери исчезла!

Эрбут порвал струну на лютне. Дибблер запнулся на слове «глупец» — а Пен вскочила на ноги.

— Когда? — спросила она.

— Не знаю, госпожа. Где-то между ее последней кормежкой и теперь, когда я зашел проведать ее и вычистить ее комнату.

Пэн отбросила салфетку и метнулась к лестнице на галерее, позади помоста. Тристан, уже чувствуя последствия пиршества, тем не менее отбросил кресло в сторону и последовал за ней. По пятам за ним бежали Сниггс, Эрбут, Дибблер, Твисл и большая часть тех, кто был в зале.

— Одна вы не пойдете. Разума что ли у Вас нет? Кутвелл, без сомнения, явился за своей обожаемой свинкой и мог где-то затаиться. Разве я Вас об этом не предупреждал?

Он побежал вверх по лестнице в комнату Марджери, а Пэн следом за ним. Комната была пуста, дверь открыта настежь. Он посмотрел наверх, но ничего не увидел. Позади толпились слуги Пен, спотыкаясь друг о друга. Он услышал визг Сниггса.

— Ой! — Сниггс сорвал колпак с головы и стал хлестать ею Дибблера.

— Смотри, куда прешь своими бычьими копытами, ты, мерзкое дерьмо!

Дибблер принялся колотить Сниггса обеими руками.

— Хромой гомик, убирайся с дороги!

Тристан закричал:

— Тихо!

Шумящая толпа застыла. Тристан, нахмурившись и тиснув зубы, смотрел на них.

— Как вы думаете, будет ли Марджери тихо себя вести, когда Кутвелл станет выпихивать ее из имения?

Пен нахмурилась и приложила палец к губам. Головы повернулись, все затаили дыхание. Дибблер не упустил возможности ущипнуть Сниггса за руку. Сниггс ударил Дибблера по голени и капитан стражи издал тихий вскрик. Тристан поднял руку, как будто готовясь нанести удар, и они тут же замолкли. Все прислушивались.

Спустя несколько мгновений, Тристан услышал далекий визг протеста.

— Слушайте.

Он указал наверх башни. Визг снова повторился. Пронзительный, высокий визг оскорбленного королевского достоинства. Тристан бросился наверх башни. Он прошел всего три ступеньки, когда Пен схватила его за рукав, и крепко вцепилась. Он взял ее за руку и скользнул в проем, ведущий на внешнюю стену. Они появились вовремя, и увидели через распахнутые двери следующей башни, как воин Кутвелла тащит веревку.

Тристан кинулся к стене и взглянул за нее. Внизу и справа он увидел воинов, держащих свечки, и толстого человека, должно быть это был сам Кутвелл, среди них. Их внимание занимало что-то висевшее на полпути вниз.

Тристан указал Пен на это, когда она присоединилась к нему. — Смотрите.

Туша свиньи Марджери покачивалась и перевешивала импровизированный канат, проплывала, удерживаемая веревкой. Пока они наблюдали, ее ноги шевелились, а воин опускал ее все быстрее и быстрее.

— Нет, не надо, — воскликнула Пен. Она бросилась к мужчине с веревкой.

Тристан попытался схватить ее, но промахнулся, затем прыгнул за ней. Он была почти над мужчиной, когда Тристан вытянулся, обхватил рукой ее за талию и сбил ее с ног.

— Нет, Тристан!

Воин увидел их, размотал конец веревки, затем схватил другую, привязанную к бойнице. Пока Тристан уклонялся от кулаков Пен, тот исчез за стеной вслед за Марджери. К тому времени, когда Тристан утихомирил Пен, явились Дибблер и остальные, и стали выкрикивать оскорбления в адрес Кутвелла и его людей. Пен накинулась на него.