Лживая игра - Сара Шепард

Может быть, поэтому я была здесь - я должна была раскрыть мое собственное убийство.

Глава 11

ОСТЕРЕГАЙСЯ ДЬЯВОЛЕНКА!

Десятью минутами позже Эмма стояла в женской уборной на первом этаже Холиер Хай.

В обложенной розовым кафелем комнате пахло чистящим средством и лежалыми сигаретами.

К счастью, из кабинок не виднелись ничьи ноги, и никто не толпился у раковины.

Эмма уставилась на отражение своего заплаканного лица в грязном зеркале.

Круги под глазами, морщины на лбу и красные пятна на щеках и подбородке всегда появляются, когда она плачет.

Она попыталась улыбнуться, но уголки губ опустились сами собой.

- Возьми себя в руки, - ругала она свое отражение.

- Ты сможешь сделать это.

Ты можешь быть Саттон.

Она должна была, но пока не придумала как заставить кого-нибудь поверить ей.

Она, несомненно, справилась прошлой ночью, но тогда она не знала, что происходит на самом деле.

Скорбь опять напомнила о себе, заставляя новые потоки слез катиться по щекам.

Девушка взяла бумажное полотенце из дозатора.

Сколько раз Саттон была в этой уборной? Сколько раз она вглядывалась в это зеркало? Что бы она чувствовала, узнав что Эмма заняла ее место?

Если честно, я не знаю.

Как Эмма может вычислить того, кто убил меня... притворяясь мной? Это кажется невозможным.

И все же... Только Эмма и мой убийца знали, что я мертва.

Она мой единственный шанс.

Прозвенел звонок.

Эмма нанесла немного консилера, который нашла на дне сумки Саттон, под глаза, вспушила волосы и вышла из двери так уверенно, как могла, несмотря на подступающую тошноту.

Коридор был заполнен людьми, стоявшими у своих шкафчиков. Обнимающиеся и радостно визжащие девочки, рассказывающие друг другу о своих летних каникулах, и парни в свитерах игроков футбола и баскетбола, пихающие друг друга в фонтаны.

- Привет, Саттон, - крикнула девушка, только она появилась.

Эмма натянула улыбку.

- Не могу дождаться твоей вечеринки в следующую пятницу! - выкрикнул парень из другого конца коридора.

Из классной комнаты на нее смотрели две девушки, перешептываясь и показывая пальцем.

Эмма снова вспомнила о записке.

Кто угодно мог написать ее, даже кто-нибудь из школы.

Девушка вытащила расписание, которое за завтраком ей дала миссис Мерсер.

К счастью, она была близко к кабинету 114, где проходил первый урок Саттон, что-то зашифрованное как Н-103.

Только Эмма пересекла дверной проем, она увидела большие черный, красный и желтый флаги, висящие у доски.

Плакат, стоящий на учительском столе гласил УВАЖАЙТЕ МОГУЩЕСТВЕННЫЙ УМЛЯУТ. (Умляут - это специфические немецкие буквы, которых нет в стандартном латинском алфавите: д, ц, ь, Я. - прим. переводчика)

Вдоль дальней стены висел плакат, на котором изображен пухлощекий мальчик в ледерхозе. (Лемдерхозе - кожаные штаны, национальная одежда баварцев и тирольцев. Носятся обыкновенно на кожаных же подтяжках, перед штанов может быть довольно богато украшен вышивкой или тесьмой. - прим. переводчика.)

Речевой пузырь у его рта содержал слова EINS, ZWEI, DREI! (С немецкого ОДИН, ДВА, ТРИ - прим. переводчика)

Эмма нахмурилась.

"Н" в расписании означало немецкий.

А единственными немецкими словами, которые она знала, были один, два и три.

Превосходно.

Захотелось снова заплакать.

Большинство детей улыбнулось ей, когда она шла по проходу на свое место, которое было в конце прохода.

А потом она заметила темноволосового парня, сидевшего у окна и смотревшего на красную беговую дорожку: это был Итан, рассеянный парень, которого Эмма встретила прошлой ночью.

Мистер Вечно недовольный.

Итан оглянулся через плечо, будто почувствовав, что Эмма за ним наблюдает.

Его глаза, казалось, ожили, когда он ее увидел.

Эмма приветливо улыбнулась.

Он улыбнулся в ответ.

Но когда другая девушка, идущая к своему месту девушка, промурлыкала "Привет, Итан" он только еле заметно кивнул.

- Псс! - раздался голос с другой стороны комнаты.

Эмма обернулась и увидела блондинистую голову Гаррета несколькими рядами далее.

Он помахал ей и подмигнул.

Эмма помахала в ответ, почувствовав себя при этом какой-то самозванкой.

Чтобы бы подумал Гаррет, если бы узнал, что Саттон на самом деле мертва? А сейчас я даже не могу ничего ему рассказать.

Снова раздался звонок и все поплелись на свои места.

Азиатка с короткой мужской стрижкой, одетая в длинное синее платье, выглядевшее слишком жарким для теплой Аризоны, спокойно вошла в комнату.

Фрау Фенстермахер - написала она на доске остроконечным почерком.

Эмма задалась вопросом, изменила ли она свою фамилию для большей убедительности.

Фрау Фенстенмахер спустила очки на нос, когда рассматривала список класса.

- Пол Андерс? - рявкнула она.

- Здесь, - пробормотал парень в темных очках и в футболке с медведем гризли.

- На немецком! - В учительнице было всего полтора метра, но в ней было что-то солидное и грозное. Казалось, что она вполне могла надрать чью-нибудь задницу.

Эмм... -

Пол покраснел.

- Ja.

- Звучит как yah.

- Гаррет Остин?

- Ja, ja.

Гаррет сказал это точно как шведский шеф-повар.

Все захихикали.

Фрау Фенстермахер продолжила перекличку.

Эмма нервно провела рукой над символом анархии, высеченным кем-то на верхней части ее стола.

Скажи ja, когда она назовет Саттон Мерсер, повторяла она про себя снова и снова.

Эмма была уверена, что забудет.

Спустя еще девять "ja" фрау Ферстенмахер побледнела как лист бумаги.

- Саттон Мерсер? - сказала она самым сердитым голосом из всех возможных.

Эмма открыла рот, но не произнесла ни звука, казалось в ее горле застрял фаршированный шницель.

Все повернулись и уставились на нее.

Снова раздались смешки.

Фрау нахмурилась.

- Я вас вижу, фройлен Мерсер.

И я также знаю, кто вы.

Вы дьяволенок.

Но не на моих занятиях, да? - прошипела она.

Весь класс повернулся от Эммы к фрау Фенстермахер, как будто наблюдая матч по настольному теннису.

Эмма облизала сухие губы.

- Верно, - проговорила она охрипшим голосом.

Все снова засмеялись.

- Я слышала, что ее за лето дважды почти арестовали, - сказала девушка в длинной жилетке и узких джинсах своей соседке с волнистыми волосами.