Плутовка под прикрытием (СИ) - Бахтиярова Анна

— Нет. Я вызову такси.

Я произнесла это стальным тоном, и Джонатан не стал настаивать. Но прежде поцеловал на прощание. Нежно и многообещающе. Так, что захотелось расплакаться от обиды на вселенную. И чего, спрашивается, ей вздумалось подобрать для меня мужчину, с которым встречаться категорически не следует?

…Домой я приехала совершенно опустошенная. Всю дорогу думала о произошедшем. Нет, ни о чем не жалела, как и заверяла Джонатана. Но вдали от него разум, наконец, взял верх над эмоциями, и накрыло осознание, что я погорячилась, переступив черту. Последствия неизбежны. Для нас обоих. И вероятно, для близкого окружения. Для наших сестёр.

Что же делать? Что мне теперь делать? Джонатан не потерпит, если я дам задний ход. Сегодня в спальне он получил от меня не меньше, чем я от него. Лисья страсть увлекла нас обоих. Я рванула за ним, как за добычей, но теперь в эту самую добычу превратилась сама. Всерьез и надолго. В представлении Джонатана точно.

…Дома ждал очередной сюрприз.

— Не поверишь, кто звонил, — ко мне вышла хмурая Фейт.

— Подозреваю, что не Грейсон, к его звонкам здесь уже привыкли, — отозвалась я, с наслаждением скидывая туфли на каблуках. — Аманда Прейскотт?

Фейт кивнула.

— Велела передать, что ждет нас завтра в кафе в одиннадцать утра. Вот, — сестра протянула лист бумаги, — здесь адрес. Она сказала, что ждёт нас троих: тебя, меня и Джоди.

Я чертыхнулась от души. А госпожа мэр не теряет времени. Прошло всего ничего с ее обещания вытащить нас с сестричками для знакомства, и вот, пожалуйста. Могла бы для приличия нашими планами поинтересоваться. Но нет. Где она, а где мы.

— Я не пойду, — пискнула Джоди, выйдя к нам бочком.

И не скажешь, что обычно это весьма бойкий лисенок-подросток.

— Разумеется, не пойдешь, — кивнула я и печально глянула на Фейт. — А тебе придется. Отсутствие двух гостий сразу Аманда Прейскотт не потерпит.

— Зачем ей мы? — Фейт смотрела грозно. Не лиса. Волчица!

— Если бы я знала. У нее некие весьма загадочные отношения с Джонатаном. Или были отношения с его отцом — Арманом Льюисом. Я уже запуталась, если честно. Но раз этот позёр выдал меня за невесту, приходится отдуваться. Не ему. Мне!

— И нам, — пробурчала Фейт и прищурилась. — Главный охотник теперь Джонатан, а не Льюис? Серьезно, Бри?

— Не придумывай того, чего нет, — огрызнулась я. Как же всё допекло! И все! — Просто сорвалось. Он же «жених». А жениха принято звать по имени. Ладно, вы как хотите, а я спать. Не помешает набраться сил перед завтрашним… шоколадопитием.

****

Утром я чувствовала себе совершенно не способной на подвиги. Такие, как общение с Амандой Прейскотт. Но выбора ведь не предлагалось. Пришлось использовать «запрещенный прием». Перекинуться, полежать с полчасика лисой, дабы мысли и чувства стали… хм… менее сложными. Мне полегчало. Немного. Но этого хватило, чтобы заставить себя собраться и выйти из дома в компании Фейт.

— О чем с ней говорить? — спросила сестра по дороге.

Мы шли пешком. Благо кафе госпожа мэр выбрала недалеко от нашего дома. Фейт облачилась в лучшее платье, я же предпочла строгий деловой костюм. В нем было уютнее, если это слово вообще подходило к ситуации.

— Желательно ни о чем не говорить, но, боюсь, этот вариант леди Прейскотт не устроит, — проворчала я, щурясь на яркое солнце. Погода стояла отличная. Идеальная для прогулок. — Будет задавать вопросы, отвечай односложно. Можешь рассказать о работе. Лучше вообще говори только о работе. Семью старайся не упоминать. Ни Джоди, ни тетю Маргарет. Не понравилось мне, как эта дамочка оживилась, услышав ее имя.

— Ну… тётушка в прошлом была личностью известной, — заметила Фейт, найдя самое безобидное объяснение.

— Верно. Но вряд ли Аманда Прейскотт переступала порог «Черного тюльпана». Тем более, клуб мужской, а женщины там либо официантки, либо компаньонки.

— Что правда, то правда, — согласилась сестра. — А на работе у тебя проблем не будет? Не обвинят в прогуле?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет. Там знают, что у меня важная встреча, которую не отменить.

Так и было. Я позвонила в «Пристанище духов», едва проснулась. Поговорила с Валентайном. Он порывался позвать к телефону хозяина, но я протараторила всё, что хотела, и повесила трубку. Сказала, мол, господин Льюис в курсе, что сия встреча намечалась, просто не знал, что она состоится сегодня. Теперь стараниями дворецкого узнает. Так что моя совесть чиста.

Не хотела я говорить с Джонатаном. Не хотела и всё.

— Пришли, — оповестила Фейт с нотками печали в голосе и кивнула на вход в кафе под названием «Темный шоколад». — Не шибко оригинально назвали, да?

— Почему? Возможно тут двойной смысл. «Темный» звучит загадочно.

Фейт негодующе фыркнула.

— Загадочно? Мало тебе загадок в жизни, Бри?

Я предпочла не отвечать. Подавила тяжкий вздох и, взяв сестру за руку, шагнула внутрь.

Аманда нас уже ждала. Сидела у окна в пустом зале (других посетителей нынче в кафе не пускали) и читала газету. Увидев нас, она отложила свежую прессу в сторону, подарила улыбку мне, перевела взгляд на Фейт и вздрогнула.

— Присаживаетесь, леди, — проговорила приветливо, мгновенно придя в себя. — Рада вас видеть. Обеих. Жаль, что не всех троих. Надеюсь, с младшей сестрой всё в порядке?

— Да, — заверила я, устроившись за столиком и оглядывая стол в поисках меню. Очень хотелось за ним спрятаться. — Она так нервничала из-за встречи с вами, что у нее поднялась температура. Невысокая. Но я решила, что ей лучше остаться дома. Не хватало, чтобы совсем разболелась.

— Правильно решила, — закивала Аманда. — Познакомимся с Джоди в следующий раз.

Я едва сдержала звериное рычание. Следующий раз?!

Еще не хватало!

— О! Ты ищешь меню? — сообразила Аманда. — Я всё заказала. Надеюсь, вы не против довериться моему вкусу. Я знаю все здешние блюда. Видите ли, кафе принадлежит мне. Выкупила его лет десять назад. Инкогнито. Всегда хотелось управлять подобным милым местечком. Это моя отдушина.

— Мы не против довериться вашему вкусу, леди Прейскотт, — лучезарно улыбнулась я.

Отдушина? Неужели, замужем за мэром так плохо?

С другой стороны, чужая жизнь — всегда загадка. Мы видим лишь фасад, а всё, что за ним, покрыто мраком. Наша семья тоже не исключение. Как и семья Джонатана.

— С Сабриной мы немного познакомились в нашем загородном доме, — проговорила Аманда, когда перед нами появились тарелки с шоколадными пирожными и бокалы с молочными коктейлями. Для меня она заказала виноградный, для сестры клубничный. — Твоя очередь, Фейт. Расскажи о себе.

Моё сердце отчаянно затрепыхалось. Вот что, спрашивается, прицепилась, колючка репейная? Будто без нее проблем мало!

— Особо рассказывать нечего, леди Прейскотт, — пожала плечами Фейт, отламывая ложечкой кусочек пирожного. — Я портниха. Работаю на дому. Люблю свою работу. Люблю наряжать дам, делать их красивее, подчеркивать достоинства и скрывать недостатки. Едва очередная клиентка переступает порог, я уже вижу, что можно для нее сшить. То же самое с тканями. Беру в руки и сразу вижу новый фасон платья. Для меня ткани всё равно, что полотно для художника. О! — Фейт выдавила виноватую улыбку. — Я слишком много говорю, да? Но я, правда, люблю свою работу.

Здесь сестра не кривила душой. Когда она только начала шить, меня одолевали сомнения. Не такое будущее я хотела для нее. Считала сидение за швейной машинкой, скорее, злом, чем благом. Но работа спорилась в руках Фейт. Она действительно создавала маленькие шедевры. Из дешевых тканей для небогатых клиенток. Но шедевры!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Что ты, — запротестовала Аманда. — Мне интересно послушать. Это потрясающе, когда девушки и женщины находят занятие по душе. Мы созданы для большего, чем быть просто женами и матерями. Верно говорю, девочки?

— Верно, — согласилась Фейт. Абсолютно искренне.

Я же промолчала, уставилась в тарелку в ожидании новых вопросов Аманды. Как же хотелось взять ее за шиворот и встряхнуть, как котенка, чтобы призналась прямо, какого черта затеяла. И в чем тут дело: в Джонатане Льюисе или в нашей тетке. Я бы предпочла первый вариант. Вероятная связь Аманды с тетушкой Маргарет напрягала так, что шерсть… то есть волосы вставали дыбом.