Знак ворона - Ингвар Хольгерсон

- Сударь, там сейчас дворянин какой-то из столицы приехал. Хочет вас видеть.

Сон исчез мгновенно. Лайонел пригладил спутанные волосы, неосознанно подражая этим жестом маршалу Дэниелу, и резко спросил:

- Где он?

- В караульной ожидает, у городских ворот.

- Грамоты какие-нибудь предъявил?

- Нет, сударь, у него золотой медальон, а на нем корона и роза.

Ох, час от часу не легче! Такие медальоны носят только принцы да особо доверенные лица, вроде барона Герберта. Это-то кто, интересно?

- Свита при нем велика?

Паж протер слипающиеся глаза.

- Да он, сударь, вроде как и без свиты, один охранник с ним, да и тот наемный, из бродячих, вроде.

- Проводить немедленно. Я его приму прямо здесь.

Оставшись один, Лайонел еще раз ополоснул лицо, причесался, потом критически оглядел себя. Да, хороши сапоги, как глину месил. Будить никого из пажей не хотелось, и Лайонел для приблизительной чистоты сам прошелся по ним щеткой. Потом сменил обычный плащ на парадную накидку, вышитую серебром и отороченную полинявшим уже мехом куницы, и счел приготовления законченными.

В голове царила полная каша. Ну ничего же себе событие - не пойми откуда взялся эмиссар короны, притом, похоже, проскакавший всю бурлящую Каринтию в сопровождении одного телохранителя. Да еще и с медальоном. А значит, с такими полномочиями, что вполне может не только сместить самозваного маршала, но и самого принца от командования отстранить. Только вот с чего его принесло в Кариссу, а не в Илвит? Или еще не знает о произошедшем расколе? Тогда нам повезло, первому рассказчику всегда доверия больше. Только рыпаться нельзя ни в коем случае: "Слушаюсь, ваша светлость", или кто он там? Ну, ладно, пускай будет "светлость". "Готов отдаться на справедливый королевский суд и понести любое наказание, только после победы. Потому что передовые отряды мятежного Гельмунда в количестве около тысячи конных, коими командует Эдмунд фон Вирден, гельмундов племянник, уже Лейн перешли. А за ними идет и сам мятежник вместе с Орденом."

Нет у этого Эдмунда тысячи конников, хорошо, если пять сотен есть. Имея надежный тыл, один Лайонел с пограничниками в два счета бы его обратно за реку вышиб, и мосты бы уцелевшие разрушил к той матери. Только вот нет надежного тыла. Красавица-Карисса в тылу, скрытая стенами, как устрица панцирем, и под тем каменным панцирем такая же мягкая и уязвимая.

В дверях снова появился сонный паж.

- Господин посол здесь, сударь.

Господин посол, не дожидаясь особых приглашений, отодвинул пажа и прошел в комнату. А за ним протиснулся и телохранитель в нордмарском шлеме и кольчуге и молча занял место в углу. Лайонел поднялся навстречу важному гостю, и они замерли, изучая друг друга.

Нет, чего-то Лайонел в происходящем не понимал. Ну не может придворный хлыщ пересечь полстраны без кучи воинов и слуг, в сопровождении одного только человека. Не выдержит. А боевой рыцарь, ветеран, никогда не нацепит на пояс по-дурацки длинный клинок, в котором легче легкого запутаться, и не будет он сразу, с дороги, бриться до блеска и завивать волосы.

Рейвен тоже окинул Лайонела взглядом. Красавчик, хоть портрет пиши... был. И явно бабник. Еще бы, с такой-то внешностью. Только потрепала красавчика невеселая военная жизнь, последний раз переспал он, судя по глазам, неделю назад с какой-нибудь кухонной девкой, да и то в перерыве между полуночной и рассветной стражами. Но умен. Вон какая дума на лице. Ладно, сейчас мы тебя заставим мозгами скрежетать.

Посланец изящным жестом перебросил Лайонелу золотой медальон на тонкой цепочке. Да, сомнений никаких, такое не подделаешь. С одной стороны корона и роза, с другой - корона и солнце. Чрезвычайный эмиссар, особо доверенный. Расположился, гад, в кресле, как хозяин.

- Рей, виконт Корвилль. А вы, если я не ошибаюсь, Лайонел, виконт Освик, третий сын графа Альреда, удельного властителя северного Приморья.

- Да, ваша светлость. - Пускай-таки будет "светлость". Сочтем, что золотой медальон делает из виконта полноценного графа. Ладно, теперь пора радовать посланца. - Если вы с поручением к Его Высочеству, то он ныне, в связи с болезнью, квартирует в замке Илвит. А я здесь готов принять вас, как старший по должности и высший по происхождению.

А посланец крутит пальцами темный локон:

- Я в курсе. И решил навестить сначала вас, маршал.

Ох! Вот это номер! Откуда знает?.. И что теперь делать? Вот тебе и хлыщ придворный. Погоди-ка, Корвилль... Нет, не помню. В мои времена при дворе это имя не произносили. Значит, либо новый выдвиженец, либо кто-то из старых, из опалы возвращенный. Интересно, сколько ему лет?

- Только не оправдывайтесь, виконт. Что слышно о Гельмунде?

- Идет сюда. Эдмунд, его племянник, позавчера занял мосты. Так что ждем со дня на день.

- А вы знаете, что сюда сползается шваль со всей Каринтии? Ополчение, так сказать.

Знаем, знаем. А вот ты-то откуда знаешь, змеев сын? Этого тебе в столице сказать не могли.

- Да, ваша светлость. Один, особо ретивый, уже дополз. Щит вы могли видеть на городской площади. А мятежным сбродом кишат все окрестности. Однако мастер Ральф, капитан гвардии, уже позаботился об охране обозов с продовольствием.

- Обозы - это ваше дело.., Маршал!

А высокомерия у посланца на троих хватит. Прямо ненаследный принц. Ладно, принц ты или не принц, а готовься получить хороший пеньковый фитиль.

- Клянусь Митрой, я безмерно рад вашему появлению. Могу ли я надеяться, что теперь оборону возглавит истинно достойный рыцарь, облеченный доверием Его Величества?

В твоем, собственно, лице. Ну что ж ты в этом лице не меняешься? И улыбка чуть не до ушей.

- Боюсь, виконт, что вы неправильно поняли мои замыслы. Я, несмотря на то самое высочайшее доверие, прибыл сюда, как частное лицо. У меня совсем другие задачи, и я вовсе не собираюсь отнимать у вас заслуженное положение.

Нижние боги! А он еще и издевается! Нет, не спроста появилась здесь эта столичная штучка, ох, неспроста! Но что ему на самом деле надо? Попробуем выяснить...

- Я осознаю шаткость своего положения, ваша светлость.

Улыбается. Так улыбается, как будто готовится сказать какую-то пакость.

- Что-то у вас эта "светлость", маршал, в зубах вязнет. Оставьте. Можете называть меня "ваше высочество". Или просто Рейвен.

Так. Медленно, в два приема, поднимаем с пола челюсть. Так, чтобы было незаметнее. Взгляд должен быть устремлен на переносицу. Да не себе, а собеседнику! Делаем вид, что ничего не произошло. Интересно, это потолок опускается, или просто небо перевернулось? Рейвен-маг, первый бастард королевства, сидит передо мной! И голову наклоняет, как настоящий ворон.