Эвермит: Остров Эльфов (ЛП) - Каннингем Элейн

Он поднял ее, отметив тихий гул магии, которая текла через нее. Как только он поднял трубку, он уловил блеск более яркого металла под ней - скорее всего, меча. Еще несколько ударов кинжалом подтвердили природу этой второй находки. Нахмурившись в недоумении, Дуротиль поднес магическую трубку к угасающему свету и повертел ее туда-сюда, пытаясь понять смысл.

"Запястный браслет, - объявил мужской голос со странным акцентом северных земель Фейри. Говоривший - высокий огненноволосый эльф - наклонился и взял металлическую трубку из рук Дуротила, не потрудившись спросить разрешения. После минутного разглядывания он объявил: "Эльфийское производство, я бы сказал. И меч тоже".

Дуротиль пожал плечами, хотя подозревал, что старший эльф прав. Шарларио Лунноцветущий был торговцем - скорее, пиратом, - который имел несчастье зайти в порт Тинтажера за несколько дней до того, как на него обрушились силы вторжения. Внешность северянина сильно отличалась от золотистой, элегантной красоты жителей Тинтажера. Кожа Шарларио была бледной, как пергамент, что резко контрастировало с его ярко-рыжими волосами и глазами цвета неба. Странной была его внешность, но еще более странными были его манеры. Прямолинейный до грубости, Шарларио мало интересовался сложными традициями и протоколами придворной жизни. Однако в данный момент он, похоже, полностью разделял любопытство молодого принца по поводу предметов, зарытых в камне.

"Металлическая повязка, меч. Как же они туда попали?" - размышлял Шарларио. Его голубые глаза внезапно расширились, как будто ответ поразил его, как удар. Одним быстрым, плавным движением он поднялся и повернулся лицом к остальным.

"Ты, жрица, собери этих детей", - проревел он, его голос был хрустящим от срочности. "Все вы, спускайтесь с горы так быстро, как только сможете. Найдите укрытие - маленькие пещеры, если сможете, густые деревья, если больше ничего нет. Помогите раненым. Быстрее!"

Дуротиль поймал эльфа за руку. "Какой властью ты здесь командуешь?" - возмущенно спросил он.

Стряхнув руку Дуротила, бледный эльф взмахнул обугленной металлической лентой. "Подумай, мальчик! Эльф носил этот браслет, держал этот меч. Она погибла от взрыва жара, который превратил ее в пыль, а камень и землю - в суп. Что ты знаешь такого, что может сделать это?"

Несмотря на быстроту слов Шарларио и срочность его тона, Дуротиль с минуту молча смотрел на него. Эльфийские короли не говорят и не действуют поспешно, и молодой принц хотел вести себя с подобающим достоинством. Кроме того, ему стало интересно, как Шарларио решил, что прежний владелец браслета был женщиной.

"Ты что, совсем не разбираешься в магии?" в свое время ответил Дуротиль. "В битве заклинаний между магами достаточной силы, это..."

Шарларио оборвал его отрывистым, раздраженным ругательством. "Хватит мешкать, мальчик, здесь дракон. Тогда ты отдаешь приказ бежать, но делай это, пока твои люди еще живы!"

Глаза Дуротила расширились, когда до него дошла правда. "Драконий огонь", - пробормотал он, глядя на стеклоподобный камень и понимая, наконец, опасность, в которую они попали.

"Делайте, как сказал пират, и побыстрее!" - крикнул он бдительным эльфам, не обращая внимания на оскорбленный взгляд Шарларио.

Пока эльфы спешили исполнить его приказ, Дуротиль прикрыл глаза одной рукой и прищурился на запад.

Там лежали самые суровые горы. В горах устраивали свои логова драконы, так гласили старые предания. На острове, который был единственным домом Дуротила, драконов не было, но легенд было много. Драконы, по общему мнению, были существами огромной силы и магии. Вполне вероятно, что существо, разрушившее это место, могло почувствовать заклинание, которое привело эльфов в это место. Даже сейчас оно могло прийти, чтобы исследовать вторжение.

Конечно, крошечное пятнышко на фоне угасающего золота неба быстро приняло зловещие очертания. Дракон с красной чешуей, пылающей в угасающем свете, несся к ним.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Дуротиль отбросил внезапный, парализующий страх и попытался оценить, сколько времени пройдет, прежде чем дракон настигнет их. Слишком скоро, мрачно заключил он. Прежде чем бегущие эльфы успеют спуститься за линию деревьев, дракон настигнет их и легко разделается с ними.

Молодой принц выхватил свой клинок. Широко расставив ноги, он взмахнул мечом и выкрикнул вызов поднимающемуся ветру.

Ни одна быстрая вспышка пламени не может расплавить камень, рассуждал Дуротиль. Взрыв драконьего огня, преобразовавший эту вершину, должен был длиться долго. Его задача состояла в том, чтобы следующий взрыв длился достаточно долго, чтобы истощить силы дракона и дать эльфам время спастись. Он выиграет это время для эльфов, отвлекая огонь дракона на себя.

Молодому принцу и в голову не приходило поступить иначе. Умереть за свой народ было последним долгом любого эльфийского короля.

К его удивлению, Шарларио Лунноцветущий стоял рядом с ним, держа меч наготове. Но холодные голубые глаза старшего эльфа были устремлены не на приближающегося дракона, а на более непосредственную угрозу.

Семь эльфоподобных существ летели к покрытой шрамами горе на крыльях, похожих на крылья гигантских орлов. Двое из них держали в руках сеть, натянутую между ними, и с мрачным намерением спускались к паре эльфийских защитников.

Прежде чем Дуротиль успел отреагировать на вторую атаку, Шарларио грубо отбросил его в сторону. Младший эльф попятился и споткнулся о край обрыва. Он покатился вниз по крутому склону, дико размахивая руками в поисках опоры. Но склон был гладким и скользким от расплавленного камня, который пролился на гору после последней атаки дракона.

Он скатился вниз, так же стремительно, как если бы скатывался с одного из водопадов Тинтажера. Но на дне его не ждали мягкие брызги и теплая вода. Когда, наконец, гладкий камень поддался, Дуротиль подпрыгнул и покатился по неровной поверхности. Он видел, как груда валунов приближается к нему в кружащемся сером пятне, но не мог вовремя свернуть в сторону.

Остановки не было, но боль пронзила его, как внезапный ослепительный свет. Постепенно яркость померкла, превратившись в серую пустоту забвения. Последнее, что успел увидеть оцепеневший Дуротиль, прежде чем погрузиться в дымку, - это Шарларио, опутанный сетями и бьющийся, как пойманная рыба, когда его уносили крылатые эльфы.

* * * * *

Колесо времени года поворачивалось много раз, прежде чем молодой принц был наконец возвращен своему народу.

Группа охотников из числа золотых эльфов наткнулась на Дуротила в глухом лесу и нашла его изучающим растения, растущие в укромных местах, с такой сосредоточенностью, что можно было подумать, что у него нет других мыслей и забот. Хотя охотники задавали ему множество вопросов, Дуротиль не мог сказать им, где он был все эти годы. Он просто не помнил; годы, ускользнувшие от него, были бессмысленны для Дуротила, который в своем сердце и разуме был тем же молодым принцем, который увел свой народ из умирающего Тинтажера.

Хотя он был счастлив снова быть среди эльфов, Дуротилу не нравились изменения, произошедшие в его отсутствие, и он не был полностью доволен новым местом, которое нашел для себя Народ.

Магия, которую его народ наложил на далекий Тинтарер, была настоящей Ищущей. Он нашел место силы, танцующий холм, похожий на священное место на их родине. Многие сотни лет клан лесных эльфов собирал звездный свет и магию на горном плато. Многие из этого народа фей погибли однажды в середине лета от огненного дыхания красного дракона, который называл себя Хозяином гор. Те, кто остался, приветствовали новичков в своем лесном доме. И эльфы Тинтажера, гордый золотой народ с древних южных земель Фейри, смешались с этим диким народом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

К облегчению Дуротила, не все приняли местные устои. Некоторые эльфы держались гордо и старались посеять семена своей магии, искусства и культуры в лесной почве. Удивительно, но одним из таких эльфов был Шарларио Лунноцветущий.