Дуйбол-привет! - Кристине Нёстлингер

Курицмайерша подхватила Козмайера под руки, Курицмайер подхватил под ноги, и они унесли его с Главной площади. Трое других Погонщиков Пен последовали за ними. И Пеперл, ясное дело, тоже.

Лица у господина учителя, его жены и у господина пастора побелели как накрахмаленные льняные скатерти.

— Меня увольте! — вскричал господин пастор.

— Воспользовались моей доверчивостью! — воскликнул господин учитель.

— Они лишили меня веры в спорт, — выкрикнула госпожа учительша.

После чего учитель с женой бросились к учительскому дому, а господин пастор — к пасторскому. Они заперли все двери на все засовы и уже больше не показывались.

На Главной площади началась безумная давка. Оператору телевидения отдавили два пальца на ноге, Харчмайеру поставили синяк под глазом. У радиопередвижки помяли крыло, у почтальона пропала шапка, господину Тюльмайеру расколотили вдребезги витрину, у пуделя одного из отдыхающих недосчитались полхвоста, одна дама сломала себе палец.

Меж тем свинцовая туча густо почернела и опустилась ниже обычного. Ханси забрался в скульптурный ансамбль и спрятался за лежащим воином. Рядом стояла Тита. Не дождавшись Ханси, она сама пришла на Главную площадь.

— Что же теперь будет? — спросила она.

— Теперь всему конец! — кисло отозвался Ханси. Но вдруг он осекся и зажмурил глаза. Что-то белое и прохладное лежало на его ресницах.

— Ханси! — заорала Тита.

— Тита! — заорал Ханси.

Они взглянули на небо — его не было видно. Снег валил с небывалой густотой, словно все до единой невыпавшие снежинки собрались в черной туче. В считанные минуты Главная площадь со всем ее коловоротом оказалась под снегом. Заметенные снегом люди напоминали пломбирные брикеты. Снегопад остудил их разгоряченные головы, смягчил гнев и разочарование.

— Снег идет! — вопили люди.

А радиокомментатор сказал в микрофон:

— Последняя новость, которую мы вам можем сообщить: в Верхнем Дуйберге, увы, идет снег!

Ханси и Тита с трудом выбрались из залепленного снегом памятника. Ханси высоко поднял свою пятнистую пену и зашвырнул ее изо всех сил куда подальше. Пена упала в Большой Дуй, и ее унесло течением. Ханси снял с плеча дуло и зашвырнул его туда же. Дуло шмякнулось об воду, коротко побулькало, пуская пузыри, и пошло ко дну.

— Теперь все снова будет хорошо! — сказала Тита.

— Думаешь? — спросил Ханси.

Тита кивнула. Она сказала:

— Во всем, что произошло, виноват только снег! Снег, которого не было!

Ханси почесал в затылке. Как следует почесал. Как следует подумал. И сказал:

— Хочется верить, Тита! Очень хочется! Но лично я не уверен на все сто!

Примечания

1

Ежегодный церковный праздник, сопровождаемый ярмаркой и народными гуляниями.