Бойфренд для няни - Ирина Андросова

— А что, по последним данным науки, цыгане обладают какими-то тайными сведениями об инопланетянах? — только и смогла вымолвить я, совершенно выбитая из колеи рассказом бабы Зины.

— Почем я знаю? — пожала плечами старушка. — Ведь это же чудо чудное, а не мальчишка, кто знает, что ему в голову взбредет!

Объяснения бабы Зины меня успокоили, и я, нарисовав в альбоме Светика два клена и три рябинки, с чистой совестью отправилась на свидание с Иваном.

На следующий день я приехала к школе, чтобы узнать, есть ли новости насчет исчезнувшего Ромки. Лизавета поджидала меня у гардеробной учеников младших классов, где раскачивалась на вешалках Светик. Заметив среди толпы орущих школьников трагические глаза актрисы немого кино, которые Лизка теперь рисовала на присыпанном пудрой лице, я устремилась к девчонке и тут же засыпала ее вопросами.

— Ну что, Лиз, Ромка объявился? — даже не здороваясь, стала я теребить Лизавету. — Где он был? Здоров? С ним все в порядке?

Лизка безразлично пожала плечами и поднялась с банкетки, где удобно расположилась с толстой тетрадью на коленях и переписывала в нее что-то из учебника.

— Приветик, Марго. А я знаешь, чего тебя жду-то? Я хотела спросить — когда мы за готичными тряпками поедем? Помнишь, ты мне обещала подарить прикольные платьица и костюмы?

— Конечно, помню, — согласилась я, здорово смущаясь, что голова моя теперь забита Иваном и обо всем другом я напрочь позабыла. — Сейчас и поедем. Ты мне только скажи — Ромка домой пришел?

— Да успокойся ты, не пришел! — с раздражением ответила Лизавета и крикнула в сторону раздевалки: — Светка! Хватит крутиться, за нами нянька приехала, пора домой, тачка у школы ждет!

Проорав эту тираду, восьмиклассница гордо окинула взглядом свидетелей нашего разговора. И снова я подумала, что еще не время прощаться с моими подопечными. Вот подберу Лизке гардероб, тогда… Нет, не тогда. Всю правду о предстоящей разлуке я смогу сказать им только после того, как дождусь Ромку и удостоверюсь, что с мальчишкой все в порядке. Наш девичий экипаж загрузился в машину, и я повезла детей домой, обедать. А после обеда мы с Лизаветой оставили Светика смотреть мультики про обитателей Понивиля и двинулись в сторону Загорянки.

Ехали мы долго, и всю дорогу Лизка болтала про Ивана. Замолчала она лишь тогда, когда мы зарулили на территорию коттеджного поселка и, миновав зеленую улицу с аккуратными кирпичными домиками, остановились у пруда. Мой бывший дом располагался на берегу, отражаясь в ровной, как зеркало, водной глади всеми своими башенками, террасами и балкончиками.

Девчонка обошла вокруг беседки, погладила рукой увитые пожелтевшим плющом стены и, взбежав на крыльцо, не разуваясь, протопала внутрь дома.

— Ох, и нефигово ты жила! — восторгалась она, расхаживая по заставленной бытовой техникой кухне и трогая пальцем хромированную барную стойку, подвешенные над ней бокалы и сверкающую белизной мраморную столешницу. — Я бы отсюда ни за что не свалила!

— Я бы тоже не свалила, но меня особо не спрашивали, — вздохнула я.

— Слушай, Марго, а как ты думаешь, пожевать у этих буржуев что-нибудь найдется? — окидывая голодным взглядом высоченный холодильник «Бош», полюбопытствовала Лизавета. — А то я сегодня не завтракала. Нам в школьной столовке давали холодные макароны, а я их терпеть не могу. Нам всегда дают холодные макароны с вчерашними сосисками, как будто ничего другого приготовить нельзя!

— Найдется пожевать, — буркнула я, не обращая внимания на Лизкины жалобы. — Правда, не знаю, станешь ли ты это есть. Виталик питается исключительно овощами и морепродуктами, — припомнила я былые денечки.

— И ты еще спрашиваешь! — взвизгнула девчонка. — Обожаю овощи и морепродукты!

В два прыжка Лизка оказалась у холодильника и распахнула морозилку, нетерпеливо оглядывая ее содержимое. Я между тем ставила на варочную панель кастрюлю с водой. Когда вода закипела, Лизавета щедро сыпанула в кипяток креветок, мидий и маленьких осьминожек, приговаривая: «Какие хорошенькие уродики, даже жалко их есть!»

— А как ты от него ушла? — бесцеремонно осведомилась моя гостья, помешивая закипающее варево.

— Как-как… Просто выгнали под зад мешалкой, и все, — хмуро ответила я.

— А ты утерлась рукавом, и все? — не поверила Лизавета и подцепила вилкой из кастрюли покрасневшую королевскую креветку, отчаянно дуя на нее, она попыталась расковырять панцирь и добраться до нежного мяса.

— А что ж мне, драться с новой женой бывшего мужа? — осведомилась я, доставая из кухонного шкафа шумовку.

— Я бы дралась, — отправляя очищенную креветку в рот, прочавкала девчонка. — Вот скажи мне — где справедливость? Тебя вон выгнали, а сами мидий лопают, сволочи.

Лизка навалила себе на тарелку гору морских деликатесов и вопросительно глянула на меня. С трудом сдерживая слезы, я, выполняя долг хозяйки, положила перед ней приборы и, с деланым безразличием осматриваясь по сторонам, отправилась в гостиную.

За время моего отсутствия интерьер дома претерпел существенные изменения. Леночка сменила всю мою мебель в стиле модерн. Теперь здесь появился дорогущий на вид угловой диван из серебристой парчи, пухлые глубокие кресла, затейливые люстры с хрустальными подвесками, называемые в народе «каскадом» и считающиеся среди определенных слоев населения атрибутами богатства и роскоши. Даже занавески новая подруга моего бывшего мужа повесила свои. Теперь на окнах красовались не простенькие, но благородные кремовые шторки, а бархатные вишневые гардины с ламбрекенами и кистями, подвешенные на толстенные золоченые карнизы. Каждый из карнизов венчали хрустальные шары размером с детскую голову. Пока я, терзаемая ностальгическими воспоминаниями, оглядывалась по сторонам, Лизавета следом за мной ввалилась в гостиную и плюхнулась на диван.

— Слушай, Марго, — не замечая моего ужасного состояния, развязно проговорила девчонка. — А как ты узнала, что твой тебе изменяет? Застукала парочку на этом вот ковре у камина?

Мне было больно об этом говорить, но я все-таки возразила:

— И вовсе нет. До такой подлости они не опустились. Эта его Лена, — кивнула я на каминную полку, над которой красовался парадный портрет Ленусика, выполненный в лубочной манере Никаса Сафронова, — оставляла свое белье в самых заметных местах, чтобы я его нашла и обо всем догадалась.

— Да ты что? — недоверчиво протянула Лизка и даже не поленилась встать с дивана, чтобы подойти к камину и получше рассмотреть лицо моей соперницы.

— А она ничего, — после минутной паузы одобрила Лизавета выбор Цуцика. — На Ольгу Бузову похожа. Слушай, Рит, а как же она потом до дома добиралась? Так без трусов и шла? Или с собой запасное белье приносила?

Я озадаченно взглянула на девочку. Эта мысль как-то не приходила мне в голову, хотя, несомненно, и заслуживала самого тщательного обдумывания. Чтобы не показать, насколько я сбита с толку Лизкиным вопросом, я сделала над собой усилие и строго проговорила:

— А ты откуда про Бузову знаешь? «Дом-2» далеко не детская передача!

— Да ладно тебе, Марго! За кого ты меня принимаешь? Я же не дура, чтобы «Дом-2» смотреть! — оскорбилась Лизка. — Этой Бузовой в Интернете сколько угодно на порносайтах понапихано. Она же такая сексуальная! Как новая жена твоего бывшего мужа.

Это было уже слишком. Полными боли глазами я посмотрела на глупую девчонку, между делом плюнувшую мне в душу, и опрометью кинулась в спальню. И уже там, упав на кровать, дала волю душившим меня рыданиям. Подушка отвратительно пахла «Диором» этой гадины Леночки, и от этого мне стало еще хуже. Я выла в голос, размазывая слезы, помаду и тушь по лицу до тех самых пор, пока Лизка, как видно, желая заглушить мои стенания, деликатно не включила телевизор на полную громкость. Тогда я взяла себя в руки и приступила к сборам. Нет, не так. Первым делом я с мазохистским наслаждением открыла Виталикову половину шкафа и окинула взглядом наряды своей соперницы, занимающие большую часть вешалок в отделении бывшего мужа.