Умберто Нобиле и «Италия» на Северном полюсе. Политика и история по неопубликованным документам 1928–1978 гг - Клаудио Сиколо

Для Террачини социализм и его историческое воплощение в Советской России, вдохновившие Нобиле на книгу, не имели ничего общего с историей технического прогресса, если он был лишен основных признаков классовой борьбы, его сопровождавшей. А у Нобиле он был их лишен.

«История воплощается в людях, дорогой Нобиле, – пишет Террачини, – и развивается в соответствии с развитием отношений, а отношения между людьми устанавливаются в соответствии со способом, которым они производят. Технический прогресс – следствие и причина, post и prius этого развития. Но он не главное действующее лицо истории, поэтому говорить одинаковыми концептуальными терминами о технической революции и французской или русской революции означает ломать язык, насыщая его нелогичными выражениями»[260].

5. Популяризатор и полемист (1948–1978)

В1948 году, когда образовалась Республика, Нобиле заявил, что хочет оставить политику, и до самой смерти (в 1978 году) занимался новым, напряженным, иногда однообразным, но приятным делом – литературной деятельностью, мемуарами и популяризацией науки. Однако эта деятельность протекала на фоне ни на миг не утихающей полемики с его противниками фашистской эпохи, которых он всегда изображал, с теми или иными объяснениями, как врагов самых важных ценностей – свободы и демократии.

Первым опытом новой мемуарной серии, увидевшим свет в 1948 году, стала книга «Прощай, „Малыгин!“. Это был дневник русской экспедиции на Землю Франца-Иосифа в 1931 году, куда Нобиле попал по приглашению Советского Союза[261].

Сезон противоречий

Очень скоро возобновились споры об экспедиции дирижабля „Италия“. В еженедельнике L'Europeo с 6 мая до 8 июля 1956 года с серией статей выступил Франко Бандини. Журналист, вдохновленный книгами Нобиле, предложил воссоздать реконструкцию экспедиции „Италии“, показав ее как жертву фашистской тирании. Среди главных обвиняемых был команданте Джузеппе Романья Манойя, его журналист обвинял в неумелой организации спасательных операций. На статьи обратили внимание племянник команданте, летчик, полковник Эрнесто Романья и адмирал Адальберто Мариано, который призвал Министерство военно-морского флота защитить репутацию флота и выступить с опровержением. Статью должен был написать Джузеппе Валле. Однако в статье Валле говорил о его личной полемике с Нобиле, и поэтому ее не приняли[262].

Однако это была лишь передышка: в декабре 1960 года на телевидении по каналу RAI показали интервью Джанни Бизиаха с Нобиле и другими оставшимися в живых участниками экспедиции дирижабля „Италия“ в программе: „Итальянцы на Северном полюсе“. Опирался Бизиах на сокращенное издание воспоминаний об арктических экспедициях Нобиле 1928 и 1930 годов в книге, имевшей то же название, что и передача[263].

История экспедиции дирижабля „Италия“ сразу приобрела политическое значение. Надо было защитить Нобиле от новых нападок, спасти его репутацию, с трудом отвоеванную в 1945 в борьбе с фашистской несправедливостью. В конце декабря 1960 года депутаты Альфредо Ковелли и Альдо Боцци представили два парламентских запроса, в которых требовали, чтобы премьер-министр Аминторе Фанфани и министр обороны Джулио Андреотти, то есть в их лице государство, заняли официальную позицию, подтверждающую освобождение Нобиле от обвинений фашистской комиссии Каньи и его возвращение в авиацию[264]. На запрос тогда ответа не последовало, а тем временем в прессе снова появились статьи с впечатляющими заголовками о судебном процессе, связанном с экспедицией и генералом. Газеты печатали интервью с оставшимися в живых участниками экспедиции, журналисты разыскали неопубликованные документы, и вновь разгорелись старые споры[265].

В адрес генерала звучали слова поддержки, но и критики тоже было немало. События 1928 года вскрыли глубокие раны: промахи Нобиле, с одной стороны, и его спасателей – с другой.

В историю вошли споры между генералом Эрнесто Романья Манойя (племянником командира военного корабля „Читта ди Милано“) и Джузеппе Валле, которые утихли лишь после смерти главных героев. Валле умер 20 июля 1975 года[266], а Эрнесто Романья Манойя – еще раньше, 11 января 1961 года[267]. Нобиле ушел из жизни последним: 30 июля 1978 года в возрасте 93 лет. В том же году была опубликована его последняя книга „Правда на дне колодца“.

22 января 1961 года после интервью Ренцо Трионфера с Умберто Нобиле в еженедельнике L'Europeo[268], началась публикация допросов, приложенных к отчету Каньи.

Нобиле раздобыл копии документов следствия и изучал их годами. В этих документах сохранились его комментарии, написанные в разное время с 1961 года до 1977 года. Это все те же упреки, что были уже высказаны в адрес Чечони в очерке „Мой ответ расследованию“ 1930 года, и к ним добавлено еще несколько, гораздо более суровых, в адрес Мариано[269]. Нобиле взял короткие отрывки из некоторых допросов, чтобы проиллюстрировать свои уже хорошо известные интерпретации расследования, данные им в книгах, опубликованных в последние годы: „Обновленная история полярной экспедиции на дирижабле „Италия““[270] (1962 г.) „Красная палатка. Воспоминания о снеге и огне“[271] (1969 г.), и в последней – „Правда на дне колодца“ (1978 г.)[272].

В воспоминаниях и популярных изданиях исчезли допросы как метод принуждения и давления членов комиссии. В своих мемуарах, опубликованных под названием „Хвост Миноса“ в феврале 1964 года, Феличе Трояни написал длинную главу с комментариями, где привел содержание „удручающего отчета“ комиссии Каньи, но ничего не написал об опросах, с которыми как раз он, скорее всего, ознакомился[273].

Трояни критиковал действия морских офицеров Адальберто Мариано, Филиппо Цаппи и Джузеппе Романья Манойя. Комментарии были встречены неодобрительно со стороны офицеров итальянского военно-морского флота, которых, в отличие от Нобиле, комиссия Каньи оправдала. Цаппи и Романья уже умерли, но адмирал Мариано выразил протест. Тогда „ради удовлетворения многочисленных запросов“ „Морское обозрение“ в номере за июль-август того же года опубликовало репринт уже широко известного Заключительного отчета следственной комиссии 1928 года[274]. Переиздание распространялось бесплатно, однако недовольство не утихло. Адмирал Мариано с возмущением жаловался министру обороны, христианскому демократу Джулио Андреотти, на то, почему в переиздании отсутствует не только положительное мнения о нем, но нет даже похвальных отзывов о других офицерах ВМФ, в частности, о капитане 2 ранга Романья Манойя и капитане 3 ранга Филиппо Цаппи[275]. Нобиле также выразил министру протест, но совсем по другим причинам: недопустимо вновь предъявлять общественности судебное решение, которое его опорочило и 19 лет назад было отменено.

По сути, перепечатка, как считал Нобиле, была уловкой недоброжелателей, чтобы в глазах общественности поставить под сомнение правду, высказанную в его книгах, и выводы (документы все еще были секретными) комиссии Матрикарди, реабилитировавшей его